Страница 30 из 83
Глава 20. Сожаление
Я лежу на своем матрасе, отвернувшись от Артура к стене. Мы молчим. По моим щекам бегут слезы. Я стараюсь плакать, как можно более беззвучно. Не хочу слышать от Артура слова утешения.
Мы провалили задание. От нас требовалось показать любовь, страсть, а в итоге был один недолгий поцелуй в губы, во время которого Артур закрыл от камеры наши лица ладонью. А потом я вовсе разрыдалась ему в грудь и не смогла остановиться. Когда нас уводили, Клоун-режиссер кинул в спину:
— Давно я такого дерьма не снимал. Вам жить, что ли, не хочется? За эту хуйню никто платить не будет.
У меня внутри все оборвалось от его слов. Если поначалу была какая-то надежда потянуть время, чтобы нас нашли, то теперь ее нет. Я чувствую себя живым трупом. Сколько мне осталось? Час? Два? Три? Когда Клоуны придут за нами, чтобы распотрошить?
Жизнь ощущается иначе, когда ты точно знаешь, что скоро неминуемо умрешь. Сейчас я понимаю, как сильно не ценила такие простые вещи, как кружка кофе по утрам, вкусный круассан или лучи яркого солнца летним днем. Я скучаю по мягкой зеленой траве под ногами, по цветущим каждую весну деревьям, по осеннему дождю и по пушистому снегу.
Скучаю по друзьям. Больше всех, конечно, по Юле. Вспоминаю наше совместное детство, юность, школу. Мы стали настоящими сестрами. Мы делились самым сокровенным и не имели секретов друг от друга. Так было, пока Юля не встретила Артура. Из-за него подруга от меня отдалилась, мы стали видеться хорошо если раз в месяц.
Потом я познакомилась с Кирой. Мы знаем друг друга всего четыре месяца, но за это время очень сблизились. Я стала общаться с ней гораздо чаще, чем с Юлей. Минимум раз в неделю мы с Кирой куда-нибудь ходили и почти каждый день переписывались.
Именно на Киру я и возлагаю сейчас самые большие надежды. Что она напишет мне что-нибудь в ближайшие пару дней, а я не отвечу, и Кира забеспокоится.
А проживу ли я еще пару дней?
Не думаю.
Счет идет на часы, если не на минуты.
Я вытираю с лица слезы и поворачиваюсь к Артуру. Он лежит на матрасе лицом к потолку. Глаза закрыты. Смотрю на него несколько секунд.
Я все еще ощущаю поцелуй Артура на своих губах. И когда думаю о нем, в груди что-то сжимается. Мне не нравятся эти ощущения, они неправильные, но я не могу приказать себе не испытывать этого.
Я целовалась с парнями раньше, но ни один из тех поцелуев не идет в сравнение с поцелуем Артура. Хотя, казалось бы, поцелуй Градова должен был стать самым кошмарным в моей жизни. Но несмотря на обстоятельства, в которых мы оказались, несмотря на то, что Градов — парень моей практически сестры, поцелуй с ним стал лучшим из всего, что я испытывала. У меня земля под ногами плыла, когда Артур меня целовал.
Мне стыдно за эти мысли и ощущения, но я ничего не могу с собой поделать.
— У тебя есть какое-нибудь сожаление в жизни? — спрашиваю Градова.
Он открывает глаза и поворачивает ко мне голову.
— В каком смысле?
— Нас скоро убьют. Ты сожалеешь о чем-нибудь в своей жизни?
Вздохнув, Артур отворачивается обратно к потолку.
— Начнем с того, что нас пока не убивают.
— Это хорошо, что твой стакан наполовину полон, но давай будем реалистами? Ты же слышал, что сказал режиссер?
— Он не покупатель.
— Но он знает, о чем говорит. От нас требовалось показать любовь, а мы…
— Мы показали любовь, — Артур перебивает меня. — Мы четко выполнили инструкцию заказчика.
— Окей, — я слегка завожусь, — у тебя в любви наверняка опыта побольше, чем у меня. Вот только я тоже не слепая. Я видела вашу с Юлей любовь. Я видела любовь Киры и Ромы.
— У нас с Юлей любви нет, у нас как раз только страсть. Чистая физиология и больше ничего. А что касается Киры и Ромы, то нет, ты не видела их любовь. Ты не видела, как Рома три года смотрел на Киру в универе.
Тирада Артура вгоняет в меня в ступор. А следом меня охватывает злость. Я аж сажусь на матрасе.
— Почему ты говоришь так про Юлю? Это уже не первый раз. До этого ты сказал, что у вас недостаточно серьезные отношения для знакомства с семьей. А сейчас говоришь, что у вас нет любви, а только физиология.
— Потому что это правда.
— Юля любит тебя!
— Я сожалею об этом.
Я теряю дар речи. Открываю рот, но возмущение застревает в горле. Артур заложил руки за голову и смотрит в потолок. Делаю вдох и выдох.
— Зачем ты тогда встречался с ней? Зачем ты давал ей ложную надежду?
— Боже, да какую надежду!? — теперь он поворачивает голову ко мне. — Если Юля что-то там себе нафантазировала, то это ее проблемы.
— Но вы ведь встречаетесь полгода!
— И что!?
— Как это и что? А зачем ты тогда стал с ней встречаться?
— Потому что Юля симпатичная, первой проявила ко мне интерес и не отказывала в сексе. Почему бы мне с ней не встречаться? Или раз я начал с ней встречаться, то я теперь обязан на ней жениться?
Это просто уму непостижимо.
— Но Юля влюбилась в тебя!
— Я очень сильно об этом сожалею. Да, наверное, я совершил ошибку, что затянул с ней отношения аж на полгода. Наверное, нужно было расстаться сразу после поездки в Сочи на Новый год. Я совершил ошибку. Вот такой я козел. Теперь карма наказывает меня тем, что я сижу на цепи в подвале, а психи в масках клоунов собираются меня убить и продать на органы.
Я опускаюсь спиной на стену. Если бы я могла подойти к Артуру, то сделала бы это, чтобы влепить ему пощечину.
— На хрена ты со своим дебильным другом подсел к нам с Юлей в том кафе? — рычу. — Если бы вы к нам не полезли со своим знакомством, то ничего бы этого сейчас не было.
— Хочешь, честно скажу? — Артур снова поворачивает ко мне голову.
— Да, я хочу честно.
Я миллион раз мысленно прокляла тот день, когда Юля познакомилась с Артуром. Но раньше я проклинала тот день, потому что я потеряла лучшую подругу. Она всецело утонула в Артуре. А сейчас проклинаю, потому что сижу на цепи в подвале на волоске от смерти.
Если бы Артур со своим тупым другом Костей не полез к нам знакомиться, то я бы сейчас была дома в своей теплой кровати.
— Ты мне понравилась, и я захотел с тобой познакомиться.
Мне требуется несколько секунд, чтобы осмыслить признание Артура.
Что?
Пока я молчу, он продолжает: