Страница 78 из 117
Нэский снова опустился на ритуальное ложе и схватился за голову. Эмпатическое восприятие переполняло его ощущениями, к которым он не привык. Он словно учился дышать под водой. Со всех сторон на него наплывали чужие чувства, и их приходилось отгонять, как назойливых насекомых, но они продолжали возвращаться снова и снова.
– Это не симуляция, – выдохнул посол. – В симуляции совсем другие ощущения и нет синестезии.
Вату, который совсем недавно был совершенно глух к окружавшим его эмоциям, теперь в буквальном смысле видел и слышал их. Некоторые даже имели запах и вызывали тактильные ощущения.
Оглядываясь вокруг в кромешной темноте ритуального зала, он видел разноцветные потоки, протянувшиеся через пространство.
Они проходили сквозь стены, уходили в потолок и в пол, пульсировали, меняли цвет и направление движения. Каждый поток звучал особым образом: одни издавали низкое гудение, другие были похожи на вой ветра в ветвях деревьев, третьи трещали статическими разрядами, четвертые были совершенно беззвучны. Посол проследил взглядом за несколькими потоками и увидел, что они начинаются в отдельных светящихся точках, расположенных где-то вверху.
– Это живые существа и их ощущения, – ошеломленно произнес Нэский вслух. – Я вижу… их ощущения…
Нэский был все ближе и ближе к сенсорной перегрузке, когда вдруг почувствовал, а точнее – увидел, что среди всего этого эмоционального хаоса громче и четче всего звучит один поток. Посол не заметил его сразу, потому что находился внутри него. Этот поток был настолько огромен, что охватывал собой всю комнату и, наверное, весь храм, а может быть простирался и значительно дальше, потому что он не принадлежал никому конкретному. Это был голос пространства, голос места. Посол лег на ритуальную плиту и закрыл глаза.
– Кто это? – подумал он, концентрируя все внимание на самом сильном эмоциональном потоке, проходившем через пространство ритуального зала. Он скользнул мысленным взглядом по вьющемуся разноцветному шлейфу, пролетел по нему на поверхность, пронесся над дымящимися развалинами религиозного района и метнулся вверх, где на самом краю неба висел нейронный центр орбитального города. Прежде, чем Нэский увидел её, он понял, что происходит.
Это была Псай. Ей было очень плохо. Она плакала.