Страница 11 из 86
Глава 4
Что бы там не работало неправильно в голове у Эдика, это никак не мешало ему вообще ничего не стесняться. Порой мне казалось, что только собственные мысли ещё хоть как-то заставляют его заткнуть самому себе рот, и то только потому, что он не может доподлинно знать мою на них реакцию. Поезд всё никак не останавливался, а я уже очень хотел есть. Сомневался конечно, что на ближайшей стоянке мне удастся ухватить хоть что-то питательное и «живое», но поедать лапшу, запаренную кипятком за цену нормальной пасты в ресторане, как-то готов не был. У Эдуарда проснулся исследовательский интерес к моему прошлому, и вот тут я реально обрадовался, что моя жизнь не была настолько длинной, как его собственная. Нет. Мне тоже хотелось узнать о нём практически всё, но это обуславливалось только эгоистичным желанием не беситься оттого, что такие пробелы заставляют меня злиться. Гнев — это ведь тоже грех, а меня что-то в последнее время стали напрягать такие вещи.
— Чудо моё, ты не мог бы… — я сидел напротив и копался в телефоне. Связи не было, но я и не в интернете сидел. Просто пытался систематизировать собственные знания, записывая уже понятное в заметки — Нужно поспать. — поднял на него глаза — Ты наглядно показал, что я могу спать один, но я не хочу. — хитро улыбнулся — Иди сюда. — пф, древний любитель откровений. Пересел к нему. Эдик лёг на бок, впечатываясь в стену и потянул меня вниз. Колени у меня всё равно свисали, хоть и надо отдать должное хватке Эдуарда — Женечка. — выдохнул мне в шею с улыбкой.
— Эдак о сне можно вообще забыть. — улыбнулся, откладывая телефон на столик.
— Что? — я развернулся в его руках. Оказалось, в такой позе вполне можно изобразить из себя фигурки из тетриса и почти нормально уместиться на узком для двоих сидении.
— Ничего. — убрал, щекочущие меня, чёрные шёлковые волосы — Спи.
— Ты научишь меня чему-нибудь ещё?
— Эм… Сейчас? — захихикал, как дурачок — Слав?
— Не сейчас. Все варианты в этих условиях вполне прозрачны. — не закатить глаза не получилось, что дало ему ещё возможность надо мной поржать — Спи. — изобразил меня.
— Есть хочу. Так что не получится пока. — хотел всё же дождаться остановки.
— Я тебя разбужу. — сказал и практически тут же уснул.
Было вообще-то тепло и уютно. Может, я просто сентиментальный идиот, но мне показалось, что так должно быть дети чувствуют себя в утробе матери. Эдуард словно обволакивал меня, заодно успокаивая и защищая от всего. Осьминога не видел, но не сомневался, что это влияние его силы. Если у него и была каша в голове, которую он периодически любовно помешивал и добавлял новых ингредиентов, то мне было всё кристально ясно. Закрыл глаза и тоже провалился в сновидения.
Поезд ехал, а Эдуарда рядом со мной не было. Я при этом был накрыт шерстяным одеялом. Кондиционер, наконец, нормально заработал, и в нашей передвижной ячейке стало даже холодно. Конечно, кондиционером естественный забор воздуха на ходу, называть не очень правильно, но в билете было написано именно так. Удивился, что я здесь один и тут же схватился за телефон. Связь так и не появилась. Тревога сразу постучалась в мой мозг, хоть я и не решил, что Эдик настолько непробиваемый и снова захотел сбежать. Выглянул в коридор. Судя по зелёному кружочку и надписи, оба туалета оставались свободными. Ага. И где тогда мой древний морской обитатель? Двери у всех купе были плотно закрыты. В вагоне вообще было тихо. Да и сомневался я, что Эдуард отправился к соседям искать себе компанию, оставив «своё чудо». Чисто из любопытства прогулялся в соседний вагон, подумал и посетил и тот, что был по другую сторону. Вернулся. Сел и укутался в одеяло. Нет, на самом деле слишком прохладно. Дёрнулся. Я опять ни хренашеньки не знаю? Может это вообще потусторонний холод? Даже мерцать не получалось. Зрение перестраивалось, но ничего не менялось. А вот потоков здесь не было. В окно «показывали» темноту, разбавляемую редкими мелькающими фонарями. Отсутствие Эдика не просто напрягало, мне было страшно. Всё это усугублялось тем, что даже с ребятами я посоветоваться не мог. Что делать-то? Пошёл к проводнице. Естественно, девушка предпочитала спать в те редкие моменты, когда ей не приходилось отвечать на глупые вопросы. Да и ночь же — вопросов резко поубавилось.
Постучал. Ожидаемо не услышал ответа и потянул дверь в сторону. Проводница на самом деле спала, но, услышав отъезжание створки тут же приняла сидячее положение.
— Извините, что помешал, — криво начал я. Сам ненавидел, когда меня будили и прекрасно понимал, что никакие извинения не смогут победить желание удушить будившего — мне казалось, у нас должна быть остановка… — к своему стыду, я даже не помнил, когда именно у нас должна она быть.
Девушка попыталась не выдать всю степень своего недовольства:
— Остановка была сорок минут назад.
— Эм… А все вернулись? — перетерпел её взгляд, хотя показалось, что меня расчленили и выкинули на рельсы.
На остановках проводникам приходилось караулить всех у вагонов, и вряд ли она бы не заметила на перроне красивого высокого мужика. К тому же, кроме неспящих курильщиков, желающих погулять ночью не так уж и много.
— Ну, знаете, моего соседа нет, — попытался донести до неё свою тревогу — и я не представляю куда он мог деться. Поэтому подумал…
— Знаешь, как я ненавижу эту работу? — вдруг вызверилась на меня проводница — И идиотов, с которыми приходится сталкиваться? — подумалось, что таким образом проявилась её тревога. Ведь ей точно влетит за потерю пассажира — Выходило всего пятеро. Пятеро и вернулись. Если ваш товарищ нашёл себе более приятное времяпрепровождения, ещё не значит, что нужно мешать людям отдыхать! — и заговорила, передразнивая пассажиров — Нам бы чай, нам бы чашку, когда включите кондиционер, мы замёрзли, выпустите покурить, в туалете нет бумаги, дверь заклинило… И вас таких целый вагон! А я одна!
— Я…
— Хотите поменяться местами? — вскочила и подалась вперёд, наезжая и заодно выталкивая меня к титану с водой — Да что я? Вы ведь все считаете, что мы тут вам должны, что мы миллионы получаем! — я отодвинулся и перестроил зрение — мало ли… — Да ни хрена мы не получаем. Только дай и дай, должен и должен.
— Успокойтесь. Я поищу своего друга сам. — вдруг глаза её странно блеснули:
— Ищи, ищи. Может, сгинешь.
— Что? — нахмурился.
— Потрахается и вернётся, вот что. — и она натурально захлопнула свою дверь. И, кажется, даже заперла её.