Страница 15 из 19
Я лишь улыбнулся в ответ. Больше всего в те минуты мне хотелось, чтобы наша дорога не кончалась никогда. Я не думал о родителях. Совсем не вспоминал о выпускном вечере, до которого оставались считанные дни. Не беспокоился по поводу поступления в институт. Мне просто было хорошо. Хорошо и спокойно. Как бывает спокойно человеку, который находится именно там, где и должен быть.
– Анна, я хочу тебе сказать, что…
– Да, Ян, я видела табличку. Мы почти на месте!
Кажется, девушка не расслышала мои слова. И решила, что я хочу обратить ее внимание на указатель возле дороги: «Стоянка через 1 км».
– Да… – замялся я. – Уже совсем близко!
Томас подбежал к яркому сине-зеленому кристаллу. И, попытавшись взять его в руки, закричал от боли – осколок оказался горячим, как раскаленные в печке угли! Тогда мальчик с досады пнул кристалл ногой, но не смог сдвинуть его с места ни на миллиметр, а лишь ушиб ногу и, запнувшись, упал лицом вниз.
Когда Томас перевернулся и уселся на снег, то с изумлением увидел, как Тейя, подойдя к осколку, спокойно взяла его в руки. Девочка сжала кристалл в ладонях, закрыла глаза и что-то негромко прошептала.
Все вокруг залил сине-зеленый свет. Такой яркий, что Томасу пришлось зажмурить глаза. А когда он смог открыть их снова, Тейя стояла перед ним, протягивая руку, чтобы мальчик поднялся на ноги.
Глядя в глаза девочки, Томас с удивлением заметил, что они приобрели сине-зеленый оттенок. Или они были такими всегда? Юноша покраснел от стыда, поняв всю подлость совершенного им поступка. Он поднялся на ноги сам, сказав, что не достоин того, чтобы Тейя протягивала ему руку.
А девочка сказала, что давно поняла, зачем Томас отправился в путешествие вместе с ней. Поняла, что он решил обмануть ее и присвоить волшебный кристалл, чтобы исполнить свое заветное желание. Но она совсем не боялась этого, потому что не сомневалась, что осколок Полярной кометы принадлежит именно ей.
И когда изумленный юноша спросил – что же загадала Тейя, девочка ответила, что она попросила волшебный кристалл исполнить не только ее заветную мечту, но и желание Томаса тоже.
Всю обратную дорогу юноша молчал, сгорая от стыда. С детства привыкший к суровому нраву отца, Томас не мог понять, почему обманутый им человек оказался к нему так добр. И, уже в городе расставшись с Тейей, твердо решил, что больше никогда не покажется ей на глаза.