Сквозь года

Она была такой маленькой, такой беззащитной. Ее крошечные пальчики, словно лепестки неведомого цветка, сжались на моем пальце. Легкий шок, да, именно так. Невероятное ощущение чего-то совершенно нового, хрупкого и драгоценного. Я смотрел на нее, и в голове проносились мысли о будущем. О нас с Алисой. Как она будет выглядеть, когда сама будет носить под сердцем наше дитя? Уверен, она будет невероятно милой, с этим своим мягким взглядом и нежной улыбкой. Каким будет наш ребёнок? Мальчик или девочка- не важно. Лишь бы наш с ней.

Сафия, моя сестра, подошла, и как только взяла малышку на руки, слезы хлынули из её глаз. Мать тут же бросились её успокаивать, смеясь над её чрезмерным волнением. Сафа пошутила, что она, наверное, сама еще больше переволновалась, чем роженица. Но видно было, как ей тяжело. В это мгновение я решил для себя многое.

С букетом цветов и подарками, чувствуя себя на вершине мира, я вышел из лифта к своей квартире. Сердце пело от предвкушения. Но когда я открыл дверь, квартира была пуста. Алисы не было. Она ушла и даже телефон, который я ей привез, оставила. Только тишина, которая тут же сменилась ледяным ужасом.

Я не мог поверить, что она взяла и ушла. Она ведь могла это сделать много раз в доме Марата, но не стала. Хоть там я обращался с ней ужасно. А сейчас, будто в насмешку, взяла и ушла. Может, она из тех, кому нравится жестокость? Кто теряет всякий интерес к мужчине, если он размяк, стал нежнее, добрее, проявляет заинтересованность. Хр-н его знает.

Я рвал и метал, просчитывая варианты, куда она могла уйти. Первым делом, конечно, набрал Марата.

- Ты ее увез, признавайся!?- прокричал в трубку, голос дрожал от ярости.

- Ты про Алису? Нет, Ал, поверь, я не имею к этому никакого отношения. У тебя паранойя. Я даже не знал, что она не с тобой.- спокойно ответил он.

Но я не поверил.

- Если я узнаю, что это ты, тебе конец!- злобно оборвал его и отключился.

А после бросился к охране. Потребовал записи с камер. На одной из них было видно, как Алиса просто вышла из подъезда, спокойно пошла к воротам. Дальше- словно растворилась в воздухе.

Но не просто так я- человек, который сам занимается охранными системами. Поэтому сразу позвонил знакомым, попросил видео с городских камер поблизости, указав примерное время- с часу до трех дня. И вот, на экране, на одном из видео мелькнула черная иномарка с размытыми номерными. Алиса села в неё. И всё. С кем-то договорилась? Как? С кем?

Шок. Полнейший шок. Злость. На неё, за то, что так поступила. За то, что просто исчезла, не сказав ни слова. И на себя. Осознание того, что моя собственная злость, моя грубость и вынудили ее сделать этот шаг. Я загнал её в угол, и теперь она сбежала. А я остался один, с этим опустошающим чувством вины и бессилия. Но нет, Алиса, на этот раз я тебя не отпущу.

24. Алиса

Когда я проснулась Алана уже не было рядом. Может, устыдился своего вчерашнего внезапного приступа доброты и сочувствия. Может, просто решил, что останься он- и я тут же расслаблюсь и буду желать большего, наивно считая, что у нас снова всё может быть хорошо. Что он сможет простить меня, сможет считать достойной. Нет конечно- подобную глупость я даже в самых заветных мечтах не представляла себе. Да и любовь? Нет, это слишком дорого для меня. Слишком больно. Я любила тетю- её не стало. Любила Алана- вынуждена была его отпустить. Любила сестру- а та всё это время ненавидела меня. Поэтому, наверно, я вообще никогда в жизни больше не позволю этой вашей любви пробраться в сердце! Вернее, то, что от него осталось- окровавленные ошмётки.

Теперь я отчасти поняла девушек, что приходили к Эстелле добровольно. У каждой из них была печальная история- муж обманул, бросил любимый. Я раньше думала- видно, каждой стыдно признать правду. Сказать, что они здесь у поисках лучшей жизни и денег. Вот и выдумывают трагическую судьбу, разочарование в мужчинах, в жизни, любви. А теперь понимаю, что нет. Что у каждой могло быть подобное.

Немного поклонившись по квартире, выпив кофе из большой кофеварки, я привела мысли в порядок. Мне нужно уходить и как можно быстрее. Да, мои долги перед агентством никуда не денутся, но, думаю, полученная от Алана сумма их покроет. Иру мне больше незачем видеть, опекать, помогать. Я даже вещи забирать не стану. А документов там нет- паспорт мой в агентстве давно.

Взглянув на руку, на пальце которой блестело кольцо, оставшееся от мамы ( единственная память. Мне даже Ире пришлось соврать, что это- дешевая безделушка с фианитом, а то бы и его заставила продать), я упрямо поджала губы, стараясь не расплакаться. Мама бы поняла- разве не все мамы на свете хотят, чтобы их дочерям было хорошо? А я сейчас просто на грани. Я не могу больше здесь оставаться. Мне нужно уехать куда-то, хоть куда-нибудь. Найти работу, восстановить паспорт, просто жить.

Благо, двери открывались изнутри. Алан даже не предполагал, что его послушная и готовая на всё игрушка решит вдруг уйти. Да и после вчерашнего- он думал, что сломал меня, раздавил морально. А нет- как ни странно, но, прорыдавшись, я ощутила себя легче. Точно многотонный груз свалился с плеч. Будто пригибавший к земле тяжелый якорь, привязанный тяжелой цепью к ноге, отпал, позволяя мне взлететь. Ну и Бог с ней, с Ирой. С Аланом, с агентством. Да, в моей жизни было много черных пятен, грязи, но главное- позволяю ли я им поглотить меня? Или же иду дальше, а грязь стекает, оставаясь далеко позади? Как там говорила тётя? " Руки-ноги целы? Голова на плечах есть? Вот уже все шансы на счастливое будущее в кармане.".