Порно для маленьких

Глава 11 Лев Иосифович

Марина поздоровалась с родителями Бориса и свернула с улицы Пушкинской налево, в переулок Университетский. Отметив про себя, что будущие свекор и свекровь отлично смотрятся, но и они с Борисом не потеряются на фоне его родителей. Значит, ребенок тоже будет красивый и необыкновенный.

Кого же первого обрадовать, решала она про себя, папу или Бориса? Но она уже свернула в сторону папиного офиса, так что как бы выбор произошел самопроизвольно, выбрало тело, изменив направление движения.

Вот и офис, только надо подняться по лестнице на второй этаж.

В просторной комнате, из которой дверь ведет в папин кабинет, за большим письменным столом сидит верная секретарша Жанна. Жанна Саркисовна. Для Марины — тетя Жанна. С раннего детства Марина помнит ее. Тетя Жанна, вы не представляете.. Папа у себя?

Папа Марины лет на десять старше родителей Бориса. Ему было уже за сорок, когда Марина пришла на свет.

Он работал тогда в институте Мелиорации, неудачно женился на чернобровой казачке, которая рассматривала его как возможность закрепиться в городе, куда она приехала из станицы Вешенской. Казачка скоро перестала считать начитанного мягкого Льва Иосифовича мужчиной, швыряла в него предметы и изменяла ему с сотрудниками Вертолетного завода, где работала секретаршей, отдавая предпочтение водителям и молодым лаборантам.

Но тут оказалось, что у казачки ужасная проблема, которая ставит под удар весь ее план. Она не могла забеременеть. Ни от молодых лаборантов, ни от водителей, ни от самого Льва Иосифовича.

Ну что ты будешь делать! С дитем можно было при разводе пытаться вытолкнуть Льва Иосифовича из квартиры его родителей, красивой профессорской квартиры на Университетском, в центре города, и самой там укрепиться. Но без ребенка этот план не мог удаться. Впрочем, часть квартиры можно было попробовать получить, прописка не мелочь.

Бурный роман с летчиком, пилотирующим вертолет, поставил крест на этих планах. Пилот приехал на Вертолетный завод принимать машину после ремонта. Увидев чернобровую казачку, ахнул и предложил ей Хабаровск, высокую зарплату, работу в управлении, Лев Иосифович не расслышал — чего. Но сразу, без раздумий, так как вертолет уже отремонтировали.

Колебаться было некогда, они улетели почти сразу же. На вертолете или на самолете Лев Иосифович не вникал. Он остался один в своей квартире, которая пустовала недолго. Казачку сменила цыганка.

Она была настолько красивая, что люди на улице останавливались, глядя на нее. Намного моложе Льва Иосифовича, работала в драматическом театре художником. Занятие какое-то малоцыганское, и вообще никаких танцев, песен, гитар, никакой шумной родни, а напротив совершенно одна. Странная какая-то цыганка.

В театре ее ненавидели все актрисы, что было естественно. Так как она была намного красивее их. Молчаливая, нелюдимая, к себе не подпускала никого, жила в какой-то хибаре на Кировском и познакомилась со Львом Иосифовичем в овощном магазине. Она спросила его, последний ли он в очереди, он кивнул и сдержано улыбнулся. Она как-то виновато улыбнулась в ответ. Выходя с покупками, он замешкался, на самом деле ему хотелось ее еще раз увидеть, когда она будет выходить. Она вышла, и тут у нее очень удачно оторвалась ручка от целлофанового пакета, картошка рассыпалась. Очень романтично.

Через девять месяцев родилась Марина.

Цыганка Лена так и не сказала, откуда она взялась, откуда у нее художественное образование и где ее родители и так далее. Лев Иосифович считал, что было какое-то несчастье, и расспрашивать нельзя. Цыганка Лена тоже не расспрашивала. Она вообще обходилась только самыми необходимыми словами, но распорядок жизни в квартире Льва Иосифовича с приходами, уходами, бытовыми подробностями и так далее установила регулярный и точный, как механизм швейцарских часов. Была рядом, но не мешала читать, писать, думать и так далее. Когда он отрывался от занятий и смотрел на нее, она тоже поднимала на него глаза от своих занятий. И улыбалась ему той сдержанной улыбкой, которой научилась у него.

Через два месяца после рождения Марины из Хабаровска неожиданно прилетела чернобровая казачка. Она оценила ситуацию. Баба с дитем против прописки. Она была права, Лев Иосифович и цыганка Лена не оформили своего брака, а цыганка Лена по-прежнему была прописана в хибаре на Кировском. А она, чернобровая казачка — у Льва Иосифовича на Университетском. Ситуация непростая, но побороться можно. Тогда Лев Иосифович первый раз увидел у цыганки Лены такое лицо. Когда надо не спорить с ней, а делать так, как она говорит. Он послушно вышел из комнаты. И он так никогда и не узнал, что цыганка Лена сказала чернобровой казачке. Но та на следующий день выписалась из квартиры и больше не появилась.

Цыганка Лена не позволила Льву Иосифовичу помогать ей с ребенком, сама вставала по ночам, кормила, пеленала.. «И царица над ребенком ⁄ Как орлица над орленком..»

Когда Марине было три года и семь месяцев, цыганка Лена умерла. Ее сбил грузовик на Красноармейской, и она умерла, скорее всего, не успев понять, что случилось.

Лев Иосифович больше никогда не женился.

Иногда заводились романы, но это было так блекло по сравнению с цыганкой Леной. Она так любила его, что даже через много лет он чувствовал себя виноватым перед ней, когда у него начинались отношения с женщиной. И в конце концов место цыганки Лены заняла секретарша Жанна.

Все с точностью до наоборот.

Та божественно красивая, эта толстая и нелепая. Та переехала к Льву Иосифовичу, эта осталась в своей квартире. С той была близость, для определения которой Лев Иосифович так и не нашел слова в человеческом словаре. Отсутствие которой он бы не пережил, если бы не ребенок, не маленькая Марина. С Жанной близости никогда не было, и даже мысль такая не приходила в голову ни ему, ни, скорее всего, ей. Она была типичная старая дева, боялась мужчин и не представляла себе близости с ними. Цыганка Лена не потерпела бы никакой женщины даже близко от Льва Иосифовича. Жанна, напротив, совершенно не возражала.