Страница 184 из 236
Глава 10 ИЗМАТЫВАЮЩИЙ ВЕЧЕР
СТРОЕВЫЕ КОМАНДЫ
Нижняя Австрия, округ Мистельбах, остатки «Промежуточного накопительного лагеря для рабочей силы» и прилежащие окрестности
15 января 1948 года, поздний вечер
Аркадий
Николай унёсся.
Вокруг ковыляли старательные кадавры, собирающие с мёртвых книжки и жетоны в означенный мешок. Заглянул в одну из книжек. Сто тридцать третья дивизия «Фреччия», что бы это ни значило. В составе итальянской армии я не разбирался совершенно, да и не собирался начинать. Мне их бить надо, а не названия запоминать. Прекрасно понимаю, что для штабных вояк – это важнейшие сведения, но мы‑то не в штабе.
Пришлось себя одёрнуть. Без штабных тоже нельзя. У них там, наверху, есть общая картина. Может, неполная, искаженная. Но без неё воевать в современных условиях – ага, разбегись! Так что поменьше окопного снобизма, Аркадий, – иронически приструнил сам себя – и, смотри‑ка, полегчало. Они там своё дело делают – мы тут своё.
Вечер всё больше становился похож на ночь. Промозглую зимнюю ночь Нижней Австрии, которую мой внутренний Зверь отказывался воспринимать зимней. Слишком тепло – раз. Цвет неправильный – два. Каждый белый медведь знает, что ночь зимой сверху чёрная, снизу белая, а не вот так вот. Зверь ворчал. Спорить с ним у меня сил не было.
И хотя мне больше всего сейчас хотелось просто лечь и лежать‑лежать‑лежать, закрыв глаза, я подумал, что у меня есть ещё одно дельце.
Оставлять кадавров без присмотра на лесопилке я бы не рискнул – слишком я некромант неопытный. Вдруг они без меня начнут упыриные повадки проявлять? С собой на мельницу или на хутор их тащить – тоже не резон, да и слишком будет заметно. Выходит, пришло им время сослужить мне последнюю службу.
Я устало дошёл до склада вместе с кадаврами, собранными с техники, поднял там всех «новеньких» и осмотрел «стареньких». Нормально выглядят – натурально, как израненные, из боя вышедшие. Только вон тех, с обкусанными лицами, в середину поставить надо будет, чтоб сразу внимание не привлекали.
– Слушай мою команду! – пришлось добавить в голос сирени, чтоб наверняка услышали все. – Снять с себя и собрать всё способное к стрельбе оружие, гранаты, ножи и сложить в кабину шагохода!
Когда это было завершено, я хотел было приказать, чтоб кадавры легли поживописнее, дожидаясь тех, кто наверняка придёт выяснить, дуда делось пехотно‑моторизированное подразделение. Но тут мне вдруг пришло в голову, что хорошо бы как‑то немного отвлечь внимание от Хёрерсдорфа и ближних окрестностей – хотя бы до завтра! Я вывел кадавров на тропу, по которой мы ходили с Бауэром и велел, напоминая себе внутренне о максимальной чёткости и буквальности приказов:
– Двигаться по этой тропе до шоссе, далее – по шоссе в северном направлении до ближайшего города. Убить всех солдат и офицеров Европейской коалиции новой цивилизации, которых вы встретите на своём пути, без различия национальности. Забирать у них оружие и убивать следующих солдат и офицеров коалиции. Если в населённом пункте закончатся все военные – двигаться по шоссе до следующего населённого пункта. Повторять бесконечно. При получении критических повреждений – умереть последней смертью! – Это, как показал бой, они нормально понимали.
Хренассе, теперь у тебя строевые команды!
Ага. Уж какие есть!
Ладно, пошли. Техника ждёт.
ТЕХНИКА
Теперь я стоял на краю бывшего накопительного лагеря совершенно один.
Ну и с чего начнём?
Первым, так думаю – шагоход, он‑то важнее. Даже если и упрёт кто броневик… Обидно будет, но не так сильно, как если «Цезаря» профукать.
Залез в кабину. Эх, мне бы сейчас пару наших парней из Иркутского училища! Мы бы тут навели шороху!
Ага, до первого столкновения с нормальной артиллерией.
Умеешь ты на землю спустить!
Я завёл шагающую машину, дизель качнул огромный корпус, заревел, затрясся. Ещё бы, без магических контуров, на голой соляре… Ладно! Погнали! Выпрямил из бивуачного и пошёл, обходя склад по дуге – прямо по лесу, следуя направлению, которое задавали рельсы. Да, любая техника оставляет такие следы, которые замаскировать практически невозможно если только… Остановив машину и оглянувшись, я поднял на территории лагеря вихрь – мощный, но приземистый, вмешав в него изрядную долю висевшей над местом сирени. Мусор, песок, грязь и скопившиеся за неизвестно сколько лет пользования складом пиломатериалов опилки поднялись плотным низким коконом. Издалека это смахивало на сердитый пчелиный рой.
А теперь отпустить!
Разогнанная грязевая масса кинулась в разные стороны, маскируя следы, делая их менее читаемыми. Для въедливого сыскаря – на пять минут ребус. Но хотя бы так.
* * *
Через двадцать минут я был на лесопилке.
Несмотря на предупреждения наблюдал изрядную картину – бегущую в разные стороны толпу и даже сцену борьбы некоего деятеля со стариком из команды Бауэра – за винтовку. Очевидно, чтобы из этой винтовки в меня стрелять.
– Ваш‑сият‑ство! – проорал влетающий для разнообразия не через стену, а через открытую морду «Цезаря» Коля. – Я ж предупредил их, понимаешь – так нет! Пугаются, шарахаются!
Да уж понятно, после плена народ в ошалении – по крайней мере, их метания в стиле безголовых куриц сильно на это намекали. Но возжелать пострелять по мне? Очень сильно захотелось эту винтовку этому горе‑герою в одно место запихать! Это ж надо додуматься!
Я включил громкоговоритель и максимально сдержанным тоном сообщил через него:
– Говорит ландграф К… – почему‑то я вдруг подумал, что не надо всей толпе сообщать моё имя. – Прекратить… – чего прекратить, я сразу и не сообразил. – Прекратить панику! Встречать подкрепление!
Вроде, успокоились немного.
Довёл шагоход, опустил в бивуачное положение, вылез. Первым ко мне подбежал Бауэр.
– Ваше сиятельство, это же просто чудо! Вы его захватили в бою?
Что за идиотский вопрос?
– Нет, мне его подарила сказочная фея! Бауэр! Приказ. Найти среди этого стада трёх человек, что смогут худо‑бедно управлять этой машиной. А я ещё сейчас приведу…
– Шагоход? Ещё шагоход⁈
Чего он такой нервический сегодня?
– Нет. На этот раз будет просто броневик. Проследите, пожалуйста, чтоб в меня не стреляли. Объясните, что ландграфу неприятно подобное поведение.
– Понял, проследить! Будет просто броневик.