Страница 187 из 746
Рендел вскочил как ошпаренный.
– Здоровенный?
– С бородой, – уточнил я, кивнув.
– Когда, говорите, это случилось?
Я пожал плечами:
– Не помню. Две или три недели назад.
– Так почему же вы пришли только сейчас? – Абернати насторожился.
– Я же объяснил вам. Юджин взял меня менеджером в «Стар», заставил разобраться в этом деле. Мне пришлось учиться всему – как обращаться с весами, как читать печати на мясе. Признаться, никогда не подозревал, что нужно так много знать, чтобы отрезать хороший бифштекс. Вот я и пришел к вам через три недели. Но разве это плохо?
– Не понимаю, почему Сандерс завел разговор обо мне.
– Вообще-то Сандерс вел себя странно, раз уж вы упомянули об этом. Но тогда я решил, что он просто хватил лишнего. Он еще все время говорил о бабах.
– Женщины. – Абернати произнес это слово с отвращением. – Женщины – вот что погубило этого человека! – воскликнул он тоном проповедника.
– Мне он показался нормальным парнем.
– Но внутри Сандерс прогнил. Прогнил из-за совершенного им зла. Но от Божьего суда не скроешься. Без веры не помогут никакие серные препараты. Нет, нет. Сифилис – это Господня кара за прелюбодеяния.
Его лицо вспыхнуло, губы дрожали. Было ясно, что в семье Сандерс не все в порядке с мозгами.
– Спасибо, что рассказали мне о вас, – заметил я. – Давайте договоримся, когда вы придете в нашу фирму.
Я сообщил ему все о фирме «Стар» и заверил, что мне нужен старший мясник, на которого можно положиться. Абернати обещал через две недели посетить нас и встретиться с Юджином Тумсом. Я дал ему липовый адрес и номер телефона.
К концу разговора Рендел оживился, очевидно надеясь удвоить свою зарплату и получить шанс стать партнером в бизнесе.
– А как бы мне связаться с вашим двоюродным братом? – спросил я уже у двери.
– Зачем он вам?
– Сам не знаю. Он хорошо ко мне отнесся. Угостил меня и порекомендовал вас. Мне хотелось бы отблагодарить его.
– Он уехал.
– Уехал? Куда?
– На север.
– В Сан-Франциско?
– Его семья живет в Окленде, но я там никогда не был.
Регина, Джезус и Эдна были на крыльце. Джезус лежал поперек колен Регины, а Эдна сидела рядом и играла в розово-голубой мяч. Они все смотрели на меня, пока я поднимался по ступенькам.
– Привет, дорогой! – У Регины был счастливый голос, но она избегала моего взгляда.
Эдна вскрикнула от радости и бросила мне мяч.
– Всем привет, – ответил я.
Эдна попыталась вскочить со своего стульчика, но Джезус схватил ее и начал щекотать.
– Джезус, – сказал я, – забери Эдну в дом и поиграйте там в лошадки.
Дети любили играть в лошадки и с наслаждением ползали на четвереньках, расшибаясь о мебель. Регина всегда была недовольна этим, а я предлагал им поиграть, когда хотел отделаться от них. Я поцеловал жену, взял за руку и подвел к изгороди. Какой-то олух посадил здесь дуб. Теперь его корни взбугрили тротуар и проезжую часть улицы. Ствол дуба темный и узловатый, но это дерево дает хорошую тень.
– Что ты знаешь о сифилисе? – спросил я.
– Почему ты спрашиваешь? – Рука Регины окаменела, и она отпрянула от меня.
– Я не о себе, крошка. Возможно, убийца болен сифилисом. Вроде бы он лечился серными препаратами.
– Давно он болен?
– Не знаю, но говорят, болезнь запущена.
– В запущенных случаях тяжелые последствия. Иногда даже сходят с ума.
– Ведется учет больных сифилисом? Кажется, есть специальные больницы в Техасе.
– Постараюсь узнать.
– Его зовут Сандерс. Джей Ти Сандерс. И он начал лечиться еще до того, как изобрели пенициллин.
Мы поцеловались и пошли к дому, но Регина все же держалась на расстоянии от меня. Джезус и Эдна опрокинули стол и разлили воду по всему полу.