Страница 41 из 69
— Спасибо. Вот еще что. Я на всякий случай взял с Ивана Вадимовича подписку о невыезде. Вы посматривайте за ним, хорошо?
— Хорошо, но я не все время на этом объекте, – предупредил его Миша.
— Понимаю. Спокойной ночи, – коротко ответил Скрынников и положил трубку.
Из детской вышла Лена.
— Спят? – спросил ее Миша.
Лена отрицательно покачала головой и села на диван к мужу.
— Что он хочет? – спросила она, кивая на телефонную трубку.
— Сказал, что надо обсудить все обстоятельства твоего общения с Иваном Вадимовичем.
Лена цокнула.
— Сходить с тобой? – предложил Миша.
— Сама поговорю. Займись работой, а то плакали наши планы на ремонт печки, – ответила жена.
Миша удивился, что она, несмотря на происходящее, думает о печке. Только перед сном она показала, что переживает глубоко внутри.
— Знаешь, если бы она не исчезла, мы бы снова переехали. И я не встретила бы тебя.
— Но ты же поступила в институт, – возразил Миша. – Она бы уехала одна.
— Она не думала так, как мы. Просто делала что хотела. А я – как чемодан, который она возила с собой.
Миша не успел обдумать ее слова, потому что позвонил Иван Вадимович. Обычно Миша не принимал звонки так поздно, но сейчас ответил, заподозрив неладное.
— Миша, отменяй все! Не буду я продавать комнату, – раздался пьяный голос в трубке. Михаил почувствовал нарастающую ненависть. – Здесь умирать буду. Сюда Люба приходила. Здесь мертвая лежала.
Миша, прикрыв глаза, слушал его излияния. Язык алкаша заплетался так, что едва можно было разобрать слова. Кроме него, в трубке слышалась ругань, голоса Нателлы и Валентины Афанасьевны.
— Сейчас найду и порву эти согласия, документы на комнату, паспорт, все, – сказал алкоголик.
Миша подскочил с кровати.
— Стойте, Иван Вадимович!
Но тот уже сбросил звонок.
— Что там? – зашевелилась Лена.
— Иван Вадимович грозится документы порвать, – ответил Миша.
— Не сделает он ничего, – сказала Лена.
«Иван Вадимович собрался рвать документы. Закрылся в своей комнате», – прислал Паша.
— Пойду, заберу у него паспорт и доки на собственность. А то будем потом восстанавливать.
— Давай, – ответила жена.
С приближением к коммуналке раздражение нарастало. По лестнице в парадной ему навстречу бежала Варя, раздраженно повторявшая:
— Блин, это невозможно, просто невозможно..
Мишу она не заметила. В квартире было шумно. Иван Вадимович переругивался с Валентиной Афанасьевной.
— Это все вы, точно знаю! – рычал он. Он шатался и размахивал руками, пытаясь то ли сохранить равновесие, то ли драться. Выглядело это ужасно.
Помимо них в прихожей были вездесущая Нателла и Паша, прикрывавший собой дверь в комнату Ивана. «Чтобы тот не вошел и не сделал то, чем пригрозил», – догадался Миша. На приход агента не отреагировали. Миша частенько появлялся в подобные моменты еще до трупа в перекрытиях. Миша аккуратно взял под локоть Валентину Афанасьевну и увел ее в комнату.
— Валентина Афанасьевна, не спорьте с ним.
— Да как не спорить, он моего Федюшу убийцей обзывает! – запричитала та. – Сколько можно от него терпеть.
— А ваш муж не замешан? – спросил Михаил.
— Да врет он, не видите, что ли? – отчаянно сказала старушка. – Поймали его, он крутится как уж на сковородке! Напился, всех на уши поднял!
Михаил вернулся в прихожую. Иван Вадимович заговорил с ним, но был настолько пьян, что Миша не мог разобрать, что тот мямлил, и даже заподозрил, что алкоголика хватил инсульт, и попросил назвать имя и улыбнуться. Иван Вадимович исполнил то и другое, поэтому Михаил, дав знак Паше подвинуться, увел его в комнату и там, переступая через мусор, подталкивал старика к дивану. К этому моменту Иван Вадимыч уже выдохся и мычал, повалился на диван и размахивал руками, насколько мог. Таким Михаил его еще не видел. Он открыл выдвижной ящик и выгреб от греха подальше все документы, которые старательно собирал предыдущие полтора года. Он знал, что совершает преступление, но от усталости ему было все равно. К тому же завтра рано утром Михаил намеревался прийти в коммуналку, вернуть документы и заодно проверить состояние Ивана Вадимовича, которому, возможно, понадобится помощь врача.
Агент посмотрел на алкоголика, тот не спал – беззвучно говорил и размахивал руками. У дивана лежала пустая бутылка и куски хлеба.
Михаил вышел в прихожую, намереваясь попросить соседей присмотреть за Иваном Вадимычем, но все уже разошлись. Он посмотрел на часы – час ночи. Немудрено, устали. Из своей комнаты выглянула Валентина Афанасьевна.
— Спит? – спросила она. Михаил кивнул. – Спасибо, что выручили.
— Подержите у себя документы, чтобы не испортил? – Миша протянул ей документы.
Валентина Афанасьевна отступила.
— Нет-нет, не хочу с ним связываться.
Михаил бегом добежал до дома.
— Разобрался? – спросила жена, когда он ложился в кровать.
— Надоели они мне, – ответил Миша.