Страница 50 из 69
Глава шестнадцатая,
в которой коммуналка на 5-й Советской снова превращается в место преступления, а Михаил находит родную сестру Ивана Вадимовича.
Скрынников велел ничего не трогать и никого не пускать в комнату Ивана Вадимовича, пока стоял в пробке на Невском. Любопытные соседи задавали вопросы и заглядывали в дверь. Скорая примчалась быстро, следом пришел участковый, чтобы засвидетельствовать смерть. Приехавший следователь велел всем разойтись по комнатам и не уходить.
— Роман Петрович где? – спросил он.
— С утра не было, – ответил Михаил.
— Звонили?
— Звонил, телефон отключен. У него часто так. Бухает. Проспится – и перезвонит.
Скрынников поджал губы. Нателла Валерьевна слушала их разговор, чуть приоткрыв дверь.
— Порешили засранца, – прошелестела она.
— К тому все и шло, – прошелестела в ответ Валентина Афанасьевна, тоже подслушивавшая из-за приоткрытой двери.
— Закройте двери. Идут следственные действия, – сказал Скрынников. Обе двери закрылись. – Михаил Сергеевич, придется вам и в этот раз быть свидетелем, – обратился к нему следователь. – Подождите, пока сделаю осмотр с экспертами.
Михаил болтался без дела, ходил туда-обратно по квартире. Скрынников сегодня захватил маску с клапанами, белый клюв на нем выглядел комично. Через пару часов Скрынников вошел в кухню, на ходу снимая маску. Он открыл окно нараспашку и минуту глубоко вдыхал свежий воздух.
— Убили? – спросил Миша, понижая голос.
— Ждем, что скажут эксперты. Налейте воды, пожалуйста, вы тут ориентируетесь.
Миша достал из шкафчика логопеда чашку, которой обычно пользовался, и налил в нее воды из кувшина-фильтра. Скрынников поморщился, глядя на фильтр, но взял и выпил всю воду.
— Сейчас приедут эксперты и фотограф. У меня просьба – сможете дождаться, когда его заберут в морг? И проследить, чтобы никто не расходился. Будем с коллегами записывать показания на камеру. Я съезжу за всем необходимым и вернусь.
Михаил кивнул, все равно день насмарку. Скрынников вымыл руки средством для мытья посуды, огляделся и вытер их о штаны.
— Просмотрел я. Второй труп, – сказал он.
Михаил не знал, что ответить. Да, выходит, они со следователем чего-то не заметили.
— Кстати, важная информация. Нож, который нашли на первом трупе, – не орудие убийства.
— Это как? – не понял Михаил.
— Входное отверстие от ножа уже, чем должно быть. Благодаря мумификации эксперты определили, что нож был, скорее всего, обычный кухонный. А этот подкинули, чтобы кого-то подставить. И если бы мы знали, чей он, то отвели бы подозрение от этого жильца. Может, он и заговорил бы. Кстати, вы нашли для меня список собственников на начало двухтысячного года?
— Да-да, – засуетился Михаил. – Только он в агентстве, я коллегу просил. Попрошу сфотографировать и прислать, так можно?
— Без проблем, – ответил следователь. – Вы говорили, что вчера вечером заподозрили инсульт у Ивана Вадимовича?
— Было похоже. Бессвязный разговор, какой-то странный.
— Он же пьяный был? – уточнил следователь.
— Да, но я видел его пьяным много раз. Такого не было.
Игорь Вячеславович внимательно дослушал Михаила, потом достал телефон и набрал номер.
— Скрынников, – сказал он в трубку. – На 5-й Советской возьмите бутылки на анализ.
— Что-то подсыпали ему?
— Подсыпали, задушили, сердце не выдержало – все что угодно.
Следователь попрощался и ушел. Михаил двинулся за ним и в прихожей плотно закрыл дверь в комнату Ивана Вадимыча, чтоб в квартиру не несло запахи и чтобы любопытные соседи не пришли посмотреть на труп. Соседи, услышав возню в коридоре, вышли. Самые активные – программист, сумасшедшая и нормальная старушки, логопед. Вернулась Варя и застыла, оглядывая соседей. Ей немедленно сообщили о происшествии.
— Я что, никогда не избавлюсь от этой комнаты и от вот этого всего? – спросила в пространство Варя и ушла к себе.
— Не бойтесь. Игорь Вячеславович все расследует, – сказал им Михаил.
— Кошмар какой, – прошептала Михаилу Анна. – Убили его?
— Пока неизвестно, – попытался успокоить ее Михаил. – Может, сердце.
— Что тут непонятного? Криминалисты на сердечный приступ не выезжают, – ответила логопед.
— А нам-то лучше, – с достоинством прошептала Нателла Валерьевна и внезапно перешла на визг: – что сдохла эта вонючка!
На нее зашикали.
— Ната, перестань! Человек умер! – сказала Валентина Афанасьевна.
— Да какой это человек, какой человек-то? Там от человека – тьфу! Без него давно бы уже расселили.
— Нателла Валерьевна, перестаньте, в самом деле, – попросил Паша.
— Михаил Сергеевич, как мы сейчас с продажей? – спросила его Валентина Афанасьевна. – Все отменим?
Обитатели коммуналки навострили уши и уставились на агента. Ему было неловко обсуждать продажу комнаты, в которой остывало тело Ивана Вадимовича. Но жильцы смотрели на него с надеждой, как дочки смотрели, когда хотели утешения. Он по-отечески их понимал.
— Ничего не отменяется. Будем искать наследников, а если не найдем, то через полгода комната отойдет в собственность города, и мы найдем способ, как ее выкупить.
— Сестра у него была! – сказала Валентина Афанасьевна.
— Имя знаете? – спросил Михаил.
Валентина Афанасьевна отрицательно помотала головой.
В дверь позвонили. Это пришли эксперты и фотограф. Жильцы мгновенно исчезли из прихожей. Миша показал коллегам Скрынникова, что и как устроено в квартире, и они зашуршали, защелкали. Скоро вернулся Игорь Вячеславович с еще двумя коллегами. Они начали опрашивать жильцов.