Страница 16 из 70
— Когда я голодна, готова съесть слона, - принюхиваюсь, глотая громко слюни. Но стоит мне
взглянуть на ухмыляющегося шефа, как кролик перед удавом, застываю.
— Ешь, - командует Маратович, ловко размешивая в своей тарелке палочками лапшу в коричневом
соусе. Я далека от названий блюд, поэтому без понятия, что буду есть. Пахнет съедобно.
— Ммм, - мычу от удовольствия, втягивая в себя лапшу. Марат Тахирович прищуривается,
наблюдает за мной. – Фкусно!
— Ешь, - опять повелевает и продолжает за мной следить. Я второй раз не так ловко орудую
палочками, как первый раз. Меня смущает внимание шефа, но просить его перестать на меня
пялиться, язык не поворачивается.
— У тебя соус на губах, - замечает Маратович.
Он прижимает галстук к груди, набивает свой рот лапшой. Я ищу глазами салфетки, чтобы
вытереть соус. Они оказываются по другую сторону от меня, возле руки шефа. Но я смотрю не на
салфетки. Я смотрю на руки тиранища. Выпуклые вены так и приковывают внимание, как и
перекатывающие мышцы. А пальцы.… Разве это не преступление иметь такие длинные пальцы, если
ты не музыкант?
— Вы играете на фортепиано? – что в уме, то и на языке. Еще по трезвости.
— Нет.
— А грех не играть.
— Грех ими не доставлять удовольствие.
Наши взгляды пересекаются, и горит сарай, горит и хата. Я зачарованно смотрю в эти черные
бездны и падаю-падаю, не зная, что меня ждет по итогу. А тиранович по совместительству еще и
чудище, все смотрит и смотрит, пожирает меня глазами. Я словно попадаю в портал другой
реальности.
— Соус… - тихо произносит Маратович, словно сам себя возвращает в здесь и сейчас.
Хватает салфетку, тянет руку к моим губам и смотрит на них. Я чувствую, как они начинают
пылать. Непроизвольно облизываю. Взгляд шефа темнеет. Аккуратно вытирает соус, при этом
прячет от меня свой взгляд. Но я зависаю на его ресницах. Они тоже преступно длинные. И
черные. Красить не нужно.
— Ешь.
Ем. Молча ем, не зная, куда себя деть, не зная, как себя вести. Можно прикинуться дурой.
Блондинка ведь. Впредь больше не обедать и не ужинать с начальником наедине. От греха
подальше. Трусы хоть и сухие, только вот низ живота нежданно тянет. И это не предвестники
ежемесячных гостей на красном автомобиле.
— Как продвигается финансовый отчет? – разряжает напряженную обстановку Шароев. – Вопросы
есть?
— Вопросы есть, - дергано улыбаюсь. - Там есть странная графа. Я даже полезла в отчеты за
предыдущие месяцы, чтобы кое-что понять, - смотрю на босса, он внимательно меня слушает.
У него определенно талант переключаться. Я так не умею. Хоть и говорю сейчас о работе,
ладони все еще потные, а в груди все еще жарко.
— Прочие расходы. Что это значит?
— Прочие расходы? – Марат Тахирович хмурится.
— Да. Суммы разные.
Возможно, я кому-то сейчас испортила жизнь. Чудовище рывком встает из-за стола, в момент
оказывается на своем троне и сердито смотрит в монитор, щелкая мышкой. Судя по тому, как
темнеет его лицо, я сильнее вжимаюсь в стул, от страха еле сглатываю. Меня даже начинает
подташнивать. Шароев кому-то звонит.
— Адам, если есть время, зайди ко мне. Тут кое-что интересное нарисовалось. Жду, - кладет
трубку, смотрит на меня. – Доделывай отчет.
Я иду доделывать отчет, перед этим убрав со стола коробки после еды. Скоро конец рабочего
дня, значит, свалю домой. В приемную заходит пара. Его я узнаю сразу. Генеральный. Адам
Сулимович Тайсум. Ее не знаю. Красивая блондинка, от которой невозможно отвести глаз.
— Я недолго, - обещает Адам Сулимович и скрывается в кабинете чудища.
— Кофе, чай? – вежливо предлагаю, наблюдая, как красивая женщина присаживается на диванчик
и устремляет на меня невероятной красоты глаза. Она вообще реальная?
— Нет, спасибо. Надеюсь, что эти двое действительно недолго будут разговаривать. А где
София?
— София? – недоуменно хлопаю ресницами. – А кто это?
— Секретарь Марата.
Судя по тому, как неформально незнакомка произносит имя моего начальника, она с ним
знакома. Близко. Я не успеваю ответить, потому что дверь логова тирана распахивается.
Разговор действительно вышел у товарищей мужчин короткий. Первым выходим Тайсум, следом
Шароев.
— Я знал, что ты его ждешь, поэтому не стал задерживать, - Маратович расплывается в
очаровательной улыбке. Улыбается женщине генерального директора, а коленки дрожат почему-то
у меня.
— Как это мило с твоей стороны, Марат, - иронично замечает блондинка, вставая с дивана. Она
подходит к шефу и чмокает того в щеку. Адам Сулимович усмехается.
— Ждем тебя на выходных. Дети скучают, - Тайсум пожимает руку Маратовичу, уходит со своей
спутницей. Я все это время едва дышу, пытаюсь слиться с обстановкой. Марат оборачивается и
прищуривается.
— Отчет доделала? – строго спрашивает.
— Почти, - блею я.
— Как сделаешь, шуруй домой. Завтра не опаздывать.
— Есть шеф! – чуть ли не салютую товарищу в спину.
Выдыхаю, когда за ним закрывается дверь. Этот адский рабочий день подходит к концу. Но я
жива, мне вполне по зубам и по духу выдержать этот этап в своей жизни под руководством
Шароева. Если так подумать, хоть и тиран, но работать с ним можно.