Страница 16 из 96
Через десять минут все пассажиры теплохода, сонные, наспех одетые, облепили труп Сони со всех сторон. Правда, сначала каждый подошел к Дубровскому, приветствуя его как Сашу Иванова. Васятка, завернутый в теплый клетчатый плед, припал Дубровскому на грудь:
— Саша, как же это.. Она так тебя ждала! Так и не дождалась..
Дубровский хлопал рыдающего по плечу, на второй его руке повисла Татьяна.
— Она же не пришла ночевать! — истерила староста. — Я думала, она с кем-то..
Дальше Татьяна не продолжила, но все и так уловили ход ее мыслей. Та не волновалась о подруге, потому что была уверена: Соня проводит время с каким-то мужчиной. Элла хмурилась, потирала лоб, жалась к мужу и все время повторяла:
— Ущипните меня, я что, все еще сплю? Саша, ты из нас самый трезвый, расскажи все по порядку..
Я по-прежнему не понимала, как относиться к тому, что Дубровского все называют Сашей, но встревать с вопросами не спешила. Было не до того. Чередой следовали неизменные «Что делать?» и «Как это произошло?». Все в ужасе переглядывались, не решаясь называть вещи своими именами.
— Я никогда не.. как? — капитан растерянно оглядывал всех нас по очереди, как будто надеялся, что это какой-то прикол от организаторов праздников. Если честно, я бы простила Славику даже такой фортель, лишь бы не стоять сейчас на промозглом ветру под моросящим дождем и думать, кто убил Соню ударом по голове.
Славик же, пытаясь помочь упиравшемуся капитану выполнить его прямые обязанности, перечислял всем присутствующим ранние, поздние, а также ложные признаки смерти. Васятку после этого ожидаемо вырвало, даже державшая себя в руках Элла побледнела и попросила мужа сбегать ей за водой.
— К ложным признакам может относиться отсутствие реакции зрачков на свет, — терпеливо перечислял Славик. — Это не обязательно говорит о том, что мозг умер. Человека, например, могло поразить молнией. Мертвенная бледность также не всегда говорит о прекращении циркуляции крови — это может быть признак сильного переохлаждения. Вам, как людям без медицинского образования, придется ждать поздних признаков наступления смерти: трупных пятен, помутнения роговицы, окоченения и разложения тела.
— Хватит уже медицинской романтики, — не выдержала я, пытаясь собираться с мыслями. — У нее на голове запекшаяся кровь, а ты говоришь нам про помутнение роговицы. Тут все и так налицо. Тем более ты уже констатировал смерть.
— Я? — возмутился Славик. — Это очень большая ответственность, знаете ли..
— Ты же закончил медучилище. Наверное, тоже имеешь право голоса.
— Вы же вчера говорили, что уже сталкивались с трупами, — всхлипнула Танечка, а я подумала, что ее замечания сейчас ох как ни к месту.
— Раньше трупы нам попадались культурно убиенные, — возразил Славик. — А тут триллер какой-то. Хичкок отдыхает. Эта кровь на белой шубе..
— Что значит вам раньше попадались трупы? — с нервным смешком переспросила Элла. — Это что у вас, часть обязательной программы мероприятия?
— Тамада был хороший, и конкурсы интересные, — пробормотал Тимур, закуривая. К нему за сигаретой потянулся Артем. Элла хотела было сделать мужу замечание, но в последний момент передумала и пошла добывать кофе.
— Так что там с трупами? — не унималась Татьяна. Въедливый дух старосты стойко ощущался в ее характере и поведении.
Васятка, которого вырвало еще раз после упоминания Хичкока, висел на поручнях с видом умирающего хорька.
— Татьяна, присмотри за ним. Как бы не свалился, — отвлекла я внимание настырной девицы.
Капитан, собравшийся наконец с силами, отправился осматривать труп. К слову, Славик благородно согласился ему ассистировать. Алексей Иванович топал за ним с видом человека, обреченного на смертную казнь.
Танечка тащила Васятку на скамейку, Тимур с Артемом курили, Элла ушла в кают-компанию. В данный момент мы с Дубровским остались одни. Кажется, на нас никто не обращал внимания, и я спохватилась, что не задала ему главный вопрос:
— Так, давай быстро. Лучшего момента может просто не быть. Ты же видишь, как тут многолюдно.
— Это пока. Вы со Славиком успешно справляетесь с сокращением популяции гостей.
— Хватит мне по ушам ездить! Что тут происходит? — сатанея, прошипела я.
— Пока не знаю, но я по тебе скучал..
— Хорошо, переформулирую вопрос. Как ты тут оказался и почему они все называют тебя Александром Ивановым? Это что, массовый гипноз?
— Господи, — взъерошил Дубровский волосы, — не так я представлял нашу встречу. Если честно, детка, у меня сейчас и без твоих истерик куча проблем. Сколько нам плыть до ближайшего населенного пункта, где будет ждать полиция?
— Капитан сказал, минут через двадцать будем, — машинально ответила я. — Да что, черт возьми, происходит?
— Значит, поступим так. Сейчас, когда все соберутся, скажи четко и громко, что ты должна переговорить со мной, как с заказчиком мероприятия. Нужно уйти отсюда под благовидным предлогом, разговор не на пять минут.
Подозрительно глянув на него, я нехотя кивнула. И когда все действительно потянулись в нашу сторону, заявила:
— Думаю, в ожидании полиции всем лучше выпить кофе и слегка взбодриться. Александр, в связи со случившимся нам нужно срочно обсудить детали. На этот случай у нас в договоре есть пункт форс-мажор. Попрошу вас пройти со мной в каюту.
Не дожидаясь ответа, я поспешила к лестнице. Нам навстречу поднималась Элла с двумя стаканчиками кофе.
— Это все-таки не сон, — бормотала она, а заметив нас, добавила: — Если хотите кофе, чайник только что кипел. Там Михайловна с вашей бабулей на всех делают.
— Спасибо, Элла, — кивнула я. — Ты сама как?
— Я под успокоительным, так что пока терпимо.