Страница 51 из 83
Глава 34. Дождь
Волшебник
Когда Он подъезжает к Москве, по лобовому стеклу начинают барабанить толстые дождевые капли. Небо рассекают гром и молния. Деревья гнутся под порывами ветра.
Он нервно смотрит на часы. Сорок минут, в течение которых Он пообещал Юлии доехать до Госдумы, давно прошли. Учитывая дождь, девушка может уйти, и тогда они не поговорят. Он сильнее нажимает педаль газа. Автомобиль превышает допустимый скоростной режим. Плевать. Хотя обычно Он старается не нарушать правила дорожного движения, но сегодняшний день — исключение.
Он наконец-то выезжает на Моховую улицу. Навигатор показывает, что до Госдумы осталось пять минут. Центральный вход в здание нижней палаты парламента с Моховой. Но Юлия говорила, что она на Тверской. Пока стоит на светофоре, смотрит карту. В здание Госдумы есть второй вход, и он как раз в одном из переулков Тверской.
Загорается зеленый, Он выжимает педаль газа, а перед поворотом на Тверскую чуть снижает скорость. Дождь заливает лобовое стекло, дворники не успевают смахивать воду. Он приглядывается в поисках парковочного места. Находит одно свободное и паркуется.
Уже час прошел, учитывая потоп, Юлия могла давно уйти. У Него нет с собой зонта. Накинув на голову кожаную куртку, Он добегает до места оплаты парковки. Злость и раздражение переполняют Его. Он так хотел успеть…
Но свернув в переулок, в котором находится второй вход в Госдуму, Он сразу замечает Юлию. Хотя она стоит к Нему спиной в дождевике до колен и с накинутым на голову капюшоном. Он понимает, что это нужная ему девушка по тому, как она подбегает к каждому человеку, который намеревается войти в здание парламента, и что-то говорит.
Он спешит к ней. Лужи преграждают путь, приходится перепрыгивать их и оббегать. Когда наконец-то добегает до девушки, слышит ее голос, обращенный к какой-то женщине:
— Ну пожалуйста! Я прошу вас!
— Девушка, извините, мне некогда, — отмахивается от Юлии седовласая женщина.
Она показывает охраннику паспорт, и быстро ныряет во вход.
Когда Он останавливается за спиной у Юлии, сквозь барабанящий шум дождя слышит ее плач.
— Кхм, Юлия?
Она резко оборачивается назад. Да, это та девушка, которая была на аватаре в социальной сети. Он узнал ее моментально, несмотря на то, что косметика расплылась по ее лицу, образовав под глазами черные круги.
— Я звонил вам час назад по поводу помощи в поиске ваших друзей.
— А, это вы. Здравствуйте.
Она внимательно на Него смотрит. Дождь хлещет ее по лицу. Он на секунду опускает взгляд вниз на ее ноги и замечает, что весенние кеды розового цвета насквозь промокли. Сколько она уже торчит здесь?
— Не хотите пройти в какое-нибудь кафе? — предлагает Он, возвращая взгляд к заплаканному лицу Юли. — Там будет удобнее разговаривать.
— Да… наверное… — вяло соглашается. Затем оборачивается назад ко входу в Госдуму. Туда подошел мужчина с большим черным зонтом. Он показывает охраннику удостоверение и проходит к двери.
— Юлия, а что вы здесь делаете? Зачем вам Госдума?
Он собирался задать этот вопрос, когда они сядут в кафе, но не выдержал.
— Папа Артура депутат. Надо сообщить ему о пропаже сына.
Ого. Известие о том, что Голубок является сыном депутата Госдумы крайне удивляет Его.
— А он сам не заметил, что у него пропал сын?
Юлия издает обреченный вздох.
— В полиции мне сказали, что кроме меня больше никто не подавал заявлений о пропаже Артура Градова. Я сделала из этого вывод, что папа Артура не в курсе пропажи сына. И я пытаюсь сообщить ему об этом, но ничего не выходит. Я не знакома с отцом Артура, у меня нет его номера. Друзья Артура тоже не знают телефон его отца. Охранники, — Юлия машет рукой на двух строгих мужчин у входа, — сказали мне, что сейчас у депутатов каникулы. Возможно, отец Артура куда-то уехал, я не знаю. Рабочий телефон его приемной, указанный на сайте Госдумы, не отвечает.
Дождь не прекращается. Вода уже залила Его дорогие ботинки. В ногах появилось неприятное ощущение, но Он игнорирует и ливень, и дискомфорт от него. Юлия рассказывает слишком важную информацию.
— Так а зачем вы подбегаете ко всем, кто входит в Госдуму?
— Я прошу их сходить к кабинету отца Артура и посмотреть, есть ли там кто-нибудь. Может быть, секретарша или еще кто-то. Но все отказываются, всем некогда. А охранники, — Юля снова машет рукой в сторону строгих мужчин, — не пропускают меня. Для входа в Госдуму нужен разовый пропуск, а мне негде его получить. Я сто раз объяснила им, что пропал сын депутата Градова, а им все равно.
Охренеть информация. Он пока не решил, что делать с этими сведениями, но одно понимает точно — не зря Он позвонил Юлии и назначил встречу.
— Юлия, давайте пройдем в какое-нибудь заведение и там спокойно поговорим?
— Да, конечно, пойдемте.
Она первой делает шаг в сторону Тверской. Он следует за ней. Юлия бредет, не разбирая дороги. Не обходит лужи, а наступает в них. Как будто ей все равно, что может заболеть. Как будто перестала чувствовать воду и холод.
В Его сердце что-то больно колет. Ему жалко эту девушку, потерявшую друзей. Видно, что она очень ими дорожит. Правда, кажется, для поисков Артура она прикладывает больше усилий, чем для поисков Влады. А впрочем, они же вдвоем пропали. Так что какая разница? Ну и, может, у Влады обычные родители, а не депутаты, и они сами ее ищут.
Они выходят на Тверскую. Он оглядывается по сторонам в поисках ближайшего кафе. Как назло, одни магазины.
— Давайте в «Живаго»? — предлагает Он.
Юлия кивает.
Это популярное шумное место. Он бы предпочел что-нибудь потише, но некогда искать. Они направляются к подземному переходу, быстро пересекают его, поднимаются наверх, сворачивают на Моховую и доходят до ресторана. Он открывает Юлии дверь, пропуская ее вперед.
Тепло заведения сразу окутывает Его. Поежившись, он снимает с себя насквозь промокшую куртку. Ему хочется снять с себя и всю остальную одежду тоже. Мокрая рубашка и мокрые джинсы прилипли к телу. Ужасное ощущение.
Юлия расстегивает дождевик. Под ним на ней серый джемпер и синие джинсы. Тоже абсолютно мокрые, как будто якобы непромокаемый дождевик совсем не защитил от воды. Администратор провожает их к свободному столику в дальнем зале. С Юли в прямом смысле течет вода, сломался на полу ресторана лужицы. Он даже успевает испугаться: а не попросит ли администратор их покинуть заведение? Учитывая черные потеки на лице Юли, они вполне сойдут за бомжей.