Страница 19 из 72
Глава 8
Я удивленно похлопала глазами и осмотрелась. Какая-то небольшая пещерка, похоже, чья-то спальня. Большая кровать посередине, с разобранной постелью, на стенах выцветшие гобелены. Несколько дроу мужчин, которые стояли с безразличными лицами на страже возле дверей, скрестив оружие, длинные пики.
Инквизитор, как-его-там Аньян сидел на полу, что интересно, связанный. Как только я появилась, он встрепенулся, пошарил по пещере взглядом. Сжал зубы, когда девушка дроу, которая стояла перед ним почти голая, пнула его в грудь. Немилосердно пнула. Я сразу разъярилась. Моего инквизитора бьют! Я его для себя припасла, вообще-то. Это я его пинать буду, когда найду и в пропасть скину… наверное… пусть полетает.
— Не смей отводить от меня взгляд, Аньян, — рявкнула на мужчину девушка, — ты должен мне ночь. Твоя мать продала тебя на одну ночь, так что отрабатывай. Я хочу ребенка от тебя.
Если бы я не сидела на полу, я бы, наверное, свалилась от удивления. Что? Она его связала, чтобы изнасиловать?! Я оглянулась. Куда я попала? И ведь у Кати не спросишь, свой сай я опять не чувствовала. Оказывается, уже привыкла к ее постоянному бурчанию в голове, и теперь как-то не по себе. Посмотрела на прозрачную руку, выдохнула. Все, я сюда не сама перемещаюсь, не телом, вернее.
— Тебе мать обещала, с нее и спрашивай, Ильяна, я за ее слова не отвечаю. И продать она меня не могла, я ей не принадлежу. Советую тебе снять с меня плеть, пока я не выпустил огонь, — небрежно сказал инквизитор, словно ничего страшного не происходило.
— Твоего папочки больше нет, — прошипела взбешенная девица, а я подобралась поближе, чтобы ее рассмотреть, — и некому будет тебя защитить, когда я подам на тебя жалобу в королевский суд, Аньян. Мужчины обязаны оплодотворять женщин!
— Я вне этого статуса, Ильяна. Я — инквизитор, мы очищаем помещения от спор тьмы. Хотя можешь подать жалобу, мне даже интересно, что тебе ответит Оскар.
— Я подниму все кланы, и твой подгорный королек прикроет рот, — девушка походила на змею, злобную и опасную. И весьма красивую: темная серая кожа, острые ушки, большие фиолетовые глаза, как у предыдущего дроу. — Мне нужен твой ребенок, и плевать мне, что ты не хочешь. Сейчас сок дайя подействует, и ты будешь готов влезть на любую девку. Может, я еще сестру позову, она тоже давно мечтает о тебе.
Инквизитор нагло усмехнулся, его ничем не пронять. Потом он посмотрел в мою сторону, и я вздрогнула, он словно видит меня. Губы медленно изогнулись в улыбке.
— Ты пришла, — сказал он, не обращая внимания на нависающую над ним девушку, — у меня временные проблемы с родственниками, Олли, не бойся.
Это я-то боюсь? Я возмущенно посмотрела на Аньяна и вздрогнула, дроу опять пнула мужчину и попала ему по губам, брызнула кровь.
— С кем ты говоришь? Хотя, это, наверное, сок дайя подействовал, — девушка некрасиво оскалилась и, стянув с себя последний предмет одежды, небольшую юбку, прыгнула на колени инквизитору.
— Я научу тебя правильно любить, — прошептала она мужчине. Потом полезла к нему своими грязными ручонками. Да она совсем, что ли, при других этими делами заниматься? Я удивленно посмотрела на мужчин возле двери, извращенка!
Девка закопошилась возле ног инквизитора, тряся грудью перед его носом, но этот гад… смотрел в мою сторону и улыбался совершенно безумной улыбкой. Неужели видит? Я переместилась, а инквизитор головы не повернул. Нет, не видит, я облегченно выдохнула.
— Ты! — девушка возмущенно зашипела. — Как такое возможно?! Сок дайя и мертвого поднимет!
— Я сказал тебе, Ильяна, ты не получишь моего ребенка и меня, — инквизитор нагло рассмеялся, а девушка зашипела как змея.
В следующий момент двери выбили и внутрь заскочили еще дроу, весело тут у них.
— Медеус, — вскинулась Ильяна, — какого темного тебе тут надо?
Пришедшие с Медеусом воины быстро скрутили тех, кто был на страже, а сам дроу скинул с колен инквизитора девку, спросил брата:
— Ты как, в порядке?
— Вы будете наказаны! — кричала голая дроу, совершенно не заботясь, чтобы прикрыться, — Я — младшая мать! Вы не имеете право тут распоряжаться.
— Ты украла моего брата, надела на него плети боли, думаешь, тебе это сойдет с рук, младшая мать? — прошипел девушке Медеус. Он помог подняться Аньяну и стал снимать с его тела веревку. Вернее, я так думала, что веревку. Это была какая-то мерзость, которая шевелила множеством отростков и, как репей, цеплялась за все, до чего могла добраться. А еще эта веревка была в крови. И только сейчас я поняла, что рубашка инквизитора не красная, вернее, она красная, но от его крови. Эта тварь его пытала!
Я была зла на инквизитора, но не желала ему такого. Я оторопело смотрела, как Медеус применил магию к плети, и та замерла, а он быстро скрутил ее в клубок и засунул в небольшой мешочек.
— Идти сможешь?
— Могу, — Аньян расправил плечи, потом снял с себя рубашку и кинул ее на пол. Дроу уже не просто что-то кричала, она шипела как бешеная змея, смотри, Кондратий хватит. Потом я заметила, что в ее руках словно вспухает темный шарик, а глаза блестят от ненависти.
— Нет! — возмутилась я, выпустила из себя всю силу, как не раз делала это сегодня. Оказывается, магичить я могу и без тела. Неожиданный получился результат. Девушку что есть силы приложила об стену, темный шарик в ее руках погас, впитавшись опять в ее тело, а дроу, не ожидавший того, что их вместе с девушкой сметет с ног, быстро вскочил на ноги, оглядываясь по сторонам
— Магия древних! Ян, тут какой-то артефакт.
Инквизитор, скрипя зубами, поднялся, по всему торсу у него было множество мелких дырочек. Кровь уже не лилась, но было видно, что ему еще больно. У меня же сразу после применения магии все вокруг стало темнеть и возникло тянущее знакомое чувство, словно меня куда-то засасывает.
— Это не артефакт, Мед, это моя Олли…
Меня утащило в темноту сна, полную негодования. Это с какого фига, я стала его Олли?!
Утром я подскочила на кровати еще под впечатлением от моего ночного приключения. С одной стороны, очень неприятно, что на инквизитора какие-то там дроу виды имеют, с другой, а не все ли мне равно, что там у этого полукровки происходит.
— Будь честна с собой, Олли, — влезла Катя.
— Ну, знаешь ли, — возмутилась я, — мне сейчас некогда думать о мужиках, и не лезь ко мне в душу!
— План на сегодня озвучить? — Катя очень быстро переключилась на насущные проблемы.
— Давай с первого пункта, — я потянулась и нехотя встала. Пылесос пролетел в дверях, накручивая круги по полу, неутомимый какой.