Страница 115 из 121
Глава 56
18 апреля 1931 года
Лондон, Англия
Даже если месть и свершилась, в отправлении правосудия точка пока еще не поставлена.
Королевы во главе со мной гуськом спускаются вниз. Эмма жестами велит агенту Пинкертона оставаться на месте, но не предпринимать каких-либо действий. Сыщик проворно занимает позицию возле лифта – надо полагать, с целью воспрепятствовать кому бы то ни было покинуть место происшествия. Мы, в свою очередь, знаками даем понять мисс Беннетт, чтобы она сидела пока в конференц-зале.
Когда я схожу со ступенек, Луис уже яростно спорит с Джимми. Как будто сэр Альфред и не лежит подле их ног в расползающейся луже крови. Похоже, сына сейчас занимает только вина отца перед Мэй.
Уильямс-старший резко поворачивается к нам и шипит:
— Полюбуйтесь, ведьмы, что вы устроили! Сэр Альфред мертв, и мерзавка Беннетт заплатит за это сполна! Свидетелей полно.
— За что она заплатит? Я лично видела, только как сэр Альфред случайно навернулся с лестницы, столь неудачно расположенной в вашей конторе, – заявляю я, глядя ему прямо в глаза.
— Не стройте из себя идиотку! Да все присутствующие здесь подтвердят, что Миллисент Беннетт умышленно его толкнула! – восклицает Джимми и затем переводит взгляд на сына, явно ожидая от того поддержки. Луис, однако, отворачивается.
— Я этого не видела, – снова возражаю я.
— Я тоже, – вторит мне Агата.
— И я видела, только как сэр Альфред пошатнулся и упал, – вздыхает Эмма. – Сдается мне, он позволил себе лишнего. Во всяком случае, координация движений у него была, как у пьяного.
— Совершенно верно, – подключается Марджери, хотя и говорит очень тихо, что абсолютно не характерно для нее. Вид трупа – пускай даже и этого мерзавца Чепмэна – действует угнетающе на всех нас, как бы уверенно мы себя ни вели.
— Сэр Альфред слетел кубарем с лестницы лишь по собственной неловкости, – скрестив на груди руки и не сводя взгляда с Уильямсов, заявляет и Найо. – Вы, джентльмены, отчаянно пытались остановить его падение, но он, увы, набрал слишком высокую скорость.
— Против ваших показаний будут наши, – не сдается Джимми, – и лично мне представляется весьма сомнительным, что кто-то сочтет бабье кряканье более весомым, нежели слова двух мужчин.
— Да неужели? Вот только непохоже, что сынок вас поддержит! – Это колкое замечание Найо сдабривает своим фирменным фырканьем, и Уильямс-старший едва ли не в ужасе отшатывается. Просто поразительно, что нарушение норм поведения – женщинам следует вести себя скромно и благопристойно – способно задевать чьи-либо чувства даже при столь трагичных обстоятельствах.
— А теперь хорошенько подумайте, что произойдет, если вы обвините мисс Беннетт в убийстве! – устремляюсь я в атаку. – Полицейских заинтересует, по какой причине она лишила его жизни: иными словами, им будет необходимо выявить пресловутый мотив преступления. Полагаю, следствие быстро установит, что сэр Альфред специально подослал ее в «Страховое бюро Мэтерса», дабы следить за Луисом Уильямсом. Затем служители закона, как пить дать, задумаются, чем было вызвано подобное внимание. И им достаточно будет копнуть лишь самую малость, чтобы обнаружить: мисс Беннетт собирала сведения об отношениях вашего сына с убитой Мэй Дэниелс. Следующий вопрос полицейских очевиден: ну и почему же сэру Альфреду не давала покоя связь Луиса Уильямса и Мэй Дэниелс? И я нисколько не сомневаюсь, что на этот раз прощальное письмо девушки будет рассмотрено с должным вниманием, а главная роль в нем отводится, напомню, Луису. Даже если ваш сын и не предстанет перед судом, приговор ему вынесет общественное мнение.
Джимми потрясенно застывает на месте, словно в немой сцене из какой-нибудь пьесы. Наконец он выдавливает:
— Чего вы хотите?
— Ну, прежде всего, чтобы вы увидели то же, что и мы: гибель сэра Альфреда Чепмэна была трагической случайностью. – Я киваю на тело. – И еще мы хотим, чтобы вы осознали, что произошедшие с Мэй Дэниелс ужасные события отчасти были вызваны вашими действиями. Мы хотим, чтобы вы искупили свою вину.
— Ну и как, по-вашему, я это сделаю, черт побери? Я же не могу воскресить мисс Дэниелс! – восклицает Уильямс-старший. Достигнув высокого положения в обществе, он, судя по всему, уверовал, будто свергнуть его оттуда не способен никто. И уж точно не горстка каких-то женщин.
«Да уж, раскаянием здесь и не пахнет», – заключаю я.
Мы с Королевами обмениваемся взглядами, и мне становится понятно, что им тоже очевидно полнейшее отсутствие угрызений совести у Джимми. В отличие от Луиса, который, похоже, свою вину ощущает. Чудовищна гордыня Уильямса-старшего, сэра Альфреда и бессчетного числа подобных им представителей сильного пола, обращающихся с женщинами как с вещами, как с бросовым материалом. Необходимо преподать им урок.
— Воскресить – нет. Но вы можете явиться с повинной в полицию, признавшись в своей причастности к убийству Мэй Дэниелс, – отвечаю я страховому магнату. – И назвать организатором убийства сэра Альфреда Чепмэна.
— Что-что? – Джимми издает недоверчивый смешок. – За каким чертом я должен в чем-то признаваться? Ладно, так и быть, я готов соврать полиции, что с сэром Альфредом произошел несчастный случай, но не более того!
— Что ж, тогда мы передадим следствию все материалы, связывающие вашего сына с Мэй Дэниелс. И при этом умолчим о роли сэра Альфреда, вследствие чего Луис Уильямс предстанет единолично виновным в ее убийстве.
С округлившимися глазами Уильямс-младший резко поворачивается ко мне. «Почему же вы меня сдаете, если я сделал все, как вы просили?» – так и читается в его взгляде.
Я немедленно вскидываю руку и, глядя на Луиса в упор, молчаливо призываю его к терпению. А затем снова обращаюсь к его отцу:
— Итак, у вас есть выбор. Спасать себя или своего сына.
Выражение лица Джимми меняется. Развязность и надменность уступают место отчаянию и раскаянию. И все же чувство вины это вызвано отнюдь не осознанием причиненного Мэй зла, как того хотелось бы мне, но огромной любовью к сыну. Впрочем, это-то я как раз всецело понимаю. Чего только родители не сделают из любви к своим детям! И сама я тоже не исключение.
Я обмениваюсь взглядом с Эммой, которая стоит рядом с агентом Пинкертона. Баронесса демонстрирует нам два пальца, что означает: полиция прибудет через две минуты. Жестами я велю Найо подняться в конференц-зал за мисс Беннетт и вывести ее из бюро до появления служителей закона. По крайней мере, наша сделка насчет нее как будто в силе.