Страница 6 из 30
Глава 4. Не для тебя цветочек рос
Они вышли из душной, пафосной прохлады «Версаля» на залитую полуденным солнцем парковку. Персонал ресторана провожал их такими косыми взглядами, что ими можно было колоть дрова. Кирилл Воронов — всегда безупречный, пугающе авторитетный, в дорогом костюме с иголочки — шёл размашистым шагом рядом с рыжим кудрявым недоразумением. Ника, обутая в свои затасканные кеды, ни капли не смущалась: она умудрялась не просто поспевать за ним, а слегка обгонять его на шаг, заставляя криминального босса подстраиваться под её ритм.
— Моя ласточка там, — Ника небрежно мохнула рукой в дальний угол парковки.
Там, среди лакированных представительских мерседесов и порше, сиротливо ютилась её маленькая, видавшая виды красная малолитражка. Капот машины украшала свежая, довольно глубокая вмятина — память об их утреннем дорожном инциденте.
Они подошли ближе. Кирилл остановился в паре шагов, снисходительно разглядывая этот «карт на колесах». Ника же, не тратя времени на лишние слова, резко распахнула заднюю дверь и наклонилась всем телом внутрь салона, чтобы выудить свой рюкзак.
В ту же секунду безразмерная футболка оверсайз натянулась на её спине, а узкие рваные джинсы так идеально, до неприличия четко подчеркнули её аппетитную, округлую попку и тонкую, гибкую талию, что Кирилл непроизвольно застыл. Воздух в его легких словно превратился в раскаленный клей. Взгляд криминального босса, вопреки его железной воле и хваленому самоконтролю, намертво прилип к этим шикарным изгибам. Под этой мальчишеской, бунтарской одеждой скрывалась фигура, от которой у любого здорового мужчины мгновенно срывало резьбу. Воронов почувствовал, как по венам побежал знакомый, опасный жар.
Ника, словно спиной осязая этот тяжелый, сканирующий взгляд, замерла на долю секунды. Затем она резко выпрямилась, закинула рюкзак на одно плечо и обернулась. На её кукольном, фарфоровом лице играла ехидная, абсолютно торжествующая ухмылка. Она прекрасно знала, какой эффект производит.
— Слюни вытри, дядя, — дерзко выдала она, смерив его насмешливым взглядом из-под рыжей челки. — Не для тебя ягодка росла. И уж точно не для твоего кошелька.
Кирилл даже бровью не повел. Опасный криминальный авторитет не умел смущаться. Он лениво опустил глаза, еще раз демонстративно, медленно скользнул взглядом по её фигуре от кед до губ и выдал холодную, слегка надменную усмешку:
— Успокойся, куколка. Я предпочитаю женщин, у которых в паспорте краска на штампе о совершеннолетии уже высохла. А на капризных детей у меня с рождения аллергия. Так что не обольщайся, твой огород меня не интересует.
— Ну-ну, — хмыкнула Ника, ни капли не задетая его жестким тоном. В её глазах плясали чертенята. — Рассказывай эти сказки своей охране, может, они поверят. Ладно, Воронов, пошли к твоему немецкому танку. Только помоги донести вещи, раз уж мы на твоей машине едем.
— Помочь донести? — Кирилл искренне удивился, выразительно посмотрев на её тощий, полупустой пятидюймовый рюкзачок. — Ты ради этого мешка с мармеладками просишь о помощи громилу под два метра? Могла бы сама дотащить, Phoenix. Кибер-мускулы не отрасли?
— Не этот, — Ника подошла к багажнику своей малолитражки и дважды кликнула по экрану смартфона. Замок со щелчком открылся. — Вот эти.
Кирилл сделал шаг вперед, заглянул внутрь, и у него едва челюсть не звякнула об асфальт. Привычный к роскоши и опасным игрушкам мужчина ожидал увидеть там груду хлама, но реальность оказалась куда серьезнее.
В крошечном багажнике красной машинки, аккуратно зажатые между спортивной сумкой, лежали два увесистых, профессиональных тактических кейса из матового черного ударопрочного пластика. Воронов сразу узнал эту технику. Такие кейсы с повышенным уровнем герметичности и армированными углами использовали спецслужбы и элитные наемники для перевозки сверхсекретного оборудования, военных детонаторов или оружия. На каждом кейсе красовался сложный биометрический кодовый замок и едва заметная эмблема швейцарского бренда кибербезопасности, работающего только на правительство.
Кирилл перевёл ошарашенный, потяжелевший взгляд с кейсов на Нику. Эта девчонка, выглядящая как студентка-первокурсница, возила в багажнике малолитражки оборудование, стоимость которого равнялась хорошей трехкомнатной квартире в центре Москвы.
— Перетащи их к себе в багажник, будь другом, — ангельским, приторно-сладким голоском попросила Ника, невинно хлопая пушистыми ресницами. — Они тяжелые, килограмм по петнадцать каждый. А у меня, сам понимаешь, лапки. Из нежного кружева.
Кирилл молча, без лишних комментариев подошёл к багажнику. Он ухватился за прорезиненную ручку первого кейса. Пластик был холодным и шершавым, внутри плотно, без малейшего люфта сидело тяжелое, явно кастомное железо. В этот момент в голове Воронова окончательно захлопнулась ловушка осознания: перед ним далеко не простая девочка, которая от скуки научилась ломать пароли от соцсетей. За спиной этой рыжей бунтарки стояла такая материальная база и такие теневые ресурсы, о которых его штатные айтишники с их дипломами даже не слышали. Она была полноценным цифровым оружием. Оружием, которое сейчас стояло рядом и нагло улыбалось.
Он молча, играя мускулами под тканью пиджака, перенёс оба тактических кейса в багажник своего огромного, бронированного внедорожника. Ника заблокировала свою малолитражку с телефона, ласково похлопала её по помятому крылу, прошептав: «Потерпи, малышка, скоро починим», и уверенно запрыгнула на высокое пассажирское сиденье джипа Кирилла. Она устроилась там с таким комфортом, словно этот кожаный салон принадлежал ей всю жизнь.
Кирилл сел за руль. В замке зажигания глухо и мощно заурчал пятилитровый мотор. Салон наполнился низким, благородным рокотом. Воронов положил ладонь на коробку передач, но прежде чем нажать на газ, медленно повернул голову и внимательно посмотрел на свою новую «гостью».
Ника уже успела достать из кармана какую-то мятную конфету и теперь с интересом разглядывала приборную панель его машины, ни капли не смущаясь его пристального внимания. Между ними в замкнутом пространстве салона снова вспыхнуло то самое густое, осязаемое напряжение. Воздух казался наэлектризованным.
— Ну что, Phoenix... — тихо, с глубоким мужским уважением и затаённым, опасным азартом произнес Воронов, хищно прищурившись. — Поехали ко мне домой. Посмотрим, на что способно твое элитное железо. И ты сама.
Ника повернулась к нему, её глаза блеснули в полумраке салона чистым вызовом: