Страница 29 из 50
— Думаешь, она чокнутая? — спросила я, когда мы отошли от двора на десяток метров и присели на лавочку у кинотеатра «Варяг».
— Нет, — убежденно сказал Вадик. — Я женщин знаю, я так скажу: эта тетка нормальная домашняя тиранша. Гитлер в юбке! Мне жаль ее мужа и кота.
Он подумал немножко и добавил:
— Особенно кота!
— Кота жалко, — согласилась я. — И нас с тобой тоже. Гадюкин обещал нас урыть, если мы не разрулим дело, а я даже не знаю, с чего начинать. Ерунда получается! Предположим, тете становится дурно после просмотра наших телепрограмм. Тогда почему ей дурнеет только по пятницам?
— Она же сказала, что по пятницам обязательно смотрит вечерний прогноз погоды на выходные, — напомнил Вадик, слегка меня удивив. Я-то думала, он вообще ничего не слышал. — В другие дни тоже иногда интересуется предсказаниями метеорологов, но нерегулярно, а по пятницам — железно, потому что в субботу все семейство едет на дачу.
— Ну а чем пятничный прогноз отличается от всех других?
Ответить на этот вопрос напарнику было гораздо легче, чем мне, потому что я телевизор смотрю редко, а уж наш канал вообще никогда не включаю. Вадик же по долгу службы присутствует на записи программ в студии.
— В пятницу мы даем прогноз не на один день, а сразу на два. Это во-первых. Во-вторых, в другие дни прогноз зачитывает Наташа, а по пятницам вещает сам Левин.
— Вот как? — Я задумалась.
Марк Михайлович Левин — умнейший дядька из университета, специалист по гидрометеорологии, кандидат наук и замечательный рассказчик. Он провозглашает прогноз погоды с вдохновенным лицом и ораторским пылом библейского пророка, так что по окончании его речи хочется кричать «Аллилуйя!» и восторженно бить в ладоши.
— Слушай! А может, у Тихоньковой на Левина аллергия? — оживилась я.
— Или, наоборот, слишком нравится ей харизматическая личность Марка Михайловича! — подхватил Вадик. — А что? Марк — видный мужчина, кудрявый, бородатый, с горящим взором! Тихонькова как насмотрится на него — перевозбуждается и потом уснуть не может, томима смутными мечтами! Ха! Я знаю, что ей нужно прописать! Сеанс хорошего секса!
— Возьмешься? — съязвила я.
Вадик не взялся, и я предложила другое решение:
— Сегодня у нас пятница. Значит, вечером Клавдия Яковлевна опять воссядет перед телевизором. Что, если в урочный час она не увидит Левина и не услышит его вдохновенное метеорологическое предсказание? Подурнеет ей, как обычно по пятницам, или нет?
— Понимаю, к чему ты клонишь. — Вадик посмотрел на часы. — Если ты хочешь, чтобы вечерний прогноз в порядке эксперимента начитал кто-нибудь другой, нужно торопиться в студию. Хотя я заранее знаю, что многочисленные поклонники Левина не скажут тебе за это спасибо.
Я прикинула, сколько народу будет не в восторге от моей идеи, и приуныла. Ладно, Мамая поломать заведенную традицию я уговорю без труда, он в нейтрализации скандальной Тихоньковой заинтересован не меньше моего. Операторскую работу сделает Вадик, куда ему деваться. А что скажет видеоинженер, которому заново программу монтировать, титры перебивать? И как отреагирует на «отставку» сам Левин?
Оказалось, что зря я переживала, обижать Марка Михайловича не пришлось. Свой монолог он записал в студии еще вчера, в четверг, потому как дежурный прогноз погоды мы, оказывается, показываем дважды в день, утром и вечером.
— Первый выход в семь утра, второй в двадцать тридцать, — объяснил мне видеоинженер Дима.
Я пообещала ему пиво, а Наташе, которая начитала текст прогноза, шоколадку, и позвонила Тихоньковой, едва дождавшись окончания ее «тихого часа». Мадам Тихонькова пообещала сообщить мне о своей реакции на видоизмененный прогноз погоды, и для пущей оперативности связи я даже оставила ей номер своего мобильного телефона, которым обычно не разбрасываюсь, так как терпеть не могу, когда меня беспокоят в свободное от работы время. Я даже имею привычку выключать телефон на выходные, потому что все важные для меня люди знают мобильный моего мужа и при необходимости могут найти меня через него.
Клавдия Яковлевна номера Коляна не знала и поэтому дозвонилась мне только в понедельник. Я уже напрочь забыла о проблематичном прогнозе погоды, наслаждалась утренним чаепитием в редакторской и не сразу узнала сердитый голос, басящий в телефонной трубке:
— Дурью маетесь! Мужика девчонкой заменили, а я опять всю ночь не спала! Давление упало, тахикардия началась, желудок расстроился!
— Клавдия Яковлевна, это вы? — Я уронила печенье и мысленно выругалась. Чертова баба, чем же ей не угодил несчастный прогноз погоды?! Никаких конструктивных идей у меня не было.
Не зная, что сказать, я снова стала задавать вопросы: — Скажите, а как ваши родные? На их самочувствие наша программа не влияет?
— Может, и влияет, — буркнула мадам. — У мужа упадок сил, он в субботу на участке работал еле-еле, одну грядку вскопал и отдыхать запросился. У Сашки круги под глазами, и нервная она была с утра, один Витька в норме, да он-то к телевизору не приближался, весь вечер играл у себя в мансарде. Между прочим, вечером в пятницу и Филька бывает сильно не в духе, он шипит, дичится, на прошлой неделе даже мужа поцарапал!
— Это очень ценная информация, — сказала я с уверенностью, которой не испытывала. — Я обдумаю ее, а потом обязательно с вами свяжусь.
С опозданием примчался на работу Вадик. С разбегу проглотил печенье, запил его чаем и поинтересовался, какие у нас сегодня съемки.
— Съемки сегодня без меня, я на спецзадании, — напомнила я.
Дождалась, пока коллеги разойдутся работать, взяла бумагу, ручку и принялась думать, автоматически рисуя рожицы. Итак, Левин ни при чем, страдалицу Тихонькову мучит что-то другое. Что же не так в этом прогнозе? Заставка программы и компьютерный фон всякий день одни и те же, но Тихонькова болеет только в пятницу. Фантастика какая-то!
Я бросила разрисованную бумажку в урну и пошла искать Славу.
Режиссер сидел в монтажной, отнюдь не безучастно наблюдая за процессом создания заставки для новостной программы.
— Вот здесь, где все человеческие фигурки выстраиваются в одну линию, нарушается темпоритм! — горячо говорил Слава, тыча пальцем в монитор компьютера.
Видеодизайнер Женя морщился, бил его по руке и очень нехорошо отзывался о темпоритме, человеческих фигурках и самом Славе.