Страница 6 из 14
Глава 6
Лариса
Сначала сыновья встретили новость о нашем с их отцом разводе молча, просто с недоверием смотря на меня, будто ожидая, что я вот-вот скажу, что пошутила. И с каждой секундой на их лицах всё отчётливее проступали удивление и шок, а во взглядах читалось упрямое отрицание.
А потом, когда пришло осознание, что мы больше не будем жить как одна дружная семья, они завалили меня вопросами, повторяя, что мы с их папой не должны разводиться, что это неправильно и он ещё пожалеет о своей измене (да, я не видела смысла скрывать причину расставания, чтобы они не перекладывали всю вину на меня, решив, что это у меня какая-то прихоть).
Потом Миша неожиданно психанул, сказав: «Да делайте, что хотите», и ушёл в свою комнату, а Рома почти весь вечер просидел со мной.
Ну а у меня на душе было так мерзко, что мне не хотелось даже думать о Марке. И если был бы способ развестись с ним как можно быстрее, то я бы непременно им воспользовалась. Чтобы мне не пришлось ждать развода несколько месяцев, видеться с этим мужчиной в суде, постоянно обсуждать квартирный вопрос, который ещё не раз будет затронут, и не ссориться из-за алиментов, от которых кое-кто может увиливать. Хотя мне куда важнее, чтобы Марк проводил время с сыновьями, а не вычеркнул их из своей жизни, словно их никогда не существовало.
Но он же этого не сделает, правда?
Да, Марк не отличился верностью, как и умом, раз таскал к нам Катю, ещё и зная, что она связана с его братом, но вот отец из него хороший. В этом мне его не упрекнуть. Поэтому, если он вздумает из обиды или по какой-то другой причине прекратить общение с Мишей и Ромой, это будет для них ударом.
Перед сном посмотрев на серию снимков, которые я развесила в спальне, купив специальные рамки, я горько улыбнулась, всей душой ненавидя Марка в это самое мгновение.
Мы все такие счастливые на фотографиях, беззаботные, ещё не подозревающие, что вскоре нас ждёт, что мне хочется взвыть раненым зверем и отмотать время назад.
Вот бы хоть на секундочку вернуться в прошлое, чтобы я опять стояла в объятиях Марка, он целовал меня в щёку, а наши сыновья в новенькой футбольной форме довольно улыбались, подняв большие пальцы вверх.
Но нет, этого не произойдёт, и у нас больше не будет подобных моментов. Да и нельзя цепляться за прошлое, пусть оно и такое соблазнительное.
Марк мне изменял, таскал в нашу кровать грязь, не думая о последствиях, а значит, всё, что нас может ждать, так это развод.
Наши дети уже достаточно взрослые, нет ни общей ипотеки, ни кредитов, ни незапланированной беременности или ещё чего, что могло бы удержать нас вместе и заставить сохранить семью. К тому же мне хоть не двадцать, а уже сорок три года, я не боюсь таких серьёзных изменений, как развода и расставания с мужем. Как-нибудь справлюсь. Начну новую главу жизни и буду двигаться вперёд.
Пытаясь поддержать саму себя, я легла спать, но сон всё никак не шёл, несмотря на усталость и слабость.
Не так-то просто было избавиться от мыслей или хоть чем-то их заглушить, и чем сильнее я старалась, тем громче они звучали у меня в голове.
Так что не знаю, во сколько мне удалось заснуть, но звук будильника с силой ударил по вискам, будто отзываясь в каждой клеточке тела.
Вот что значит чувствовать себя совершенно разбитой. И разве Марк стоит таких страданий? Я же замучила саму себя, а всё из-за чувств к нему.
Почему порой так трудно разлюбить? Вроде бы человек постарался на славу, чтобы ты его возненавидела, а сердце всё равно напоминает, как тебе было хорошо рядом с ним.
И я даже не сомневаюсь, что Марк, в отличие от меня, крепко спал этой ночью. И его уж точно не мучили мысли обо мне или какие-то сожаления.
С трудом встав с кровати, собираясь продуктивно провести этот день, сначала за работой, а потом и за подготовкой к разводу (надо же хоть узнать, что для этого потребуется), я первым делом потянулась к телефону, чтобы проверить, не написал ли мне мой пока ещё муж.
Всё-таки сейчас главной трудностью для меня является квартира. Я не могу просто взять и вышвырнуть Марка за дверь, как и не могу поменять входной замок, лишив его доступа в наше жильё. Потому что один звонок в полицию заставит меня впустить неверного мужа обратно и терпеть его до тех пор, пока мы не разберёмся с квартирой.
Что, если он откажется её продавать и делить деньги? А куда мне вписать детей? Не могу же я выписать их в никуда. Или забрать свою часть денег за квартиру и мальчиков и уехать к маме? И вот что делать?
Решив не мучить саму себя потоком вопросов, которые пока не требуют немедленного решения, я попыталась приподнять сыновьям настроение, приготовив на завтрак блинчики и расспрашивая их о предстоящем матче. Но это не особо сработало. А Мишу так и вовсе разозлило.
— Какая-то ты слишком довольная! Так и не скажешь, что тебе больно, — тихо проворчал старший сын, даже не догадываясь, чего мне стоит держать себя в руках и не показывать им с братом, как мне тяжело.
Не отреагировав на колкость, я сразу же потянулась за телефоном, когда услышала звуковое оповещение.
«Нам надо срочно поговорить и всё обсудить, так что я заберу тебя после работы. В шесть, да? И не забудь захватить телефон Кати и её пиджак. И я очень надеюсь, что тебе не хватило ума настроить против меня детей. А то так ты сделаешь только хуже самой себе, я тебе это обещаю».