Отрекаясь от русского имени

"Поляки, в самом деле, по праву могут считаться отцами украинской доктрины ... Так, самое употребление слов "Украина" и "украинцы" впервые в литературе стало насаждаться ими ... Поляков не устраивала ни "Малорос­сия", ни "Малая Русь" ... Внедрение "Украины" началось еще при Александ­ре I, когда, ополячив Киев, покрывши весь юго-запад России густой сетью своих поветовых школ, основав польский университет в Вильно и прибрав к рукам открывшийся в 1804 году харьковский университет, поляки почувст­вовали себя хозяевами умственной жизни малороссийского края ... Гулак и Костомаров (!), бывшие в 30-х годах студентами Харьковского университе­та, подверглись в полной мере действию этой пропаганды" [63].

О полной этнической идентичности "украинцев" и Русских: "Для украинских самостийников главной заботой все еще остается доказать отли­чие украинца от Русского. Сепаратистская мысль до сих пор работает над созданием антропологических, этнографических и лингвистических теорий, долженствующих лишить Русских и украинцев какой бы то ни было степени родства между собой. Сначала их объявили "двумя русскими народностями" (Костомаров), потом - двумя разными славянскими народами, а позже воз­никли теории, по которым славянское происхождение оставлено только за украинцами, Русские же отнесены к монголам, к туркам, к азиатам" [64].

Н. Ульянов, пожалуй, первым обратил внимание на то, что одними из виновников появления украинского самостийничества являются... Русские: "Украинский национализм - порождение не одних самостийников, больше­виков, поляков и немцев, но в такой же степени Русских ... Оказывать украинофильству поддержку и покровительство считалось прямым общественным долгом с давних пор. И это несмотря на вопиющее невежество Русской ин­теллигенции в украинском вопросе ... Либералы, такие как Мордовцев в "СПБургских Ведомостях", Пыпин в "Вестнике Европы" защищали самостийничество больше, чем сами сепаратисты. "Вестник Европы" выглядел украинофильским журналом ... Украинофильство представлялось не только совершенно невинным, но и почтенным явлением, помышлявшим единст­венно о культурном и экономическом развитии южнорусского народа ... Ко­гда открылась Государственная Дума, все ее левое крыло сделалось горячим заступником и предстателем за самостийнические интересы ... Говорить о личных связях между самостийниками и членами Российских революцион­ных и либеральных партий вряд ли нужно по причине их широкой извест­ности ... Академический мир тоже относился к украинской пропаганде абсо­лютно терпимо. Он делал вид, что не замечает ее ... Одного слова таких, на­пример, гигантов, как, М.А.Дьяконов, С.Ф.Платонов, А.С.Лаппо-Данилевский достаточно было, чтобы обратить в прах все хитросплетения Грушевского. Вместо этого, Грушевский спокойно печатал в Петербурге свои политические памфлеты под именем историй Украины ... Допустить, чтобы ученые не замечали их лжи, невозможно. Существовал неписаный за­кон, по которому за самостийниками признавалось право на ложь. Разо­блачать их считалось признаком плохого тона, делом "реакционным", за ко­торое человек рисковал получить звание "ученого жандарма" или "генерала от истории"".

В деле предания Малороссии в руки сепаратистов свою долю ответст­венности несет и Русская власть: "Чего стоила полонофильская политика Александра I, намеревавшегося вернуть Польше малороссийские и белорус­ские губернии, взятые Екатериной и Павлом при польских разделах! Когда это не удалось ... царь отдал этот край в полное распоряжение польскому по­мещичьему землевладению и старопанской полонизаторской политике. Ни­колай Павлович не имел склонности дарить Русские земли, но не очень в них и разбирался. Во время польского мятежа 1830-1831 г. он с легким сердцем отнес жителей западных губерний, т.е. малороссов и белоруссов, к "соотече­ственникам" восставших. В учебнике географии Арсеньева, принятом в школах с 1820 по 1850 г., население этих губерний именуется "поляками". Какие еще нужны доказательства полной беспризорности Малороссии? Она, в про­должение всего 19 столетия, отдана была на растление самостийничеству" [65].

