Страница 21 из 65
— Эта девушка — и есть та самая родственница Тимофея Веремеева, — прокомментировал мое задумчивое разглядывание фамилии Орехов. — Мне показалось, я ей приглянулся, она явно кокетничала со мной. Но Виктория немного «моветон»; не тот тип девушек, с которыми приятно общаться. И чтобы утешить ее в связи со своим отказом, я показал ей поближе старинный флакон, на который Виктория с интересом поглядывала. Она часто общается с Тимофеем и решила, что ему будет очень интересно узнать об историческом артефакте..
5. Мария Захарова, певица. Как странно представлять ее в парфюмерной мастерской.. Коротко стриженная, в рваных джинсах и грубых ботинках, с татуировками на плечах, спине и шее.. Таким-то, заядлым рокершам и неформалкам, какие духи?
— Я тоже был удивлен, когда ее увидел. — Орехов принес атомайзер, брызнул из него на блоттер. — Я еще не передал Марии ее заказ, вот, оцените.
Я поднесла полоску бумаги к носу и чуть не замурлыкала от удовольствия. Аромат показался мне очень нежным, женственным, заметным, но при этом интеллигентно-ненавязчивым.
— Пирамида в духе Софии Гройсман. Роза, персики, ваниль, сандал. — Парфюмер вдохнул разлившийся в воздухе чудесный шлейф.
— София Гройсман — знакомое имя, но не могу понять, откуда я его знаю, — вырвалось у меня.
— Это автор «Трезора». Ланкомовский «Трезор» задал целое направление в парфюмерии. Тем, кому за тридцать, можно смело дарить классическую версию — им пахло все, это аромат их юности, и, кроме того, он настолько гармоничен и сбалансирован, что просто не может не понравиться.
Я кивнула. Теперь понятно, ну конечно, родной «Трезор», мое студенчество, неумелые поцелуи и наивные статьи.
6. Ника Иванова, домохозяйка-блогер. Ей я бы памятник поставила. За пропаганду семейных ценностей. Я помню ту панику, которая охватила меня, когда мы с Андреем начали жить вместе. Я боялась всего и сразу, причем страхи эти были как обильны, так и противоречивы. Мне казалось, что сохранить интерес такого красавчика, как Андрей, надолго невозможно — его всенепременно украдет фотомодель и сердце мое будет разбито, поэтому лучше не любить его слишком сильно (чтобы не расстраиваться потере), а еще лучше профилактически бросить первой (пока фотомодели не активизировались). При этом я была уверена, что даже если Андрея не уведут — счастья не будет; я сама безумно заскучаю, променяв калейдоскопную яркость новизны на одну-единственную личность. Мы остались вместе только благодаря мудрости и терпению моего мужа, который умудрился стать той самой надежной стеной, не превратившейся при этом в тюремную ограду. А Ника.. Она просто умела любить — своего супруга, детей, подгоревший плов или цветущую орхидею. И она писала об этом так искренне, что у меня всегда на душе теплело после ее постов. Невозможно видеть счастливых людей и не радоваться за них. Ника умела дарить много любви через свои бытовые репортажики.
7. Антон Лисовский. Ага, ну наконец-то. Первое мужское имя в списке (блин, вот он, пресловутый гендерный фактор! Как-то не хочется мне, чтобы преступницей оказалась женщина!). И первый не публичный человек в списке клиентов Орехова.
Впрочем, как оказалось, Лисовский — личность, как говорится, «широко известная в узких кругах». Мне просто не приходилось с ним пересекаться, потому что моя любовь к парфюмерии не настолько сильна.
— О, как можно не знать Антона? — Орехов метнул на меня гневный взгляд, явно свидетельствующий, что он был более высокого мнения о моих интеллектуальных способностях. — Это же сам Лисовский, создатель сайта о парфюмерии!
— Какого именно сайта? — уточнила я, равнодушно отмечая, что физиогномика собеседника уронила мой айкью на предельно низкий уровень. Что, впрочем, мне было совершенно безразлично. Я считаю, что не знать чего-то — не стыдно. Стыдно не спрашивать, а делать вид, что знаешь.
Парфюмер стал хватать ртом воздух, как выброшенная на берег рыба:
— Там собрана информация по всем ароматам всех марок. По всем парфюмерам. Там самые лучшие статьи про ароматы, интервью. Антон — уже давно мой клиент. У него в коллекции больше тысячи ароматов, он может себе позволить купить самый редкий винтажный парфюм. И при всем этом он регулярно заказывает парфюмы у меня. Антону интересно познавать мир при помощи запахов.
Я пробурчала:
— Это прекрасно.
И снова уткнулась в список.
8. Сергей Давыдов.
Никаких ассоциаций. Небось опять крутой ольфакторный мастодонт, о котором в нашей деревне немножко не слышали.
Без уточняющих вопросов Орехов принимается за объяснения:
— Сергей Аркадьевич — очень уважаемый в парфюмерном бизнесе человек. Он начинал с продаж парфюмерии еще в 90‑е годы, когда духи продавались вместе с одеждой на стадионах. Теперь у него много магазинов в торговых точках. Его собственные парфюмерные вкусы очень консервативны. Он заказывает мне парфюм, который выпускается и сегодня, но его не устраивает стойкость и глубина ароматов. В официальном производстве сейчас запрещены многие компоненты, определяющие лицо парфюма. Я в частном порядке могу себе позволить не следовать этим предписаниям, и Сергей Аркадьевич — мой частый гость.
9. Ирина Бодягина.
— А это что за дама? — интересуюсь я, расправляя затекшую от долгого сидения на диванчике спину.
— Она немолода. В средствах, как я понимаю, не нуждается — муж оставил ей достойное наследство. Ирина Павловна — просто очень одинокий человек. Я вижу, что ее пристрастия весьма банальны, это классическая альдегидная группа. Но она часто приходит, и мы проводим много времени в разговорах о жизни.