Страница 91 из 114
— Точно, Джесс говорил, что в старые времена эльфы собирались по вечерам на поляне и музыка не смолкала до рассвета, — взволновано проговорила Кася, — соловьи замолчат… Она хочет их убить! Джесса и Клауса! Чтобы они не смогли ничего рассказать! Через три дня!
— Не будем спешить с выводами, мисси Потапова, — одернул ее Влад, — речь не обязательно про убийство. Молчания можно добиться разными способами.
— Тем не менее им угрожает опасность, мистер Старлински, — Кася гневно посмотрела на него.
— А тени — это, видимо, про хранителей, — нахмурился я, — у нас мало времени. Если все так, то Харрису заплатили за молчание и невмешательство.
— Еще нет, — сказал Влад, — но заплатят, если он потянет время и будет закрывать глаза на это все. Я думаю, он не знает, где их прячут.
— Согласен. Иначе не было бы смысла в этой записке, — кивнул я.
— Записка! Точно! В тот день Джессу передали записку. Кто-то принес ее и отдал одному из журналистов, а тот передал брату, — Клэр взволновано смотрела на нас, — Джесс очень разозлился.
— Где эта записка? И кто отдал ее Шулье? — Влад посмотрел на нее.
— Записку передал Берт Торонс, и она должна быть в кабинете Джесса на его столе, если он не забрал ее с собой.
— Идем, — я подхватил Клэр под локоть, открывая портал к дверям редакции. Через мгновение Влад, Клэр и я уже были там.
— Клэр, что происходит? Где Джастин? — внутри нас ждало человек пять.
— Кто из вас Торонс? — Влад окинул их взглядом.
— Ну, я, — мужчина средних лет посмотрел на него, — а в чем дело?
— Вы вчера передали мистеру Шулье записку, — псионик впился в него взглядом.
— Да, — мужчина замер, как кролик перед змеёй.
— Кто принес ее?
— Какой-то беспризорник из рабочего района, — он говорил медленно, словно во сне, а мой напарник продолжал гипнотизировать его.
— Он не причем, — вынес вердикт Влад, — мальчишка поджидал у дверей, сунул ему записку и убежал.
— Идем, — я потянул Клэр к кабинету. Мы прошли через все помещение, и Клэр открыла дверь своим ключом. На столе поверх черновиков статей и прочих документов лежал грязный клочок бумаги, на котором эльфийскими рунами было написано: «Останови ее, Джесс!» Листок был разорван на две части.
— Дальше по всей вероятности был адрес, — задумчиво произнёс Влад, рассматривая обрывок. Клэр снова всхлипнула, а я прижал ее к себе.
— Держись. Нельзя терять надежду! — я старался говорить бодро, хотя понимал, шансов на то, что Шулье и Клаус живы, остается все меньше. Опечатав редакцию и отпустив сотрудников по домам, мы вернулись в кофейню. Там нас встретила хмурая Кася.
— Выяснили что-нибудь? — она стояла, уперев руки в бока посреди пустого зала.
Я прошёл к столу, отодвинул стул и опустился на него.
— Пока порадовать нечем. Клаус смог передать Джессу записку с просьбой о помощи, и тот, не сказав никому ни слова, отправился искать его. И скорее всего угодил в ловушку. Мы не знаем, где они могут быть.
— Надо идти в «Розу» и обыскать там все, — Кася магичила, накрывая на стол.
— Сомневаюсь, что они все ещё там, — Влад тоже уселся, — записку принес мальчишка из рабочего района. Скорее всего в похищении замешаны банды.
— Тогда надо поговорить с Хольцем, — девушка была настроена решительно, — нам все равно нужно к нему, забрать продукты. Может быть Эрк что-нибудь знает. В конце концов он точно может свести нас с Бароном. Сторм — негласный хозяин района, и наверняка знает, что творится на его территории.
— И откуда ты знаешь про этого бандита?
— Джесс рассказал. Мы были там.
— А это мысль. Кася права, — неожиданно Влад поддержал ее.
— Это опасно, — я неодобрительно смотрел на напарника.
— У меня есть адрес Хольца. Я сейчас, — она быстрым шагом направилась к лестнице.
— Мне не нравится эта затея, — я покачал головой.
— Послушай, Эд, — в голосе псионика прозвучало убеждение, — надо проверить все варианты. Этот ничем не хуже.
— Идти на сделку с преступником? Ты это предлагаешь?
— Я не предлагаю сделок. Но мы можем попытаться узнать, имеют ли они к этому отношение.
— Вот, — Кася сбежала с лестницы, — если ты знаешь, где это, — она протянула мне листок бумаги, на котором был написан адрес.
— Это недалеко от торгового района.
— Так чего мы ждем? — она всплеснула руками.
— Мы ждём обед, — напомнил ей Влад, — мисси Кася, давайте перекусим, а потом я обещаю вам, мы сходим к этому вашему Хольцу. Кстати, кто это?
— Счетовод в порту. Он — поставщик у хранителей, — Реми помог Клэр устроиться за столом, — у нас с ним договор.
Пока мы ели, Кася стояла у окна, напряженно вглядываясь в вечереющее небо. Ее беспокойство за Шулье отзывалось каким-то неприятным ощущением в районе груди.
«Не вздумай давить на нее, — я уговаривал себя, — они очень сблизились с Джессом». От этих мыслей становилось только хуже. Глухое раздражение вперемешку с ревностью скреблось внутри, ища повод вырваться наружу.
Кася резко повернулась ко мне и теперь пристально смотрела на меня.
— Я не знаю, о чем ты сейчас думаешь, Эд, — она медленно подбирала слова, — но я обещаю тебе, что я не отступлюсь. Неважно будешь ты помогать мне или нет. В моем мире принято отвечать добром на добро. А от Джастина я видела только хорошее. И я буду последней сволочью, если сейчас не попытаюсь помочь ему, как он помогал мне все это время! И чтоб ты понимал, все, что я испытываю к нему — это дружескую симпатию и глубокую благодарность за все, что он для меня сделал!
— Пожалуйста, Эд, — тут она внезапно всхлипнула, — мы должны найти его! Я прошу тебя!
Меня накрыло вихрем ее эмоций: страх, что я откажусь помогать, беспокойство за жизнь друга, молчаливый крик о помощи и вишенкой на торте из всей этой мешанины сияла надежда.
— Успокойся, — я подошел к ней и сжал ее плечи, — я уже обещал, что мы найдём его.
— Спасибо, Эд, — беззвучно прошептали ее губы, а меня захлестнуло волной нежности. Мой гнев и ревность растворились в ней, и я прижал ее к себе. Кася тихо всхлипывала, обняв меня. А я стоял, понимая, что теперь точно не смогу отпустить ее, даже если она попросит об этом.
— Мисси Потапова, возьмите себя в руки, — Влад с трудом перевел дух, — ваше воздействие переходит все границы, — он покосился на целующихся Реми и Клэр, которых тоже накрыло исходящими от Каси эмоциями.
— Я не знаю, как выставить долгосрочную преграду, мистер Старлински, — в голосе моей девочки звучало искреннее раскаяние.