Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 16 из 56

Глава 5

Как только Виктора увели в участок, я и сама направилась туда. Долго общалась со следователем, и, несмотря на запись разговора в моем диктофоне, он отнесся с сомнением к моим словам, более того, не скрывал своего раздражения от моего вмешательства:

— Татьяна, мы же вроде с вами договаривались, что вы уедете домой! У нас и без вас хватает опытных специалистов. Ну что же вам неймется! Ну мало ли что так по пьяной лавочке этот Виктор наговорил? Ну какая торговля людьми? Вы в своем ли уме? Мы, конечно, подержим его пока у себя и все проверим. Но думаю, это какая-то ошибка. Я давно знаком с Альбертом, директором агентства. И у него безупречная репутация! Иначе не бежали бы туда девчонки, причем даже из обеспеченных семей, если бы там такое действительно творилось!

Я вспылила, мне хотелось удавить этого жирного борова с поросячьими глазками, которому лень оторвать свою заднюю филейную часть от стула и хоть что-то сделать! И пошла в наступление, стала при нем звонить Кире:

— Алло, добрый день, это полковник Кирьянов? Узнал? Слушай, мне очень нужна твоя помощь. Я тут такое дело раскопала, оказывается, в агентстве модельном девочками торгуют! Да, ты не ослышался, и доказательства есть. В полицию? Конечно, обращалась! Я и сейчас здесь! Да только тут как в тихом болоте, никто не хочет вообще ничем заниматься! Дать трубку следователю? Сейчас, одну минутку!

Я передала телефон следователю, уж не знаю, что ему там говорил мой друг, но лицо у этого жирдяя все больше становилось пунцовым, он оправдывался:

— Да, следователь Кононенко слушает, да, понял, да, конечно, мы во всем тщательно разберемся. Есть встретить следователя из столицы и оказать всякое сотрудничество.

Он положил трубку и мямлил:

— Ну что же вы так сразу, Татьяна! Ну зачем же жаловаться. Мы бы и сами во всем разобрались. Обещаю, как только появится новая информация, тут же с вами ею поделюсь.

Я ликовала: ну и Киря! Ну и молодец! Интересно, что он ему навешал, что тот так испугался. Может, теперь зашевелятся. А то уже которая девчонка из-за границы не возвращается, а им и дела нет.

Меня же заинтересовали слова того старика рыбака о клубах, открывшихся неподалеку от пляжей. А что, если попытать счастья и там поспрашивать про Юлю? Может, там и камеры есть? В нормальных заведениях их всегда стараются ставить. Однако все мои замыслы прервал стук в номер. Администратор тараторил:

— Татьяна, откройте! Там к вам пришел паренек, внизу дожидается, говорит, дело к вам срочное.

Я нехотя спустилась и ахнула. Там стоял Пашка, смущался и переминался с ноги на ногу. Увидел меня и так обрадовался:

— Ура, я вас нашел! Мне очень ваша помощь нужна! Срочно! Вы же говорили, что частный детектив?

Я кивнула и повела мальчишку в кафе, взяла нам с ним по чашечке кофе и сэндвичу и ответила:

— Да, все так. Я сейчас расследую убийство Юлии Перфиловой. Вижу, ты очень напуган! На тебе просто лица нет. Что стряслось? Ты, Паша, мне жизнь спас, и я для тебя что угодно сделаю.

Паренек жадно ел и сбивчиво рассказывал:

— Лодку у меня украли, это не просто беда, это катастрофа! Я же без нее не смогу на жизнь зарабатывать. Я, конечно, сам виноват, всегда ее пристегивал, а вчера спешил и не защелкнул замочек, а сегодня утром гляжу, нет лодки моей! Убей не пойму, кто позарился? Она же не новая! От отца еще досталась. Зачем кому ее воровать? Помогите, прошу!

Я кивала, допила кофе и подбодрила паренька:

— Не грусти, Пашка! Найдем твою лодку, идем, покажешь, где она стояла. А даже если нет, я тебе новую куплю. Сейчас вот отпечатки сниму на месте преступления, и узнаем, если повезет, кто вор! Наелся?

Мы пошли к хижине мальчика, спустились по крутому берегу вниз. Я осмотрела все и обнаружила на песке след от сапога с рельефной подошвой. Спросила у Паши:

— Твои следы?

Он отрицательно покачал головой:

— Нет, я не ношу сапоги, нет их у меня, вот, в кедах бегаю, так ногам легче и удобнее.

Я померила размер – сорок четыре – и сфотографировала отпечаток. Попрощавшись с пареньком, отнесла отпечатки в участок и попросила, чтоб их проверили. Уж не знаю, каким волшебным образом повлиял на сотрудников звонок Кири, или это Кононенко обо мне чего наговорил, но в этот раз эксперты и слова мне не сказали, а тут же взяли отпечатки в работу. И надо же, повезло. Они принадлежали некоему Федору Тараканову, и адресом удалось разжиться в паспортном столе, такая фамилия нечасто встречается. Он попадал в поле зрения полиции три года назад, как раз по подозрению в краже из магазина. Но тогда против него не нашлось достаточно улик, и дело закрыли. Выходит, за старое взялся? И все равно непонятно, зачем ему старая лодка? Ну это же не пуговица, ее не спрячешь! Дурь какая-то.

На следующий день я пошла к Паше, он услышал, кто увел лодку, и рот открыл:

— Дядя Федя? Мой сосед? Да быть этого не может! Он мне после смерти папки так помогает и вообще мужик хороший! Раньше он и правда куролесил немного, но потом за ум взялся, теперь крепкий хозяйственник и семьянин. Его все уважают. Ну-ка пойдемте к нему, я прямо спрошу! Не могу поверить в такое!

Мы постучали в окно соседнего дома – это вам не хижина Пашкина! Пять окон, дом добротный, кованые ворота, крыльцо дубовое. К нам вышел седовласый, крепкий еще мужчина в рабочем комбинезоне и резиновых сапогах, опешил, когда увидел меня и Пашку:

— Здравствуйте, люди добрые! Павлик, сынок, ты кого это ко мне привел? Что хотел?

Парнишка срывающимся голосом еле выдавил:

— Дядя Федя! Вы зачем мою лодку украли? Вы же мне как отец!

На лице хозяина отобразилась вся гамма чувств, глаза забегали, он мямлил:

— Ты что такое говоришь? С чего ты взял, что это я?

Тут я подключилась:

— Федор, нет смысла отпираться. Ваши отпечатки найдены на месте преступления. И след вот от этих самых сапог сорок четвертого размера, я ведь угадала? Что ж вы паренька так обижаете! Он и так сирота, лодка для него – инструмент для того, чтоб хоть какую-то копейку заработать. А вы ведь, я смотрю, не бедствуете. Зачем вообще она вам понадобилась? Уж не думаю, что для промысла.

Федор опустил глаза и стал говорить: