Страница 52 из 63
— Я – членка боевой феминистической организации. Мы боремся с проявлениями мужского шовинизма. Выслеживаем и отлавливаем неадекватов. Если мужло слишком выступает, насилуем его в извращенной форме, а потом месяц держим на закрытой территории. Используем на хозяйственных работах, заставляем с утра до вечера мыть посуду, стирать белье и вязать носки. Сопротивляться не советую – у нас длинные руки, которые отрежут твой длинный язык. Один сигнал – и сюда приедут мои соратницы.
Говорила я негромко, чтобы соседи не услышали. Однако орать было необязательно. Отчетливо и тихо произнесенные слова звучали даже убедительней, чем крик. Мне самой понравилось. Приятно было наблюдать выражение все нараставшего ужаса в мутных ковалевских глазках.
Ковалев уже и не пытался вырваться, обреченно притих. Пора было заканчивать это шоу.
— Ладно, я сегодня относительно добрая. Даю тебе шанс. Отпущу, если ответишь на вопросы. Что ты делал недавно в Северном, кого там выслеживал во дворе? Какое отношение имеешь к модели из агентства «Агата»? Ну, будешь говорить? – Он утвердительно затряс головой. – Слушаю тебя внимательно.
— Я вообще ни при чем. Просто.. просто хотел к одной девчонке подкатить. Ну, понравилась мне она..
— Как зовут девчонку?
— Не знаю. Я ее в агентстве заметил, на Авангардной, когда мы там работали.
— Это в июне было?
— Да.
— Откуда адрес узнал?
— Следил. Она вышла из агентства и в троллейбус села. Потом на автовокзале вышла из троллейбуса. Я за ней.
— Она тебя не заметила?
— Нет. Такие на обычных парней как на мусор смотрят, не замечают.
— Естественно. Дальше что?
— Ничего. Узнал, в каком доме живет. На следующее утро опять в Северный приехал, подождал, пока она из подъезда выйдет. Попробовал познакомиться.
— Какой результат?
— Никакой. Она фыркнула и мимо прошла.
— Понятно. Потом еще ее видел?
— Видел, но она тогда с какой-то женщиной вышла, с матерью, наверное. Вот и все.
— В августе зачем тебя опять туда занесло?
— Ну, я вспомнил о ней, решил снова попробовать. А чего она? Чем я хуже всяких мажоров? Только я ее больше не видел. Во двор вышла ее мать и прямо на меня уставилась, как на бандита какого-нибудь. Я не стал задерживаться. Чего я там у них во дворе не видел. Больше не было ничего, слово даю.
— Допустим, я тебе поверила. Ладно, живи пока спокойно. Только от всяких женоненавистнических групп отпишись.
— Обязательно!
Я поднялась на ноги, подхватила свою сумку.
— И помни: за тобой ведется пристальное наблюдение.
Напоследок я слегка пнула Ковалева в качестве компенсации за потраченное время, тяжкий труд на его кухне и испорченную маньячную версию.
* * *
Если верить расписанию, до электрички оставалось десять минут. Я расхаживала туда-сюда по платформе. Народу на станции практически не было, только две пожилые женщины сидели на лавочке и беседовали. Возле их ног выстроились три пластиковых ведрышка с огурцами и полная корзинка яблок.
В сущности, Загорецкий оказался почти прав. Хоть Ковалев и не имел отношения к похищению или убийству Инги, все же некоторая связь выявилась. Что это: банальное совпадение или же мой сосед был настоящим экстрасенсом?
Мои размышления прервал звонок Тамары.
— Татьяна, вы сейчас свободны? Можете говорить?
— Да, конечно.
— Я кое-что разузнала. Насчет того, почему вас не взяли на презентацию в «Ракель». Мне секретарша Тимура проговорилась. Мы с ней не то чтобы дружим, но приятельницы. Только, пожалуйста, между нами. А то ее и уволить могут за болтовню.
— Все строго конфиденциально.
— Так вот, в тот день она слышала обрывок разговора. Вероника выходила из кабинета, дверь уже открыла. Поэтому слышно было. В общем, Тимур сказал: «Пускай сначала вести себя научится». Мне кажется, он вас имел в виду.
Спорное предположение. До чего же жаль, что приятельница Тамары уловила лишь обрывок фразы.
— И в какое время это было?
— Уже ближе к концу рабочего дня.
По времени как раз совпадало. Именно тогда я безрезультатно ждала звонка Вероники.
— А Вероника что ответила?
— Ой, ну что она ему может ответить? «Хорошо» сказала.
— Понятно.
— Погодите, это еще не все. Примерно за полчаса до того, как Тимур Веронику вызвал, к нему в кабинет Карина заходила.
— Он ее тоже вызывал?
— Нет, она по собственной инициативе пришла. Ну, Карина у нас ведущая модель, к ней особое отношение. В любой момент может к начальству просочиться. В отличие от остальных.
— То есть вы думаете, что Карина его против меня настроила?
— Похоже на то. Вы с ней не ссорились?
— Нет! Даже близко ничего такого не было. Тамара, вы говорили, что Нелли с Кариной общаются?
— Можно сказать, Нелли у Карины в свите. Подпевала штатная у королевы. Они вместе когда-то начинали. Поэтому Карина ей покровительствует. Думаете, Нелли Карину накрутила?
— Не исключено.
Вот с Нелли действительно случился конфликт, так что повод навредить мне у нее имелся.
— Наверное, так и было, – сделала вывод Тамара. – Тимур Нелли даже слушать не стал бы. А Карина – совсем другое дело. Пока все у меня. Если еще что разузнаю, сразу сообщу. Прямо самой интересно стало.
— Да, расследование затягивает.
— Это точно.
Мы попрощались, и я снова принялась прогуливаться по платформе.
Вот, значит, как? Наверняка Нелли расписала меня самыми черными красками. А Карина и рада стараться, сразу кинулась наушничать. Возможно, почуяла конкурентку или просто не любит, когда рядом кто-то выделяется из толпы. Интриги, сплетни и доносы неизбежны там, где собирается столько конкуренток. Даже в какой-нибудь бухгалтерии тайных и явных конфликтов хватает. А уж в модельном бизнесе..
Было слегка обидно, что Тимур во мне моментально разочаровался. Хотя чего уж там, будем откровенны. Никогда он и не очаровывался, каким бы досадным это ни казалось. С самого начала вообще не замечал, игнорировал или проявлял негатив. Косо смотрел на меня, когда я выручила весь коллектив, вызвалась участвовать в показе. И ведь справилась! Можно сказать, спасла все шоу. У них тогда альтернативы не было. И что в результате? Ни капли благодарности. Другой владелец агентства мог бы премировать, или поблагодарить публично, или в ресторан пригласить.
Просто хамское отношение. Возможно, Тимур до сих пор злится из-за того, что я стала невольной свидетельницей его скандала с незнакомцем. Хотя тут я ни в чем не была виновата. Не надо было орать на весь офис. Выясняли бы отношения в другом месте.