Страница 15 из 84
– Что за ужасные мысли лезут в такую хорошенькую головку? – усмехнувшись, Шир насмешливо выгнул бровь. – Я им плачу... С нашим приходом их денежная система заметно рванула вперёд в развитии, – мужчина хищно оскалился, явно давая понять, кто здесь дракон.
– Извини, не знаю, что за странные мысли меня посетили… – я искренне смутилась сказанному. Обвинила человека, точнее, дракона, даже не разобравшись. – Просто на моей родной земле были похожие случаи, когда развитые государства открывали другой материк. Они вели агрессивную экспансию, местные жители были согнаны с родных земель, а вскоре для того, чтобы обслуживать новых властителей, были привезены первые партии рабов. Это ужасно! Я категорически против угнетения воли и тела.
– Забавно, – он внимательно слушал с мимолётной улыбкой на губах, как я распалялась, – твой мир очень интересен, жаль, что переход туда нестабилен, и сейчас потоки посетителей сильно ограничены, я бы с удовольствием прогулялся там.
– Я бы тоже… – полгода назад я задумалась посетить свою родину, но получила отказ. Класс опасности порталов, представляющих собой переход в мир Земля, был повышен до экстремально высоких вершин. Маги ожидают, что в скором времени наши миры вновь разойдутся, и переход схлопнется.
– У тебя там кто-то остался? – сочувственно поинтересовался дракон.
– Нет, никого. Моя мама умерла незадолго до того, как я покинула землю, а больше никого из родственников и не было. Осталась только ностальгия и мои воспоминания, так что я рада, что мне отказали.
– Почему?
– Потому что воспоминания всегда ярче и лучше реальности, мозг приукрашивает, выкидывая пакостные мелочи, на которые мы в обычной жизни так злимся. Не говоря уже о том, что время идёт, и всему живому свойственно меняться. За эти годы я изменилась, изменились те, кто были моими друзьями, город, где я родилась, страна… Боюсь, если нам сейчас доведётся встретиться вновь, то мы не узнаем друг друга и вряд ли полюбим, нам будут мешать воспоминания. Знаешь, в этом вся опасность того, что если однажды ты решишь сделать шаг за порог, потом уже никогда не сможешь по-настоящему вернуться… Твой дом станет чужим для тебя, и тебе придется искать новое место, где ты почувствуешь себя родным. Ничего не проходит бесследно… – я удивлённо моргнула, не ожидая от себя такой откровенности.
– Ты нашла такое место? – поинтересовался он.
– В процессе… мы привязываемся не столько к местам, сколько к людям.
– Надеюсь, я стану одним из тех, кто сможет привязать тебя к себе, – вкрадчиво произнёс он.
Я вскинула голову, ища подвох в его словах, но мужчина был максимально серьёзен, и я решилась улыбнуться.
– Время покажет…
– Может и так, но если мы сами не возьмём его в свои руки, то ничего путного не выйдет. Я планировал на выходных отправиться в театр, не составишь мне компанию? Я был бы очень рад…
Я видела в его глазах искренний интерес и согласно кивнула. Почему бы и нет? Когда я была в театре в последний раз?
Склонив голову, я вернулась к своему фруктовому салату. Медленно разрезая сладкие дольки, а после накалывая их вилкой, искоса посматривала на дракона. Самовлюблённый, богатый, хищный, от него веяло тестостероном, не зря то и дело ловила на нём взгляды прекрасных дам, но, к его чести, он всё своё внимание отдавал себе, мне и еде. Ел мужчина с удовольствием, смаковал каждый кусочек, и если он также проводил ночи, то мне жаловаться не на что… вот только я никак не чувствовала всепоглощающей страсти и не могла понять, когда меня настигнет так называемая истинность, когда она ударит меня по голове, и я, наконец, надев розовые очки, буду смотреть на мужчину влюблённым взглядом? Тогда мои страхи в душе, наконец, замолчат. Пока же я видела его плюсы и жирные минусы, хотя он и оставался мне симпатичен, но и только.
Дракон уверенно вёл меня к выходу, положив широкую ладонь на спину. Ужин вызвал у меня только самые лучшие эмоции; кормили здесь божественно, я не преминула высказать свою похвалу шеф-повару, что под конец вечера вышел в зал. Он был счастливым обладателем зеленоватой кожи, кровожадного блеска в глазах и слегка выступающих клыков. Будь это мой первый год в этом мире, я бы наверняка испугалась, а так, широко улыбнувшись, разлилась соловьём, восхваляя его кухню, от чего полуорк моментально поплыл, подтверждая лишний раз истину «доброе слово и кошке приятно».
Ничто не предвещало беды, мы договорились, что Шир отвезёт меня домой. И я радовалась, что он не настаивал на продолжении. Вот только ярко-алый экипаж никак не мог подъехать; на нашу беду наёмная карета перегородила подъезд. Запряжённые ящеры нервно взбрыкивали, а кучера и след простыл. Я видела, как Шир распалялся, он не был согласен пройти несколько метров, предполагая, что моё впечатление о нём будет подпорчено. Что было в корне неверно, но не на первом же свидании лезть мужчине в голову и разбираться в его комплексах. Не говоря о том, что мешать любовь и работу – плохая идея, которая ещё никого до добра не довела.
Дракон, как и большая часть представителей красного рода, был носителем магии огня и не обладал ни терпением, ни спокойствием. Он размашистым шагом подошёл к карете, пока персонал бегал вокруг неё, боясь побеспокоить потенциального клиента, и распахнул дверцу.
Его пыл моментально стих, а плечи окаменели, что насторожило меня, как и то, что он тут же захлопнул дверь, резко возвращаясь ко мне.
– Алекса, прошу, не обессудь. Пройди до моей кареты, Ричи с ветерком довезёт тебя до дома, а я, с твоего позволения, загляну к тебе завтра… скажем, в обед?
– У меня запись, давай ближе к вечеру, – любопытство распирало, страхи в душе, словно гончие псы, скребли лапами, учуяв беду, но я усиленно твердила себе, что я – взрослая самодостаточная девушка-психолог. Мне не пристало глупить. Тем более, как и у любой женщины, у меня есть свои источники информации.
Шир, улыбнувшись, поцеловал мне руку и передал подскочившему юному пареньку, бывшему у него кучером. Тот гневно посматривал на перегородившую путь карету, в то время как мне начало казаться, что от неё веет смертью.
Уже в экипаже, выглянув в окно, я увидела, как дракон энергично переговаривается с Ша’ардан. Мы не успели повернуть за угол, как характерный всплеск портала отразился в вечерней мгле, и дознаватели стали заполнять фешенебельную улицу перед ресторацией.