Страница 138 из 157
— Я знаю, что предложил это Орлов! Но ты?! — продолжал Костя, — и все же тебя я понять могу, хотя сам никогда не поступил бы так… но сестры у меня больше нет, имя Ольги прошу при мне не упоминать! Я не знал, что Таис ждет и родила мою дочь, что уже вдова, что изгнана из Вюртемберга… а я ведь спрашивал каждый раз! Я так часто писал к ней – родному человеку, хотел знать, что жертва моя не напрасна, что любимая счастлива в правде и мире… и что в ответ? Ложь! Годами! Что это, скажи? Зависть, подлость? Мерзость… — выдохнув, отошел он от стола.
— Костя? Постой... Прости, я не знал, — осел в кресло император, — куда ты собрался? Я должен знать.
— Вифлеем, может, Афон – не решил еще. Не отговаривай. Мне нужно понять, зачем все это… если правды нет. Если любовь грех. А блуд – принятый обществом порядок. Только следует прилежно прикрыть его фиговым листом. Что-то не так в нашем с тобой мире, не находишь?
Император смотрел на него, молчал. Открыл рот… собравшись с силами, постарался принять ровный тон:
— Как пойдешь — морем? Через Крым?
— Мне нельзя туда – к ней… больше нельзя. Через Кавказ, инкогнито, с Баташевым. А там… посмотрим. Исправь то, что сделал, отец, или стану исправлять я. И тогда уже не я — ты мне не простишь, поверь.
— Не знаю, что сказать… я ведь спрашивал ее, — потерянно покачал головой мужчина, — но Таисия Алексеевна не призналась. Это и правда твои дети?
— Мои дети. И может, уже сейчас они голодны.
— В этом будь спокоен. Костя, ты вернешься? Обещай, сын… прошу, – сорвался вдруг голос.
— Потому и спокоен – относительно. Надеяться на друзей могу. Не на родных, — прикрыл за собой дверь Константин.
— Чертова сука! — простонал император, запрокинув лицо: — Чертов я дурак…