Страница 9 из 53
— Привет, Тань, мне сказали, у тебя вопросы ко мне, – услышала я знакомый, но грустный голос подруги.
— Только один и, можно сказать, личный: почему ты раньше не рассказала мне про «Шокошедевр» и про его пакости? Я бы давно разобралась с ними, – сказала я.
«И, может, тебе бы не пришлось сейчас сидеть за решеткой».
Софья устало вздохнула:
— Тань, не было доказательств того, что это они портили мои сладости..
— Юля мне рассказала, что как только на вас поступала жалоба, приходили люди из «Шокошедевра» и предлагали тебе помощь или место у них в кондитерской. И такие случаи, с ее слов, были не один раз. Не похоже на совпадение.
— Тань, я понадеялась, что «Шокошедевру» – если это действительно они – когда-нибудь надоест это делать. Ну, серьезно, какой-то детский сад с их стороны – портить мои угощения.
— Это уже намеренная порча чужого имущества, за такое наказывают, – заметила я, немного поражаясь Сониному поведению. Мне показалось, она предпочитала зарывать голову в песок вместо того, чтобы решать проблему.
Повисло молчание.
— Я тебя не упрекаю, извини, если прозвучало так, – сказала я.
Понять Соню было можно: никому не хочется конфликтов на самом деле.. Но порой конфликты сами тебя находят. И потом оказываешься за решеткой за то, что не совершал.
— Тань, можно тебя попросить не говорить им, что я сейчас в тюрьме.. – спросила Соня. – В смысле, про то, что полиция приходила, они уже наверняка знают, но то, что меня собираются посадить..
— Не волнуйся, не скажу. И обязательно во всем разберусь – ни в какую тюрьму ты не сядешь, – попыталась я утешить ее.
— Спасибо, Тань, – глухо ответила она, но по голосу я слышала, что она плачет.
— До звоночка, – сказала я.
Услышала, как телефон вернули Кирьянову.
— Все, Кирь, отключаюсь.