Попаданка в академию, или руки прочь от меня, Дракон!

78. Однотомник

Если бы не только у драконов, но и у всех остальных была вторая сущность, то Килаир

непременно был бы змеей. Огромной, ненасытной, изворотливой и опасной. Наши взгляды снова

скрещиваются. Я не свожу с императора глаз, но вижу боковым зрением,

как

на меня смотрит в этот момент Дастан. Все мое существо тянется к нему, но я огромным усилием

воли напоминаю себе, что нам больше не быть вместе.

– Безусловно, – скрипит Килаир. Будь его воля, вцепился бы мне в глотку. Хотя, уверена, он

попытается это сделать после сегодняшнего приема. Не удивлюсь, если вдруг вскорости со мной

произойдет несчастный случай. – Речь о салларах, дамы и господа. И о том, что эта юная

Шиэрра хотела бы поблагода…

Нет. Ты не пойдешь сейчас на попятный. И не соврешь снова. Ты откроешь правду – здесь и

сейчас.

Я склоняю голову набок и смотрю на императора, пробуждая свою вторую стихию. Тонкой,

невидимой нитью я тянусь к саллару – и тот отзывается на мой призыв собственной магией. Наши

браслеты, не выдержав напора, тихо ломаются – но, к счастью, это остается незамеченным. Я

тянусь к магии дворца, и магия Арсаха переплетается с моей, укрепляя, поддерживая, помогая.

Я втягиваю всю свою силу в защитный купол – тот самый, что хранит вековую историю. Тот

самый, что был свидетелем всех интриг, всех незаслуженных обвинений и человеческих пороков.

Я обрушиваюсь не на Килаира – я взываю к магии куда более древней, чем его, – к магии, что

хранит этот дворец, к магии, что отвечает за соблюдение магических контрактов. Сила Арсаха

дополняет мою. Я вижу, как он показывает куполу, что стало с его народом из-за жадности

императоров, что случилось с его матерью, с его сестрой и с его людьми из-за того, что люди

с коронами, жившие под этим самым куполом, нарушали свои обещания. И купол… проникается.

Вижу, как пробуждается его сила. Вижу, как отряхивается от бесчувственного сна. Вижу, как

оживает древняя магия – и спускается на Килаира, холодя его кровь и требуя свершить все

условия магического договора, который он так самодовольно пытался обмануть. Глаза императора

изумленно распахиваются, когда высшая, древняя сила, проникает в его тело и говорит его

устами:

– Много лет назад мои предки совершили ошибку, вследствие которой пострадал наш народ –

саллары. В том, что происходит сейчас, только наша вина…

Я слушаю его признание. Признание, которое выливается древней магией из его уст против его

воли. И чувствую усталую радость и опустошение. Я сделала это. Я смогла. Я восстановила

правду. Я раскрыла, кто на самом деле виновен. Я… действительно стала решением для салларов.

Перевожу взгляд на Арсаха. Саллар стоит – и с широко раскрытыми глазами и с потрясенным

лицом слушает речь императора. Сегодня он явился сюда только для того, чтобы защитить меня –

и не ожидал, что этот день настанет, что перед таким количеством людей император вдруг

откроет правду и саллары больше не будут варварами, но станут несчастными, загнанными в

ловушку и вынужденными бороться за выживание любыми способами.

Император замолкает. Древняя магия исполнила условия и покинула его, оставив кипеть от

негодования. Но это еще не все. Я пойду еще дальше:

– Ваше Величество, – говорю я, вызывая еще больше гнева в его глазах, – сейчас в зале

находится саллар. Я думаю, ему было приятно слышать, что вы так много сделали для них

сегодня: признали ошибки своих предков, принесли извинения и подарили им… вновь созданную

поливальную систему.

– Саллар? В зале есть саллар?..

Вновь шепотки. Толпа изумляется все больше и больше. Да, один поворот за другим – Ардогу

будет что вспоминать весь следующий год!

– Арсах, – говорю я громко, – покажись!

Саллар вскидывает голову – и, выйдя под ахи толпы, становится рядом со мной: весь такой

статный, красивый, могучий и величественный.

– Он – сын старосты, – говорю я Килаиру. Говорю тихо, чтобы нас не слышали остальные. –

Будет справедливо, если вы сейчас принесете ему извинения от себя и от лица всех своих

предков.

Килаир сужает глаза:

– Не знаю, как ты это сделала, девчонка, но запомни: я не извинюсь. Это было необходимо для

Ардонии. Но за то, что ты устроила сегодня в этом зале… ты ответишь.

– Странно было бы ожидать иного, – хмыкаю я, обращаясь к Арсаху, – но не забудьте, Ваше

Величество, что осталось еще одно условие. Вы должны освободить Дастана. Если попытаетесь

снова смухлевать – древняя магия вновь вмешается, и вы очень сильно об этом пожалеете.

Я вижу по глазам Килаира, что он никогда мне этого не простит. Что достанет меня. Что

наверняка попытается если не убить, то как-то дискредитировать. Но плевать. Сегодняшний

прием отнял у меня все силы. Я едва стою на ногах. Всю магию и часть собственной жизни я

отдала, чтобы достучаться до купола – и если сейчас же не покину зал, то рухну прямо тут.

Я делаю книксен – ведь на нас все еще смотрят – и тихо поворачиваюсь, чтобы уйти. Меня чуть

ведет. Саллар быстро хватает меня за руку и не дает упасть. Ко мне тут же подскакивают Шимер

и представители других гильдий. Я знаю, чего они хотят – сотрудничества. Но сейчас я больше

ничего не хочу. Слишком опустошена.

Секундой спустя меня окружают драконы. Я с благодарностью принимаю их защиту и

покровительство, и вместе мы медленно покидаем приемный зал, в котором сейчас разгораются

нешуточные страсти. Я уже плохо помню, как мы оказались в карете. Кажется, меня донесли туда

уже на руках. Кто это был? Возможно, Руввана, возможно, Арсах. Единственное, что я помню

хорошо – это что обивка в карете очень мягкая.

И на ней так удобно спать.