Страница 55 из 64
Она уже и сама не помнила, как все случилось, наверное тоже прикорнула, но вдруг ощутила резкий рывок за голову и почувствовала, как ей зажимают рот. Дездемона пнула ногой изо всех сил — под ней должен был спать Жора. И он там спал! И, видимо, даже во сне думал о задании, потому что вскочил, мотнул головой и сразу же стал махать кулаками. Потом Дездемона и вовсе ничего не могла разобрать, только видела, как Жора оседлал кого-то и молчком крутит ему руки.
— Все, Дездемона Карповна, потащили! — шепотом позвал он. — Я вперед.. с этим, а вы за мной, не отставайте..
— Жорочка, только ползком.. — попросила Дездемона. — А то вдруг это охранник, стыда потом не оберешься!
И все же, что-то ей подсказывало, что Жорина добыча охранником не являлась. Так оно и случилось.
В машине, куда затолкал свою ношу Георгий, можно было разглядеть, что это был крепкого телосложения молодой человек, хмурый, с тупым спокойствием, и со злобным взглядом.
— Ого.. ничего не понятно.. — пожала плечами Дездемона. — А вы кто? Чего это вы на меня напали-то?
Парень только презрительно хмыкнул и отвернулся.
— Ничего себе, чуть меня не задушил, а туда же! Еще обижается! — засопела Дездемона.
— Дездемона Карповна, он вас не душить хотел, у него видите с собой чего? Ножичек. Он вас хотел прирезать, — доброжелательно сообщил Жора, по-свойски обшаривая карманы пойманного. — А зовут его.. так, вот водительские права.. зовут его Елизаров Александр Михайлович, во как!
Дездемона вырвала из рук Жора документы, просмотрела их и уставилась на парня.
— И чего это вы меня так невзлюбили? Я вас и не знаю совсем.. нет, я понимаю, если бы мы были закадычными друзьями, тогда там всякие нестыковки, а так.. мы даже с вами поссориться нигде не могли!.. — с искренним недоумением спрашивала Дездемона. — погодите-ка, а это не вы тогда материли моего Тимку, когда он к вам на балкон залез, а я на вас тогда еще ведро вылила? Нет? А чего тогда? А-а! Понимаю! Вы муж одной из тех легкомысленных девиц, за которыми Кака ухлестывал, да? Да бросьте вы! Он еще никому рогов не наставил, вы его просто не видели! И в конце концов, я-то тут ..
— Легкомысленные девицы, вы говорите? — страшно зашипел мужчина. — Не-е-ет, моя жена не была легкомысленной! Моя жена.. а твой! Твари!!!! И ты, и он!!! Сволочи!!! Я все равно тебя убью, поняла?!! А твой поддонок будет ползать по твоей могиле и корчиться от страданий! Один уже такой корчится! А, хочешь, расскажу?! Ха-ха! Да! Твой остался последний!
Жора хотел было заткнуть хаму рот, но Дездемона только шикнула на помощника и с вызовом произнесла:
— Корчиться будет? И кто-то уже корчится? Ты это только что придумал, или давно фантазировал?
— Я?! Не-е-ет, это не фантазия! Где ваш Наговицкий? Нет его! Все думали — пропал без вести, а это я его, ясно?! А Щуров? Щурова видела? Или тебя твой муженек с ним даже не знакомил? А зря! Тогда бы ты знала, как он ежедневно таскается на кладбище к своей молоденькой жене! И ползает там по могиле, и корчится! И твой будет ползать!
— Ну, хорошо, пусть ползает, — попыталась немного успокоить парня Дездемона. — Только ты мне расскажи — а кто такие Щуров и этот.. как ты его назвал?
— Наговицкий? Да это же коллеги твоего мужа! Или хахаля, кем он тебе приходится.. Тоже психиатры!
— Ага, значит, все же не Какины..
— Да не каки они, а настоящее.. дерьмо! Даже хуже! Они.. они твари!! И я все равно.. я все равно тебя прикончу! — в бессилии плевался злобой парень, и Дездемона вполне серьезно думала, что у этого товарища очень серьезные проблемы с психиатрией. Надо же — как не повезло Кириллу Мокеевичу — вот ведь работка, не знаешь, с кем столкнешься!
— Хорошо, чего ты так, Александр Михайлович.. ну прикончишь меня.. потом.. только ты бы все по порядку рассказал, а то я уже запуталась с тобой, все ругаешься и ругаешься..
И Александр Михайлович стал рассказывать. Теперь он ни кричал, не шипел, а просто тихо, печально вспоминал.
Они с Дашей знали друг друга, кажется, всю жизнь. Вместе в школу ходили, правда, Сашка старше был на два года. Он уже в восьмом классе заметил веселую девчонку с короткими, темными кудряшками, но.. как-то стыдился подойти, познакомиться. А вот когда уже в десятый пошел, на школьном вечере она подошла к нему сама — тоненькая, стройная, с огромными карими глазами.
— Пойдем? Потанцуем? — чуть смущаясь проговорила она.
Он пошел и.. и больше они не расставались. Потом он ушел в армию, а за это время Даша закончила школу, поступила в институт, и когда Сашка вернулся, сыграли свадьбу. Да ничего у них не было особенного, жили дружно, не ссорились особенно, когда были тяжелые дни, и Сашку так и подмывало выругаться, Даша подходила к нему, прижималась к его груди и просто говорила:
— Вот так прижмусь и ничего не страшно, да же? И кажется, что все у нам получится! И на квартиру накопим, и на хорошую работу устроимся. Да же?
Ну и у какого мужика после таких слов язык повернется ругаться? Конечно же — все будет хорошо! И накопим! И устроимся! И все — все будет отлично!
Да только отлично не стало. Не получилось. И в самом деле, Елизаровым очень нужна была квартира. У Дашиных родителей еще и брат ее женился — куда ж там? А Сашкина мать, женив сына, вдруг вспомнила, что они женщина, и ухватила свое женское счастье — вышла замуж. Мужчина хоть и был работящий, умница, но своей жилплощади не имел — так и ушел из прежней семьи, оставив им все. Мать его с радостью приняла, но .. вот теперь жить молодым было негде. А ведь уже и ребеночек намечался, должен был через полгода родиться. Дашка все время на УЗИ бегала, чтобы посмотреть — кого же ждать — мальчика или девочку. Но те все не могли усмотреть пол ребенка. Да им было все равно, главное — было бы куда принести малыша. И Сашка думал. А потом отважился — собрался черте куда, рыть скважины. На полгода оформился, вахтовым методом.
— Саша! Ну не надо уезжать! — будто чуяла беду Даша. — Давай просто так — возьмем ипотеку, сейчас же дают!
— Дашенька! А платить — то чем? Туда ж еще столько всего купить надо! Заработаю денег, и ипотеку возьмем, и в квартиру чего-нибудь купим — малышу же и кроватку надо, и коляску.. Ну чего ты? тебе мама поможет, и моя — тоже. Я тебе буду каждый день звонить.
Расстались они так, будто Даша мужа на войну провожала. Даже Сашкина мать и та толкнула ее возле автобуса:
— Ты чего это, девочка? Не реви так, чего беду кликать?
И Даша умолкла. Только из ее глаз все равно большими каплями текли слезы.