Что скрывает Аноним

Глава 11 – Подслушанный разговор

Эмма проснулась и сразу же почувствовала досаду и печаль. Ей невыносимо хотелось досмотреть продолжение сна. Несмотря на мимолетную, проклюнувшуюся радость, что память продолжала восполнять пробелы, она хотела больше узнать про Мела, того самого влюбленного в нее парня, с которым у нее, судя по всему, был роман. Почему он взял себе именно это прозвище? И какое взяла она?

Кроме того, неясно, что случилось с друзьями потом? Где они сейчас? Что в действительности произошло с ней: авария была случайностью или ее тщательно спланировали? Второй вариант Эмма старалась выбросить из головы. Новые факты о жизни Агнесс и ее прошлом разжигали еще больше интереса и сильно пугали.

После сна, казалось, она готова проглотить слона, не меньше. Сама того не понимая, Эмма встала с детской кровати мальчика, нашла в стене рычажок и, после нажатия на него, попала в тайный коридор. Вперед ее вели инстинкты. Она шла и иногда спотыкалась до тех пор, пока запахи не привели ее к цели – на кухню. От голода перед глазами все темнело, усталость накатила на тело с такой силой, что подкашивались ноги.

Помещение выглядело небольшим, но чистым и уютным. Несколько столешниц вишневого цвета, четыре мусорных ведра, одна большая плита, две духовки и микроволновки, массивная вытяжка, четыре мультиварки, кухонный комбайн, три больших холодильника и куча утвари: сотейники, сковородки, кастрюли, ложки, вилки, половники, терки.

Эмма дождалась, когда уставший молодой юноша в чепчике закончил с готовкой еды, убрал за собой мусор, вытер влажной тряпкой стол, подмел пол и поставил инвентарь в углу, возле плиты. А когда погасил в помещении свет и покинул кухню, Эмма вынырнула из-за угла и направилась к плите, на которой стояли большие и все еще горячие кастрюли с едой.

Когда она поднимала крышки, едва ли не заплясала от головокружительных запахов и хрупкой, как стекло, надежды, что вот-вот наполнит пустой желудок вкусными, сытными яствами.

В одной кастрюле Эмма обнаружила тушеную капусту с копчеными ребрышками. Красный перец, жареные лук и шампиньоны добавляли красок этому блюду и на пару мгновений погрузили в едва уловимое воспоминание об Индии. Разноцветная краска на лице и одежде, веселье и звонкий смех, разлившиеся в воздухе, босоногие дети, запускающие в небо воздушного змея, уставшие старцы, выглядевшие на несколько десятков лет моложе своего возраста, большие порции риса на самой обычной, со сколами, тарелке.

Во второй – суп с лапшой и крупными кусками жареной курятины с кунжутными семечками. Подобное она пробовала где-то в Азии: то ли в Китае, то ли в Японии. Высокие здания, бизнес-центры, зеленые парки, зоопарк потрясли ее тогда до глубины души. Сады у залива и вспыхнувшая в голове картинка отеля Марина Бэй Сэндс внесли ясность в очередное воспоминание. Когда-то она путешествовала по Сингапуру.

На большой круглой сковороде томился вот-вот приготовленный пирог с золотистой корочкой расплавленного сыра, от которого рот Эммы наполнился слюной. Это блюдо не всколыхнуло в памяти никаких воспоминаний.

Итак, раньше она путешествовала, и не только в Альпы. Теперь ясно, откуда у нее такая тяга к приключениям и ко всему новому. Привычки остались неизменными. Страсть к странствиям, в том числе, привела ее в этот дом в Румынии.

Эмма старалась не наделать шуму. Взяла чистую глубокую миску и ложку, наполнила посуду тушеной капустой, вернулась в свое укрытие и принялась уплетать еду. От резкого хлопка дверью она чуть не поперхнулась, и мысленно похвалила себя за то, что додумалась спрятаться.

В ее укрытии хранились метлы, совки, тряпки, швабры, моющие средства, ведра и пылесос, что она успела рассмотреть еще при свете. Повезло, что после уборки кухни от усталости поваренок поставил метлу и тряпку с ведром возле духовки, а не отнес сюда, иначе ее план по спасению тут же рухнул.

Эмму нисколько не смущало то, что пришлось есть именно здесь. Даже запах химических средств и сырости от тряпок не отбил аппетит. Больше ее волновало то, что поваренок вернулся сюда через минуту, зевнул, облокотился руками о стол, потер руками лицо для того, чтобы взбодриться, а потом принялся наполнять чистые миски куриным супом.

Юноша вдруг нахмурился, когда не досчитался одной миски, недоверчиво осмотрел кухню, прошелся по ней, заглянул в шкафы и ящички, а потом сдался, вернулся на свое место, водрузил на поднос посуду с едой и вышел.

Эмма вздохнула от облегчения. Сердце все еще бешено колотилось в груди, но аппетит после такой долгой голодовки не пропал. Она доела капусту, после чего пополнила миску добавкой, и снова проглотила, даже не почувствовав вкуса. Хорошо, что в кастрюле так много еды, что совершенно не видно недостающих каких-то двух порций.

Голод не уходил, наоборот, требовал пожирать все, что попадется на пути. Открывать холодильник она не стала. Как и трогать пирог. Если отрежет хотя бы кусочек, выдаст себя с потрохами. А вот тарелку супа буквально выпила из той же миски, после чего просмаковала каждый кусок сочной курятины с кунжутными семечками. Наконец она наелась до отвала и зажмурилась от удовольствия, как кошка.

«Странно, почему на плите стоят кастрюли с другой едой. Аноним завлекал гостей на грузинскую кухню, меренговый торт и жаркое с кроликом, насколько я помню! Но тушеной капусты, супа и пирога в его списке точно не было! Или повара готовят еду заранее и это еда на следующий день?»

Только сейчас до Эммы дошло, что и на кухне могут быть установлены камеры. И если убийца узнает, что она прячется здесь, быстро ее найдет. И что с ней сделает потом, она боялась даже думать.

Единственное, что вселяло в нее надежду – то, что в помещении темно, и есть шанс, что камеры выключены, если они, конечно, здесь вообще есть.

Как гром среди ясного неба, дверь снова неожиданно резко распахнулась и в помещение вошли уже трое. Через несколько мгновений непрошеные гости остановились возле одной из столешниц. Кухня озарилась светом, предательски норовя выдать Эмму тем, кто ищет ее, на блюдечке с золотой каемочкой.

Девушка сжалась от неожиданного подвоха, затаила дыхание, обняла себя руками, чтобы защититься хотя бы таким образом, пусть это без толку, снова задержала дыхание на минуту, чтобы страх отпустил, и она смогла нормально соображать, а потом зачем-то легла животом на пол и попыталась увидеть хоть что-то. Троица не двигалась с места, а значит, вряд ли они пришли за ней.