Страница 13 из 56
Иван пожал плечами и влез обратно.
— Да не беспокойтесь вы так! – крикнула Маринка ответственному водителю. – Мы будем у вас на виду!
И тут же увлекла Ирбиса туда, где их не мог видеть этот нудный Иван.
Ирбис не сопротивлялся. Он торопливо перепрыгивал через редкие лужицы и вообще старался показать, что он еще очень молод и лих!
А Маринка летела к берегу реки. По большому счету ничего необычного здесь не было – берег как берег. Ну да – отражаются звезды, ну да, огни переливаются. Молодежь отчего-то уважала именно это место, и сейчас народу тут было много. А так ничего особенного. И, казалось бы, в присутствии посторонних надо бы чувствовать себя неловко, но Субботина играла вовсю. Она достаточно продуманно оставила свой плащ на сиденье автомобиля, прихватила лишь маленькую сумочку и теперь, стараясь не обращать внимания на ощутимую прохладу, кружилась на асфальте в одном легком платьице, сумочка же летала рядом цветастой бабочкой.
— Как же хорошо, Леонид Владимирович! Я уже давно не чувствовала себя такой девчонкой! Я готова на безрассудства!!!
Однако противный Ирбис безрассудства предлагать не догадывался. Он опасливо оглядывался на стайки молодежи и тупо следовал за своей спутницей.
И Маринка пошла на следующий круг:
— Вы мне подарили этот замечательный вечер! А я.. Я дарю вам вон ту звезду!!! Вы видите? С огромными, острыми лучами! Она смотрит на нас.. и видит, какие мы маленькие! Молодые и счастливые! Ну же? Неужели не замечаете?!
Леонид Владимирович прилежно пялился в небо, но среди множества звезд нужную не обнаруживал. Черт ее знает, какая там с острыми лучами? И как эта взбалмошная журналистка вообще видит какие-то лучи? Вот он, например, видит только горящие точки..
— Смотрите.. – Марина прильнула к нему и протянула руку вверх. – Во-о-он та, видите? У нее еще такой свет голубоватый..
Да какие там звезды! Эта странная, красивая девчонка прижалась к нему, и через тонкое платье было так отчетливо слышно, как она дрожит. Ирбис чувствовал ее руку, ее плечо, ее.. А как от нее пахнет чистотой, свежестью – морозцем! И с какой завистью смотрят на него эти молодые самцы! Еще бы – он сегодня урвал такую фею! И она сама.. вот она, как льнет к нему, и ей вовсе нет дела ни до кого!
Сопротивляться уже не было никаких сил, и Ирбис обнял Марину.
— Спасибо, – вежливо улыбнулась она. – Я и в самом деле немного озябла. А вы такой умница. Знаете, как раньше – парень обязательно накидывал свой пиджак девушке на плечи, и.. они гуляли, думали о чем-то.. А потом.. потом она исчезала!
— Как это? – крякнул Ирбис, неуклюже снимая пиджак и надевая его на Маринку. – Как это она исчезала? Убегала, что ли?
— Не знаю.. – задумчиво закинула голову Маринка. – Но я хотела бы не убежать, а именно исчезнуть. Чтобы.. чтобы вы меня вспоминали. Вы будете меня вспоминать?
— Да, – рявкнул Ирбис, немного поеживаясь.
— А потом мы..
В кармане пиджака зазвонил сотовый телефон кавалера, он его поспешно выудил и, отойдя немного в сторону, пробасил:
— Да? Я никуда не потерялся! Я тебе сразу говорил: приду поздно – у меня юбилей, если ты помнишь!
Маринка поняла, что лучшего случая просто не выпадет. Она аккуратно сиганула в сторону, за куст – темный пиджак Ирбиса делал ее почти незаметной, а после и вовсе собрала волосы в косу, поддернула платье, чтобы не пестрело в темноте, и быстро затерялась среди молодых гуляк.
Леонид Владимирович говорил долго. Эта жена позвонила совсем не вовремя! Она как будто чувствовала! Вот когда он с Лидочкой был – ни разу не звонила, а тут.. Надо же! В кои-то веки у Леонида Владимировича заколотилось сердце чуть сильнее, в кои-то веки он всерьез залюбовался девушкой – и пожалуйста! «Я волнуюсь! Ты в порядке? Когда придешь домой? Я буду тебя ждать!» Можно подумать, он без ее ожидания дорогу домой не найдет!
— Ложись спать и не дури! Приду поздно, сказал же! – напоследок рявкнул Ирбис и отключил телефон. Передернул плечами: замерз, однако!
Он хотел извиниться, повернулся и.. никого не увидел. Нет, молодежь гуляла, но.. совсем не видно было золотых кудрей и веселого платья.
— Замерзла, видать, – решил мужчина и поспешил к машине.
Но и там беглянки не оказалось.
— А куда она делась? – спрашивал у него Иван. – Она ничего не взяла? Точно? Кошелек на месте?
— Да не кладу я кошелек в пиджак, чего ты в самом деле.. Значит.. убежала.. исчезла.. – засопел Ирбис и раздраженно бросил водителю: – Поехали, чего ждать-то?! Хрен с ним, с пиджаком..
О том, что в кармане пиджака остался конвертик с подарком от бухгалтерии, он сказать постеснялся. Да и вообще – постарался забыть, чего уж теперь..
— Так а чего она плащ-то оставила? – нудил водитель.
Ирбис повертел в руках плащ, все карманы проверил – ничего. Прямо как знала, зараза! Специально она, что ли?! Ну надо же так влипнуть, а ведь какая девка красивая! Жалко, м-да.. он чуть было не влюбился.
А Маринка уже ехала в такси и не замечала удивленных взглядов, которые то и дело бросал на нее водитель. Еще бы – девчонка выскочила невесть откуда, платье задрано по самое не могу, пиджак на плечах. Ее бы самое время в милицию везти – может, кто надругаться над девкой надумал, а она вон сидит да еще и ухмыляется! Явно довольна! И что за девки пошли! Нет бы копейку трудом праведным зарабатывать – хоть бы полы в подъездах мыла, и то лучше!
— На Морозовскую, четырнадцать, – попросила Маринка и с удовольствием вздохнула. Все же как здорово, что ей удалось эту свою квартиру сохранить в тайне! Что о ней не знает Каркашин. И правильно, что она ее не стала сдавать. Уже сколько раз квартира ее выручала. Вот и теперь: ну разве она могла бы появиться перед мужем в подозрительно нарядном платье, мужском пиджаке на плечах? Матвей бы с ума сошел. А так.. Как здорово, что сегодня все происходит по плану!
Времени было уже половина первого, когда Марина зашла к себе в дом. Тишина. Никого. Как бы хотелось ей сейчас вот так залезть в ванну, согреться, а потом прыгнуть в кроватку с чистыми, хрустящими простынями! И чтобы никто не сопел рядом и не дышал пивными выхлопами. Нет, в семейное гнездо ехать просто не было никаких сил. И Маринка не поехала.
— Матвей, – позвонила она мужу с мобильного. – Ты еще не спишь?
Супруг, видимо, все же спал, потому что голос был сонным и недовольным, но, однако же, соврал:
— Маруся! В чем дело?! Я измучился уже весь! Ты где?! Сколько ж можно так..