Сегодня это растление достигло апогея и Русские по-прежнему его ак­тивные соучастники. При сохраняющемся "вопиющем невежестве Русской интеллигенции в украинском вопросе" тенденция скрытой и явной поддерж­ки самостийничества в ее среде ничуть не ослабла. Ну что стоило В.Кожинову опереться в своих суждениях об этногенезе "украинцев" на мнение Русских исследователей? Но нет, он идет прямо противоположным путем и полной горстью черпает из того самого источника, который вот уже полтора столетия питает русоненавистническую доктрину украинства, пода­вая читателю в качестве авторитетов исторической науки ее сознательных фальсификаторов...

Вообще среди Русских авторов ссылка на украинских историков почи­тается правилом хорошего тона и как бы безусловным доказательством объ­ективности их суждений. Между тем, им следовало бы знать, что никакой "украинской исторической науки" в природе не существует. И никогда не существовало. Отсутствие это легко объяснимо: не было и до сих пор нет объекта для ее исследований - самобытной истории Украины. Плод создания самостийнической историографии, размноженный во многих тысячах книг, брошюр, статей, а теперь уже и фильмов, являет собой всего лишь лживый, фантастический миф с элементами социальной утопии, апокрифических ска­заний, невероятных предположений и исторических анекдотов, обильно сдобренных злопыхательской клеветой на Россию и Русских.

В основу мифа положены реальные события Русской истории, до неуз­наваемости обезображенные политической доктриной украинства., с добав­ лением нелепых выдумок и неправдоподобных гипотез самостийнических историков. Рождение мифа было вызвано настоятельной необходимостью во что бы то ни стало скрыть тот неопровержимый, зафиксированный в ис­точниках факт, что "украинцы" произошли от Русских, только в опре­деленный момент перестав быть таковыми. Факт этот со всей очевидно­стью доказывает, что под этнонимом "украинский народ" скрывается отнюдь не самостоятельный этнос, а ЭТНИЧЕСКАЯ ХИМЕРА, возникшая в ре­зультате искусственной духовно-психологической и культурной мута­ции незначительной части Русского Народа под длительным воздействием польской во­енной и культурной экспансии.

Антагонистический характер русско-польского этнического взаимодей­ствия в границах оккупированной Малороссии с беспощадной борьбой "кто - кого", при подавляющем военном и материальном превосходстве польского элемента, обеспеченного польским национальным государством, предопре­делил врожденное уродство той социально-политической общности, которая и стала самоопределять себя в качестве "украинцев".

Мутант получился ни на кого не похожим, но с явно выраженными признаками этнической ущербности и морально-психической дефективно­сти, проявляющими себя многочисленными комплексами, среди которых главный - патологическая ненависть именно к тому этносу, от которого он в свое время отпочковался ... Сокрытие исторической правды об аномальном характере генезиса и развития "украинского народа" и составляет сверхза­дачу "украинской историографии" и тех совершенно фантастических небы­лиц, которыми заполнены "научные труды" ее представителей. Например, о начале человечества от "украинского национального древа", о происхожде­нии "украинцев" от жителей легендарной Атлантиды; об украинском происхождении Христа и открытии "украинцами" Америки. Этническая химера породила столь же химерическую историю своего возникновения и жизни.

Любой автор, берущийся за украинскую тему, должен знать об этом. Незнание говорит о его некомпетентности в том вопросе, по которому он самоуверенно изрекает приговоры, да еще с претензией на "бесспорную ис­тину".

Некомпетентность В.Кожинова очевидна. Игнорируя Русских истори­ков, он прибегает к авторитету украинских, да еще выбирает среди них наи­более одиозных. Например, Михаила Грушевского, работу которого цитирует и которого уважительно величает "самым знаменитым украинским историком".

63

Ульянов Н.И. Происхождение украинского сепаратизма. М.: "Индрик", 1996, с.5-6

64

там же, с. 4-5

65

там же, с. 272-276