Страница 70 из 96
— Мне повезло, что моя хозяйка глухая. И живет в другой половине. Как же я соскучился, — твердил он, когда мы уже оказались у него в доме, где было тепло и уютно. Внутренний голос противно нашептывал: «Он и впрямь скучал, ему стоило таких трудов организовать эту поездку, а сейчас он вообще рискует. Ходит по краю, но не уезжает, не сбегает, как обычно». Другой голос ехидно хмыкал: «Ты снова попалась на его удочку. Это уже пятый раз, когда ему удается мелькнуть в твоей жизни кометой с неясной целью и исчезнуть, оставив после себя привкус горечи. И вообще, Танечка его подозревала, а я ему об этом рассказала..» Но самым громким был третий голос, который твердил: «А не все ли равно, зачем и для чего он тут? Ты же сама этого хотела, пусть даже завтра никогда не наступит. Почему, черт возьми, я должна постоянно распутывать убийства и решать чужие проблемы? Взять и уехать, наплевать на всех, выбрать себя — и будь что будет».
Все эти голоса в моей голове мне ужасно надоели, и я рыкнула:
— Я больше не желаю это слышать! Заткнулись все!
Дубровский, приподнявшись на локте, заинтересованно уставился на меня. Пришлось пояснить:
— Это я не тебе.
— Ты тоже учуяла здесь домовиков? Славка мне уже доложил, что в деревне живут Афонька, Адонька и Куковяка. Я так и знал, что дружба со Славкой тебя до добра не доведет. Такое не проходит бесследно.
— Подожди, так мы тут что, не одни? — рассмеялась я, а Дубровский повторил этим своим чарующим голосом:
— В этом забытом Богом месте есть только ты и я..
А потом мы лежали в тишине, сплетя пальцы, и я так много хотела сказать, но словно натыкалась на какую-то невидимую стену и замолкала на полуслове. И так и не сказала чего-то важного для нас обоих.