Страница 4 из 54
- И как ты предлагаешь готовиться к таким вопросам? - он поднял бровь. - Теоретически обсудить, как мы занимаемся любовью? В деталях?
Ева покраснела:
- Мы можем... согласовать общую версию.
- Знаешь что, - Адам отложил скетчбук. - Я предлагаю другой подход. Давай просто узнаем друг друга. По-настоящему.
- Что ты имеешь в виду?- неверяще переспросила девушка. Не может же он предлагать...
-Я имею в виду, - он наклонился вперед, - Что мы уже три недели живем под одной крышей и женаты, а я до сих пор не знаю, почему ты стала финансовым аналитиком, а не кем-то другим. Почему ты всегда складываешь вещи по цветам. Почему ты никогда не говоришь о своей жизни до Америки.
-Это не имеет значения для нашей легенды, — отрезала Ева.
- Имеет, если они спросят тебя, что я люблю делать в свободное время, а ты не сможешь ответить, потому что всегда закрываешься в спальне, как только заканчивается наша "подготовка".
Ева молчала, понимая, что он прав.
- И что ты предлагаешь? - наконец спросила она.
- Давай поиграем в игру, - Адам улыбнулся. - Каждый вечер мы задаем друг другу по три вопроса, и нужно отвечать честно.
- Это звучит...
- Как нормальное знакомство двух людей, которые волею судеб оказались связаны, - закончил за неё Адам.
- Я собиралась сказать "по-детски", - фыркнула Ева, но потом добавила. - Но, возможно, в этом что-то есть.
***
Игра в вопросы изменила их рутину. Каждый вечер они садились в гостиной, иногда с вином, иногда с чаем, и задавали друг другу по три вопроса.
Ева узнала, что Адам начал рисовать в шесть лет, после того как увидел закат над океаном в Кейп-Коде. Что он бросил юридический факультет на втором курсе, к ужасу родителей. Что его первая персональная выставка провалилась, и он год не мог заставить себя взять в руки кисть.
Адам узнал, что Ева говорит на пяти языках. Что она собирает старинные часы. Что в детстве мечтала стать балериной, но её родители считали это несерьезным.
Однажды вечером, когда на город обрушился сильный ливень, и они оказались запертыми в квартире, Адам задал вопрос, которого Ева боялась:
- Почему ты никогда не возвращалась в Россию после смерти родителей?
Она долго молчала, глядя в окно на струи дождя.
- Потому что там ничего не осталось, - наконец сказала она. - Тетя умерла через год после моего отъезда в Москву. Квартиру родителей мы продали, чтобы оплатить мое обучение. У меня нет ни братьев, ни сестер. - Она сделала глоток вина. - Вся моя жизнь здесь. Всё, что я построила, всё, чего достигла - здесь. И мысль о том, что я могу всё это потерять из-за бюрократической проволочки...
Её голос дрогнул, и она замолчала.
Адам смотрел на неё с пониманием и, что удивительно, без жалости.
- Спасибо за честный ответ, - просто сказал он.
- Мой второй вопрос, - Ева решила сменить тему. - Почему ты согласился на эту сделку? Тридцать тысяч - это много, но не настолько, чтобы связывать себя на два года фальшивым браком.
Адам потер подбородок:
- Сначала действительно из-за денег. Я хотел арендовать нормальную студию, организовать новую выставку. Но потом... - он замялся. - Потом я узнал тебя и подумал, что будет интересно узнать, что за человек прячется за этим безупречным фасадом.
- И что ты узнал? - тихо спросила Ева.
- Что ты намного интереснее, чем хочешь казаться, - он улыбнулся. - И что ты ужасно готовишь.
Ева рассмеялась, чувствуя странное облегчение от того, что он не стал углубляться в анализ её личности.
- Это потому что рядом с твоими кулинарными талантами любой будет выглядеть непрофессионалом, - призналась она.
- Признайся, моя лазанья покорила твое сердце, - подмигнул Адам.
- Не льсти себе, художник, - Ева закатила глаза, но улыбка не сходила с её лица.
***
Приближался день интервью в иммиграционной службе. Ева становилась все более нервной, перепроверяя все документы по десять раз на дню.
- Ты когда-нибудь расслабляешься? - спросил Адам, заставая её за очередной проверкой их "семейного альбома" - коллекции фотографий, которые они сделали за последние месяцы, изображая счастливую пару.
- Иногда, - рассеянно ответила Ева, не отрываясь от альбома. - Когда сплю.
- Так. Нам срочно нужно развеяться, - решительно сказал Адам. - Надевай что-нибудь удобное, мы выходим.
- У меня нет времени на...
- Это не обсуждается, - Адам мягко закрыл альбом. - Даже самые работоспособные машины иногда нуждаются в техническом обслуживании.
Он привез её в Бруклинский ботанический сад, где проходил ночной фестиваль световых инсталляций.
- Сюрприз, - Адам протянул ей билеты. - Я участвую в этом проекте. Хотел показать тебе свою работу.
Ева была тронута. За пять месяцев, что они знали друг друга, она ни разу не видела его работы, кроме тех немногих картин, что висели в доме его родителей.
Инсталляция Адама находилась в глубине сада. Это был световой туннель, где проецировались изображения, меняющиеся в такт музыке. Абстрактные узоры превращались в конкретные образы- города, лица, пейзажи, а затем снова распадались на цветные пятна.
- Это... потрясающе, - выдохнула Ева, наблюдая, как вокруг неё танцует свет.
- Смотри внимательно, - Адам стоял рядом, их руки почти соприкасались. - Некоторые образы появляются лишь на долю секунды.
Ева вглядывалась в мелькающие изображения, и вдруг замерла - в калейдоскопе света промелькнуло её собственное лицо.
- Ты... использовал мой образ? - она повернулась к Адаму.
- Да, - он выглядел немного смущенным. - Надеюсь, ты не против. У тебя очень выразительное лицо. Особенно когда ты злишься.
- Я так часто злюсь? - Ева не знала, как реагировать.
-:Не часто, - он улыбнулся. - Но когда злишься, выглядишь как богиня возмездия. Очень вдохновляет.
Они гуляли по саду до закрытия, разговаривая обо всем на свете. Адам рассказывал о своих художественных проектах с таким энтузиазмом, что Ева не могла не заразиться его страстью. Впервые за долгое время она чувствовала себя расслабленной, живой.
Когда они вернулись домой, уже за полночь, Адам остановил её у двери спальни:
- Последний вопрос на сегодня,- сказал он тихо. - Ты когда-нибудь думала, что могла бы полюбить такого человека, как я? По-настоящему?
Ева посмотрела в его глаза, такие искренние и открытые, и почувствовала, как что-то внутри неё дрогнуло.
- Спокойной ночи, Адам, - она мягко улыбнулась и скрылась за дверью своей комнаты, оставив вопрос без ответа.
Глава 4: