Его кровь — лидокаин

Глава № 63 Четыре метра

Дождь закончился только к вечеру, но простуда осталась.

Сначала был озноб, потом — тяжёлая температура, в которой дни начали сливаться друг с другом. Стелла почти не вставала с кровати. За окном менялся свет — утренний, серый, потом розоватый закат, — но для неё всё оставалось одинаково приглушённым.

Горячий лоб, холодные ладони, смятая постель и тишина.

Врач сказал — обычное переохлаждение, что организм просто устал.

Стелла лежала под одеялом и думала, что это даже удобно. Болезнь словно дала официальное разрешение никуда не идти.

Телефон чаще всего звонил вечером. Кристина рассказывала про лицей так подробно, будто Стелла пропустила полжизни, а не пару недель.

— Сегодня рассказывали про вашу с Артуром победу на олимпиаде. Вот же вам повезло, не придётся экзамен сдавать... считай уже студенты.

— Колесников сегодня сорвал урок математики, Борис Михайлович так кричал, как никогда!

— Алина ходит теперь тише воды, ниже травы.

Имя Артура Кристина произносила осторожно, как будто проверяя реакцию. Стелла слушала спокойно и отвечала ровно.

Артур не писал. Ни одного сообщения или пропущенного.

Ян иногда напоминал о себе, но не так часто

,

как раньше. Иногда приходили от него сообщения без шуток и привычной бравады из разряда:

«Как ты?»

«Температура спала?»

«Если нужно — могу привезти лекарства.»

Будто он держал себя в руках и боялся лишним словом разрушить что-то хрупкое.

Стелла отвечала коротко: благодарила и каждый раз отказывалась от помощи.

Иногда, в полусне, когда температура снова поднималась, ей казалось, что весь этот период — как карантин. Мир поставил её на паузу, чтобы она наконец услышала себя.

К концу второй недели температура спала. За окном уже не было дождя — только прохладный прозрачный воздух и тёплое весеннее солнце.

Стелла стояла у окна и впервые за долгое время почувствовала слабость не в теле, а внутри. Возвращаться придётся не только в лицей. Возвращаться придётся к нему.

Она стояла перед открытым шкафом, пытаясь выбрать, что ей сегодня надеть. Казалось, что от этого зависело всё. Девушка заколола передние пряди волос на затылке и надела чёрное короткое расклешенное платье с рукавами из плотной ткани.

Стелла стояла перед зеркалом дольше обычного. Болезнь оставила после себя лёгкую бледность, чуть резче стали скулы. Золотистые волосы спадали на плечи свободно — непривычно. Она не пыталась уложить их идеально. Пусть будет так.

В лицее, как обычно, бурлила уже подзабытая жизнь. Словно всё это было когда-то очень давно, ещё в прошлом воплощении. Стелла шла по коридору с ровной спиной и слегка приподнятым подбородком.

— Лаврентьева, ты ли это? — спросил Рома, случайно столкнувшись с ней в дверном проёме. — Тебе очень идёт новый цвет.

— Спасибо, — улыбнулась девушка и уверенно добавила. — Он не новый.

Они вместе дошли до кабинета. Чем ближе они подходили, тем сильнее билось сердце. Всё это время она ощущала одно — напряжение под кожей. Она знала, что он уже здесь, ещё до того, как увидела.

Стелла зашла в аудиторию вслед за Ромой. Сначала увидела спины, ряды, свет от ламп. Потом — его.

Артур сидел за своей второй партой с задумчивым видом и постукивал ручкой по столу. Ей показалось, что он немного изменился, но не поняла, в чём именно. Стелла приостановилась на долю секунды, обдумывая, как себя вести.

Артур поднял взгляд и даже не вздрогнул. Встретился с ней глазами и просто спокойно смотрел. В этом взгляде не было ни упрёка, ни просьбы. Только внимательность и что-то ещё — почти незаметное, спрятанное глубоко.

Стелла кивнула первой, он кивнул в ответ.

— Ты где сегодня сядешь? — спросил Рома, перебив их молчаливое приветствие.

— За своей партой.

— Не с Левандовским? — спросил Рома, приподнимая бровь.

— Нет, — спокойно ответила она. — Нам больше нет причин сидеть вместе.

Рома пожал плечами и направился к Артуру.

Стелла села за свою парту. Между ними четыре метра и три парты в диагональ. Почти бесконечность.

— Ты жива! — Кристина обняла её так резко, что Стелла вздрогнула. — Ты столько всего пропустила за это время.

Стелла улыбалась, кивала, слушала, но всё это время безмолвное напряжение не покидало её.

На истории Артур вышел отвечать с докладом. Голос его звучал ровно и уверенно. Одногруппники переглядывались, кто-то шептался, кто-то смеялся — жизнь текла своим чередом.

Стелла поймала себя на том, что слушает не содержание доклада, а тембр. Артур не искал её взглядом. И это почему-то ранило сильнее, чем если бы он искал.

— А где Саша? — тихо спросила Стелла.

— У него сегодня соревнования по каратэ, — с гордостью ответила Кристина.

— Я даже и не знала, что он занимается каратэ.

— Если бы ты во время наших разговоров находилась с нами, а не летала в облаках, то знала бы больше о своих друзьях. — усмехнулась подруга.

Стелла ткнула ручкой ей в бок.

— Ты на физру-то пойдёшь сегодня?

— А почему нет?

— У тебя так-то две недели температура была, думаешь

,

это хорошая идея? — беспокоилась Крис.

— Да, — спокойно ответила Стелла, убирая прядь волос за ухо. — Мне уже гораздо лучше.

Спортзал пах влажной резиной матов, пылью, поднятой кроссовками, и холодным металлом шведской стенки у дальней стены. Воздух был сухим, чуть звенящим — от эха голосов и гулких ударов мяча.

Стелла стояла в строю, выпрямив спину. Сердце билось быстрее нормы — не от нагрузки, а от предчувствия. После болезни тело всё ещё ощущалось чужим: лёгкая слабость в коленях, тонкая дрожь в запястьях.

— Начнём разминку с бега, — скомандовал Арсений Владимирович.

Ребята стартовали одновременно. Кроссовки заскрипели по полу, кто-то рванул вперёд слишком резко, кто-то

,

наоборот

,

лениво потянулся за остальными.

Стелла ещё чувствовала слабость в ногах, но старалась не показывать вида. Первый круг прошёл быстро. Шум шагов, свист воздуха в лёгких, гул голосов у стены — всё смешалось в одно ровное движение.

На втором круге расстояние сократилось

,