Страница 19 из 96
— Я уже и сам понял, — вздохнул Дубровский.
— А куда он исчез? — обвел всех безумным взором Васятка.
— Кто «он», чудо ты в перьях? — переспросила Татьяна, старательно утиравшая покрасневшие глаза носовым платком.
— Ну, убийца. Тот, кто ее стукнул..
Наступила нехорошая тишина, прерываемая какими-то металлическими скребущими звуками из моторного отсека.
— Как ни печально это осознавать, но убийца, должно быть, один из нас, — кашлянула я.
— Не обязательно! — горячо возразил присоединившийся к нам Тимур. — Теоретически он мог как-то проникнуть на теплоход, убить Соню и скрыться.
— Ты сошел с ума? — возразила Элла. — Надо быть Акваменом, чтобы провернуть такое незаметно. Да и кто решится прыгать ночью с теплохода?
— Я бы доплыл. Думаю..
— А чего это ты так заволновался? — криво усмехнулся Артем. — Да ладно, Тимурка. Ты-то понятно, пловец. А нам, простым смертным, деваться с подводной лодки некуда.
— Кстати, если вы не заметили, мы висим посреди реки. Вы уверены, что мы не пойдем ко дну, как Титаник? — удачно встряла бабуля, уводя тему убийцы в сторону. А я подумала, что нераскрытая тема Титаника все-таки всплыла. Хорошо, что не потонула.
Словно отвечая на ее вопрос, в дверях появился сквозь зубы извергающий ругательства Юрий. Он остервенело тер грязные руки замасленной тряпкой.
— Короче, залез я в машинный отсек. Дело плохо.
— Опять двигатель? — помертвевшим голосом уточнил капитан. — Что-то с топливом?
— У вас уже были подобные поломки? — вскинул брови Иванов-Дубровский. — Значит, вы знаете, что там?
— Ага, — скривился Юрий. — Короче, объясняю на пальцах: чтобы не лишить агрегат подачи соляры в неподходящий момент, доблестные умы из Российского Речного Регистра решили использовать в топливной системе только железные и медные трубки. Шланг, дескать, может перетереться, порваться и черт еще знает что. А железяки — они же вечные. Едрена мать. Еще при вчерашнем вечернем осмотре обратил внимание, что в машинном отделении под сланями мокровато. И пахнет характерно.. Отвалилась трубка, идущая от самого топливного танка к двигателю. Перетерлась из-за вибрации, вот тебе и супер надежно.
— Подождите, вы вчера подозревали поломку, но промолчали? — икнув, возмутился Артем.
Юрий удрученно потер заросший щетиной подбородок:
— Ну, собирался завтра во время стоянки спокойно починить. Она вполне надежно держалась. Да, капало, но трубка должна была дожить. Ладно, запчасти для ремонта есть, устраним.
— Надо причаливать прямо здесь, — озабоченно заявил капитан. — Выбора у нас нет.
— Как причаливать? — брякнул Славик.
— За счет течения и подруливающего устройства, как иначе? Нам повезло, на левом берегу я заметил остатки заброшенной лодочной станции. Туда и причалим.
Следующие минут десять мы молча наблюдали за героическими попытками теплохода подойти к берегу. Пока суд да дело, заплаканная Анна Михайловна подала ранний завтрак: кашу с маслом, омлет, оладушки. Я машинально отметила, что еда была вкусная и отлично согревала изнутри в эту промозглую погоду. Хотя аппетита никто не выказал: все вяло жевали, мучаясь похмельем и ужасным чувством неизвестности. Но главным чувством, конечно же, был непомерный ужас от случившегося.
— Я с ума сойду с этой историей, — бормотал Славик, косясь на Дубровского.
— С ума сходят те, у кого он имеется изначально, — утешала Славика бабуля, намазывая хлеб паштетом фуа-гра. — Хотя это, конечно, полная дичь..
— Когда вчера Славик кричал, что красное вино отлично подходит к дичи, мы не думали, что это надо воспринимать буквально, — уныло выдал Тимур.
Васятка, имевший после вчерашнего крайне неприглядный вид, цедил свой чай и вопрошал:
— И что теперь будет? Кто будет беседовать с полицией?
— Точно, — встрепенулась Элла. — Мы не дошли до пристани, а вызвали-то ее туда..
— Придется перевызывать, — ответила я, думая, что все худшее, что могло случиться, уже случилось. Как же я ошибалась! Все становилось очень, очень серьезно.