Небесный всадник 5

По глазам вижу, что никто расходиться не хотел, но Мелисса таким выдернула нас из общего хаоса, утащив за собой в свою комнату — туда никто сунуться без разрешения не смог бы, а она впускать кого-либо не собиралась. Я бывал здесь пару раз, такая… мягкая и бархатная, сказал бы. Везде мягкие ковры, шкуры, мебель, в которой утопаешь. Под стать настроению Мелиссы бордового оттенка, будто сразу настраивая на нужный лад.

— Ну вы и даёте… — выдохнула она, закрыв за собой дверь. — Особенно ты, Самсон, что не путешествие, то какая-нибудь громкая новость.

— Как будто я специально… — буркнул я.

— Да я шучу, — улыбнулась она. — Любая всадница не лишняя, а всадник тем более. Тефея, солнце, иди сюда…

Она поймала девушку за локоть и проводила к дивану, осторожно усадив, после чего начала начала рыскать в шкафу.

— Как тебя угораздило-то, Тефи?

— Я… я перечитала книг, скажем так, — спокойно ответила она.

— Что, прости? — аж обернулась Мелисса.

— Она попала под действие магии, которая заставила её читать книги, пока глаза кровью не налились, — пояснил я. — Мы побывали в очень непростой ситуации.

— Я уж поняла, — вернулась она к Тефее с парой пузырьков, после чего аккуратно сняла повязку. — Открывай глаза.

Красные, налитые кровью, будто отслаивающие глаза уставились на Мелиссу, но та лишь улыбнулась.

— Не так страшно, как казалась. Видишь меня?

— Плохо и размыто.

— Сейчас будешь хорошо и чётко. Пей и закрывай глаза, — она уже приготовила ладони для лечебной магии. — Самсон, а ты как? Всё цело?

— Более-менее, — кивнул я. — Досталось по большей части именно Тефее.

— Не бережёшь ты своих девушек, Самсон, — хмыкнула она. — Кстати, а что расскажешь по поводу того человека, что ты привёл. Вольфган, если я не ошибаюсь, верно?

— Да чего рассказывать, — вздохнул я. — Мужик как мужик, ничего особенного.

— Я в плане, какой он? Буйный? Спокойный? Надо ли его опасаться? Или он просто стеснительный?

— Я бы назвал его… м-м-м… жёстким. Знаешь, как удар сапогом по яйцам.

— Отличное сравнение, — расхохоталась Мелисса. — Ну скажешь же иногда, Самсон. А большой дядя тебя нигде не трогал?

— Только большая тётя.

— Большой тёте можно. Что ж, надо будет посмотреть на нашего новенького повнимательнее.

— Он тебе понравился? — спросила Тефея.

— Скорее насторожил. Есть в нём что-то вызывающее не то, чтобы напряжение, но дискомфорт.

— Будто не знаешь, чего от него ждать, — подсказала отличница.

— Именно. И это мне не нравится.

— Признаюсь, аналогично. Мне он не сильно понравился. Я не хочу быть предвзятой или обвинять его, но рядом с ним, как будто на душе какой-то груз. Не самое приятное чувство.

Фига се. Честно, я удивлён. Думал, на такого качка все будут западать, всё-таки воин, мощный, сильный, прямо источает тестостерон, а девчонки, наоборот, насторожились, прямо испугались его. Я ведь тоже не слепой, видел, как остальные глазели на Вольфгана — не как на врага народа, но как на чужака, пусть он тоже был небесным всадником и, по идее, должен был приковывать взгляды, а не общую неприязнь.

Не знаю почему, но мне на душе даже приятно стало.

Но было рано расслабляться, потому что в этот момент в комнату постучали. Мелисса раздражённо бросила взгляд на дверь и сказала:

— Входите!

Заглянула Жаннель, и её взгляд остановился на мне.

— Мелисса, нужен Самсон, если ты с ним закончила.

— Забирай, — кивнула та, и Жаннель поманила меня пальцем.

Судя по недоброму взгляду, что-то произошло, но я пока до конца не понимал, что именно. И лишь, когда она повела меня в загоны для драконов, я начал догадываться. И всё понял окончательно, когда в одном из загонов увидел слюнявую грязную, всю в сене пленницу, которую затолкал в пасть Бегемоту и как-то даже забыл про неё.

Четвёрка служанок с вилами, а ещё Рондо с мечом стояли перед ней, загнав беднягу в угол.

— Ты можешь объяснить, что она делала в пасти у твоего дракона? — холодно спросила Жаннель.

— Это пленница, — вздохнул я. — Я что-то забыл про неё совсем с это суматохой, если честно.

— Пленница? — приподняла она бровь.

— Долгая история. На меня напали, я победил и отомстил тем, что забрал её в плен. Честно говоря, я хотел её отпустить, но что-то как-то забегался и совсем забыл о неё, — посмотрел я на девушку, которая жалась в угол, со страхом глядя на нас. — Прости, я уберу её отсюда.

— Ладно… — сменила гнев на милость Жаннель. — Просто убери эту придурушную отсюда куда-нибудь. Куда-нибудь из шпиля.

— Сбросить что ли?

— Можешь сбросить, можешь дракону скормить, мне всё равно. Ей здесь не место.

— Ладно… — протянул я.

Девушка куталась в свои платки глядя на нас большими испуганными глазами. То, что её не сожрали драконы, говорило о том, что я ошибся с её возрастом. В двадцать пять плюс-минус тут в девках не ходили, а значит она куда моложе, чем я думал, просто выглядит старше.

— Я Серафине отчёт сдам и заберу её, — пообещал я.

— А с ней что прикажешь делать, я не пойму? — сразу начала щетиниться Жаннель.

— Свяжу и брошу обратно в пасть к Бегемоту, пусть там сидит и не мешает, договорились? Я заберу её в поместье. Скорее всего, уже сегодня вечером или может завтра утром.

Довольной её было назвать сложно, но спорить Жаннель не стала. Просто фыркнула, спрятала ножны в меч и ушла. Я же в свою очередь, немного повозившись, смотал пленницу, как мумию верёвками и под всхлипы и трёп о милосердии бросил обратно в пасть к дракону. Удивительно, как люди вспоминают о милосердии, когда дело начинает касаться конкретно их. Я не злопамятный, просто интересный факт.

К тому же у меня сегодня было чем ещё заняться. В моей комнате, скромной каменной коморке меня ждала целая пачка пергамента и полная чернильница. Отчёт сам себя, к моему глубочайшему сожалению, не напишет.

Ничего не убивает лучше, чем бюрократия — этот факт был неоспорим. Будь то страны, благие намерения или войны, всё по итогу начнёт загибаться с той скоростью, с какой бюрократы заполонят собой каждый уголок мира. И как печально, что эта тенденция добралась даже до шпиля. Возможно поэтому войн стало меньше — они грязли в бумагах надёжнее, чем в весенней слякоти.