Его кровь — лидокаин

Глава № 62 Не сейчас

Дождь шёл с самого утра, превращая двор в размытое серое пятно. Вода стекала по стеклу тонкими дорожками, и мир за окном казался растворённым, будто его кто-то стёр влажной ладонью.

Стелла сидела на подоконнике, укутавшись в плед, и держала раскрытую книгу на коленях. Она переворачивала страницы, но мысли упрямо возвращались не к сюжету, а к тишине.

Телефон лежал на столе. Первые два дня Стелла вздрагивала от каждого уведомления. Теперь — нет. Сообщения, которых она опасалась больше всего, так и не пришли.

Она читала роман о любви, что-то про викторианскую Англию. Дойдя до момента, где герой признавался в чувствах, Стелла захлопнула книгу и посмотрела в окно.

Дождь шёл стеной, и она не сразу заметила тёмный силуэт, стоявший прямо под её окном и смотревший на неё.

Она прислонилась лбом к стеклу, пытаясь разглядеть. Сердце вдруг застучало в горле.

Широкие плечи, чёрные промокшие волосы, тёмные глаза, которые будто звали её.

Стелла спрыгнула с подоконника и посмотрела на экран телефона.

Новых сообщений не было.

Она снова подошла к окну. Артур продолжал стоять и смотреть вверх.

Девушка натянула оверсайз толстовку и вышла из дома.

Артур стоял напротив её подъезда, мокрый насквозь. С волос стекали струйки воды, ресницы слиплись, белая майка стала почти прозрачной и прилипала к коже. На губе всё ещё виднелась бордовая трещина.

Стелла подошла к нему. Капли дождя тут же начали бить её по голове и плечам.

— Что ты тут делаешь? — спросила она, прищурившись от дождя.

— Тебе очень идёт этот цвет, — мягко сказал он, внимательно разглядывая её, словно стараясь запомнить.

— Что ты тут делаешь, Артур?

Он сделал шаг к ней и взял за руку. Стелла вздрогнула, посмотрела на их пальцы, но руку не убрала.

— Прости меня… — выдохнул он. — Прости, что был таким дураком. За то, что сам тебе не рассказал. Это всё моя трусость. — его голос слегка сорвался на последнем слове.

Стелла попыталась вдохнуть ровнее. Артур провёл рукой по лицу и сжал переносицу.

— Я всё это время боролся с собой. Запрещал себе смотреть на тебя, думать о тебе. Даже когда ты смеялась — отворачивался.

Он выдохнул, будто признался в преступлении.

— Потому что знал: если позволю себе хотя бы шаг, то уже не остановлюсь.

— Артур, — тихо перебила она, — ты чувствуешь это только потому, что я похожа на неё.

Она подняла на него печальный взгляд и ощутила, как его пальцы сжались сильнее.

— В самом начале – возможно. Я начал приглядываться к тебе, но быстро понял, что ты её противоположность. Когда ты тогда выбежала на лёд спасать щенка…а потом не раздумывая бросилась под пулю, я не думал, что ты смелая. Я думал, что ты сумасшедшая.

Он усмехнулся сквозь дождь.

— А потом понял… я просто боюсь так жить, как ты. Я не умею вот так импульсивно жертвовать собой ради кого-то.

Артур посмотрел ей прямо в глаза.

— Ты не напоминаешь мне её. Ты напоминаешь мне того, кем я никогда не был или боялся быть.

Он замолчал на мгновение, смотря куда-то вдаль.

— Вы абсолютно разные. В ту ночь… мы уже не были вместе. Она сама это сказала. Сказала, что со мной невозможно, что я закрыт для неё. И что она устала стучаться в дверь, которая так и не открывается. Ян был прав... это я сказал ей уйти. Если бы я тогда...

Артур не договорил.

Стелла слушала, опустив взгляд. Мысли путались, и она никак не могла понять, что чувствует. Внутри что-то отзывалось на его слова, но что-то не позволяло подпустить их слишком близко.

— Я пришёл, потому что больше не могу это в себе давить.

Он приблизился, и на мгновение ей захотелось его обнять, но она сдержалась.

— Стелла, посмотри на меня. — Артур еле заметно притянул её к себе.

Девушка подняла голову и встретилась с его чёрными глазами, наполненными болью.

— Ты дашь нам шанс?

Стелла аккуратно высвободила руку и сделала шаг назад.

— Артур… — начала она тихо, но он не дал ей договорить.

— Я думал, что никогда не смогу чувствовать ничего подобного. Но тогда в больнице... Я просто испугался своих чувств и того, что снова из-за меня может пострадать та, которую я люблю.

Дождь стекал по его лицу, смешиваясь с тем, что он не пытался скрыть.

— Прости меня, что тогда я оставил тебя одну... я не прошу тебя забыть. Я прошу дать мне шанс быть честным. Если ты сейчас скажешь «нет» — я уйду и больше не буду тебя мучить.

Он сглотнул.

— Но если есть хоть один процент… скажи. Я выдержу всё остальное. Пойми, я не умею быть таким, как надо.. Если ты сейчас уйдёшь... я уже не смогу сделать вид, что мне всё равно.

Стелла долго смотрела на него, вдыхая влажный воздух. Тонкие струйки дождя скатывались по его лицу, потом капали вниз с острых скул и подбородка.

— Ты пришёл слишком поздно, Артур. Не поздно для нас, а поздно для меня.

Он смотрел на неё внимательно, боясь пропустить каждое слово.

— Я только начала возвращать себя. И если сейчас шагну к тебе, то снова потеряю.

Стелла грустно улыбнулась. Из-за дождя было невозможно понять, плачет ли она.

— С момента выстрела... — рука машинально коснулась шрама. — Я хотела, чтобы ты пришёл. Правда, очень хотела.

Артур замер, устремив взгляд на её плечо. Стелла сделала маленький шаг вперёд — между ними осталось меньше дыхания. Она заметила, что он дрожит то ли от холодного дождя, то ли от разговора.

— Но не тогда, когда ты наконец понял. А тогда, когда я ещё верила, что что-то значу для тебя.

Дождь усилился.

— Ты значишь, — тихо сказал он.

Она покачала головой.

— Сейчас ты так думаешь, потому что боишься меня потерять. А я больше не хочу быть той, кого выбирают из страха.

Он попытался снова взять её за руку, но она осторожно отступила.

— Я верю тебе, Артур, — сказала она мягче. — И именно поэтому не могу сказать «да». Если соглашусь сейчас, буду всё время спрашивать себя: это я или её тень?

Артур закрыл глаза, запрокинув голову и подставил лицо дождю.

— Ты не тень.

— Тогда докажи это не дождём, не отчаянием, не страхом, а временем.

Между ними повисла долгая, тяжёлая пауза.

— Значит… это «нет»?

Стелла внимательно смотрела на него, будто пыталась запомнить его лицо: тёмные глаза, широкую шею, жёсткую линию подбородка. Словно боялась забыть всё это после своего ответа.

— Это «не сейчас».

Слова прозвучали мягко, но окончательно.

Артур кивнул и медленно разжал пальцы, будто отпускал что-то невидимое.