Страница 47 из 50
Я подумала пару минут и согласилась. Да, мама в детстве говорила мне, что нельзя садиться в машину к незнакомым людям, но ведь мне уже давно не пятнадцать, да и незнакомец не производит впечатления маньяка или охотника за легкой добычей. Приличный такой парень, отзывчивый к тому же.
— Кстати, меня Андреем зовут, — помогая мне сесть в машину, сообщил он.
— Вероника.
— Красивое имя.
Андрей сел за руль и, повернувшись ко мне, спросил:
— Можно теперь мне задать бестактный вопрос?
— Попробуйте. — Я пожала плечами и чуть улыбнулась.
— А откуда шрам у вас?
Я почему-то окаменела, застыла, не в силах пошевелиться и открыть рот, чтобы произнести хоть слово. Слезы сами хлынули, в который уже раз за сегодняшний день. Лицо Андрея, расплывавшееся перед моими глазами из-за влаги, стало растерянным:
— Вероника, простите..
— Нет-нет, все в порядке, — пробормотала я, очнувшись и вытирая глаза. — Просто сегодня такой день..
— Давайте оставим эту тему, — Андрей повернул ключ в замке зажигания, и машина тронулась с места.
Я постепенно успокоилась и повернулась к Андрею, с расстроенным видом следившему за дорогой:
— Извините меня. Я просто.. вы не подумайте, это не из-за вас..
— Да я догадался. У вас что-то случилось, наверное. Я не должен был влезать.
Мы снова замолчали. Мне показалось, что к станции мы едем слишком долго, и я спросила об этом Андрея. Тот покачал головой:
— Я везу вас в город.
— В город?! Но вы ведь куда-то ехали..
— У меня не было неотложных дел. А вам лучше не оставаться одной в таком состоянии. К тому же каблук сломан — как пойдете?
Это был резонный вопрос — каблук действительно сломан, а от вокзала даже до такси далековато.
Я назвала адрес. Не знаю почему, но этот человек не вызывал у меня никаких опасений или отрицательных эмоций. Простой, ненавязчивый, отзывчивый — такие редко встречаются сейчас. Он довез меня до самого крыльца, помог выйти из машины и открыл дверь подъезда.
— Будьте осторожнее на лестнице, Вероника, — сказал Андрей на прощание, и я почему-то пожалела, что он не спросил номер телефона.
Дверь захлопнулась. Вздохнув, я поставила ногу на ступеньку, и в тот же момент меня схватили сильные руки, волоком втащили по лестнице на площадку, толкнули в темный угол у лифта — там у нас никогда не горит свет.
— Ну что, овца, где шаталась? — зашипел мужчина в спортивном костюме, нависая надо мной, как утес. Лица я не видела — во-первых, темно, во-вторых, капюшон кофты натянут почти на самые глаза нападавшего. — Гуляем, значит? А тебе о чем велено подумать?
Я поняла: это кто-то из тех же людей, что встретили меня на могиле Олега. Такого страха я не испытывала, кажется, никогда. Кричать? Бесполезно — вечер, никто не высунется, я прекрасно знаю своих соседей.. И тут распахнулась дверь, кто-то быстро и легко взбежал по ступенькам, и в ту же секунду нападавший оказался на полу. Голову его моментально придавила нога в светлом ботинке. Я подняла глаза и увидела.. Андрея. Он тяжело дышал и смотрел на меня:
— Ну надо же! Как почувствовал — дай, думаю, провожу до квартиры, а тут — такое! Кто это?
Бандит не подавал признаков жизни, и я даже испугалась — не умер ли он, например, от неожиданности, но Андрей, присев на корточки, пощупал пульс и заверил, что нападавший жив:
— Я в болевую точку ударил, кратковременная потеря сознания. Ничего, в милиции очухается. — Он достал мобильный, но я, окончательно придя в себя, вцепилась ему в руку:
— Нет!!! Не надо милицию, пожалуйста!
Андрей слегка опешил, а потом решительно взял меня за руку:
— Идемте к вам, Вероника. Теперь я точно не смогу уехать, не узнав, в чем дело.
Я не была уверена в том, что стоит посвящать этого человека в свои дела, но он не оставил мне никаких шансов к сопротивлению, и я сдалась.
Мы поднялись на мой этаж, Андрей вышел из лифта первым и обошел всю площадку, убеждаясь, что у мусоропровода никто не ждет.
Защелкнув замок входной двери, я почувствовала себя немного увереннее, хотя присутствие почти незнакомого мужчины в квартире все-таки нервировало. Андрей не проходил, ждал, пока я суну ноги в мягкие тапочки.
— Пойдемте на кухню, — пригласила я и отправилась ставить чайник.
Пока я суетилась, доставая чашки, сахарницу и печенье, Андрей успел устроиться за столом, и, повернувшись, я замерла от изумления — он сел на то самое место, где обычно вечерами сидел мой Олег, увлеченно разгадывая японские кроссворды. Целая пачка тонких брошюрок так и лежала на столе, у меня не поднималась рука убрать их с глаз долой..
— Что-то не так? — чуть смутившись, спросил Андрей, и я замотала головой, чтобы опять не заплакать. — Вероника.. скажите честно — мое присутствие вам неприятно?
— Н-нет, что вы.. напротив.. я так благодарна вам за помощь, — забормотала я, ставя перед ним чашку.
— Тогда.. может, вы присядете и мы перейдем на «ты»?
— Конечно, давайте.. давай, — исправилась я. Определенно, Андрей внушал какое-то спокойствие и вызывал доверие. И я вдруг поняла, что могу ему рассказать обо всем.
И рассказала — про аварию, про сына мэра, про визит в дом Михася и даже про Инкину обиду. Андрей молчал, и только при упоминании о Михасе его лицо вдруг чуть изменилось — или мне просто показалось?
— Вот, значит, как.. — протянул он, когда я замолчала. — Похоже, влипла ты в историю, Вероника..
— Да.. — отозвалась я эхом.
— Послушай.. а тебе некуда уехать отсюда? Хотя бы на какое-то время?
Уехать мне было некуда. Мама жила с нами, других родственников не имелось, а единственная подруга Инка вряд ли теперь будет рада приютить меня. Так что, кроме этой квартиры, у меня не было никакого убежища. Да и что даст бегство? Временную отсрочку? Глупости.. Эти люди не остановятся, и у них масса возможностей найти меня. Андрей истолковал мое молчание совершенно правильно:
— Я так и думал. В принципе, если хочешь, можешь пожить у меня, мне есть куда перебраться.
— А ты часто предлагаешь пожить в своей квартире едва знакомой женщине?
— Нет, впервые, — серьезно ответил Андрей. — Соглашайся, Вероника. Эти люди не остановятся.
И я согласилась..
Квартира Андрея оказалась небольшой, но очень хорошо обставленной и уютной. Даже странно для одинокого мужчины. Хотя.. судя по его безупречной одежде и аккуратной стрижке, он тот еще педант.
— Не боишься оставлять меня тут? — неловко пошутила я. — Вдруг нарушу твой стерильный порядок?