Страница 42 из 53
Он что-то еще протараторил, показывая мне на столе фото поистине красивых беседок, но я пропустила мимо ушей его слова и не стала всматриваться в фотографии.
— Иван, позвольте мне кое-что сказать, – прервала я поток речи Трепещенко.
— А! Конечно! В нашем деле важно слушать клиента! Выслушаешь клиента – он доволен. Довольный клиент – довольные все.. – продолжал тараторить он.
Я прикусила губу, чтобы не хихикнуть. Это он-то слушает клиентов? Тот, кто игнорирует звонки, переносит встречи, не может контролировать строительство и вообще безалаберно подходит к делу.
Я достала свое удостоверение и показала Трепещенко. Как же забавно его лицо вытянулось, я даже пожалела, что на камеру не засняла эту сцену: думаю, Кирьянов и остальные мои товарищи в полиции смеялись бы от души, пересматривая это видео.
— Я не Ольга, а Татьяна Иванова, частный детектив, и я не по поводу беседок пришла к вам, – сказала я.
Трепещенко несколько секунд смотрел на меня вытаращенными глазами.. затем вскочил как ошпаренный и молниеносно побежал к выходу.
Недолго думая, я погналась за ним. Он попытался дверь закрыть каким-то предметом, но я ее с силой пнула, тогда Трепещенко спрыгнул с лестницы, но неудачно приземлился в скользкую жидкую грязь, возможно, потянул лодыжку, потому что бежал он неуклюже. И тем не менее он примчался к своей машине, припаркованной к воротам. Я тоже спрыгнула с лестницы, помчалась к машине Трепещенко. К моей досаде, он уже завел ее и начал отъезжать, я быстро достала телефон, чтобы сфотографировать хотя бы номер автомобиля..
Однако едва Трепещенко отъехал на несколько метров от ворот, как перед ним встала полицейская машина. Оттуда выскочил Андрей с направленным на Трепещенко пистолетом. Тот же быстро вылез из машины с поднятыми руками, типа, «Я сдаюсь», Гарик подбежал к нему и схватил за руки, чтобы надеть наручники. Кирьянов тоже вышел из машины, посмотрел на Трепещенко, потом на меня и подмигнул мне с улыбкой.
— Ребята, очень вовремя, – улыбнулась я своим друзьям, затем мы вшестером вернулись в «будку» Трепещенко (Гарик, поднимаясь по лестнице, поглумился, что у него «необычный офис»).
— Послушайте, мы же.. мы же можем договориться.. – начал лепетать испуганный Трепещенко.
— Это как? – с сарказмом спросил Гарик. – Ты нам взятку, что ли, хочешь предложить? Это статья, между прочим, дружочек.
Он и Андрей усадили Трепещенко на стул, на котором я сидела недавно, а Кирьянов занял место за рабочим столом, словно он теперь хозяин этой строительной компании.
— Ну что, гражданин Трепещенко, вновь мы с вами встретились, – сказал Кирьянов, сняв свою шляпу и положив ее на стол, а Трепещенко, судя по выражению его лица, вновь испугался, что его кто-то вспомнил, причем недобрым словом. – Хотел я у вас беседку как-то заказать, но вы оказались хреновым и безалаберным работником. Но я не по поводу своей беседки, в первую очередь поинтересуюсь, зачем убегали от нашей коллеги, частного детектива? – Кирьянов кивнул в мою сторону.
Трепещенко нас всех оглядел с ужасом.
— Да кто ж вас знает? И да будет вам известно, народная примета у нас, простых людей: полиция тобой заинтересовалась – хорошего не жди, – почти обиженно сказал он.
— Немножко притянуто за уши, но да ладно, – ответил Кирьянов. – А у нас есть подозрение, что ты сбежать пытался, потому что в курсе, что на тебя три клиента уже в суд подали. Только вот бежать бессмысленно, дружочек. Тут два варианта: либо ты работу свою выполняешь. Нормально. – Кирьянов на этом слове стукнул пальцем по столу. – Либо ты возвращаешь деньги клиентам.
— Вернуть деньги не могу, нету.. И строителей у меня больше нет, как я буду работы выполнять? – дрожа и нервничая, спросил Трепещенко. – Вот их ищите и арестовывайте! Они же бросили меня, когда нужны были!
— А других строителей найти – не судьба? – съязвил Андрей, а Трепещенко закусил губу.
Мне кажется, строители тоже не дураки были – увидели, какое отношение у начальника к собственной работе, поэтому и решили сбежать.
— Если, коллеги, позволите, – вмешалась я, – я задам гражданину Трепещенко свой вопрос.
Кирьянов кивнул, позволяя мне и догадываясь, что я хочу спросить. У них свое дело в отношении Трепещенко, а я должна понять, имеет ли он отношение к отравлению торта.
— Позавчера что вы делали и где были в районе от двенадцати до тринадцати часов? – Я смотрела Трепещенко в глаза, чтобы понять, что он не обманывает меня.
Мужчина очень удивился, но глаза забегали.
— Ну?! – сердито спросил Андрей, когда пауза затянулась секунд на тридцать.
— С другом Юркой ездил в баню. С бабами гуляли. Меня персонал видел, и Юрка может подтвердить, – через силу признался Трепещенко.
«Строительством заниматься времени у него не было, зато с другом и бабами париться в бане в середине дня нашлось».
Но самое главное, он не врал. Торт, значит, он не травил. Червячок сомнения был прав, как ни странно. «Шокошедевр» выпал, Трепещенко тоже выпал. Остались молодые Зотовы. Даже немножко досадно.
— Ладно, – ответила я. – Здесь моя миссия, похоже, завершена. Я вас могу оставить, коллеги? – спросила я у Кирьянова.
— Да, Танюх, дальше мы сами, – кивнул мой друг, и я покинула старую грязную строительную компанию.
Я приехала к Зотовым-старшим: хотела понять, выписали ли Ярослава Дмитриевича и, может быть, молодые Зотовы у них в гостях.
Когда я дошла до знакомой двери и позвонила в нее, мне открыла Наталья Левоновна. Глаза у нее были красные и опухшие.
— А.. это вы? – устало спросила она, разглядев меня.
— Да, я.. – У меня на мгновение сердце екнуло от ее несчастного вида. Почему она плачет? Неужели Ярослав Дмитриевич умер?
— Что-то случилось? – аккуратно спросила я.
— Нет. Ничего такого. – Женщина покачала головой.
— А Ярослав Дмитриевич? – спросила я с беспокойством.
— Ярик еще в больнице.. – ответила Наталья Левоновна сдавленным голосом. – Я ходила к нему.. А он даже разговаривать со мной не стал.
Она всхлипнула и вытерла платком вновь выступившие слезы.
«О как неожиданно..»
— И почему, не сказал? – спросила я.
— Он просто меня игнорировал.. Я принесла ему фруктов, он никак не отреагировал. Хотела поцеловать его, но он не дался. Пыталась разговор начать, он только смотрел на меня равнодушно. Я не вынесла его молчания и холодности и ушла.. – Наталья Левоновна вытерла глаза платком, потом недовольно взглянула на меня: – Погодите, а вы с какой целью этим интересуетесь? Зачем вы пришли?