Страница 35 из 67
Глава 16. Неловкие дела
Графиня беспомощно огляделась, но, как назло, никто не стремился попасть на взлетную
площадку, а наглец медленно, но неотвратимо, продолжал наступать.
Когда спина Миранды коснулась стены, она подняла глаза на виконта.
– Что вы делаете? – прошептала она, видя свое отражение в его зрачках.
– Вы разбудили во мне чувства, – так же тихо ответил он и длинно выдохнул.
– Вы пили?! – взвизгнула Миранда, почуяв запах генеральского пойла, в которое она налила
приворотное зелье. – Когда?! Сейчас или вы нетрезвы еще со вчерашнего дня?!
– Всегда, – ответил виконт и, притиснув графиню к стене, завладел ее ртом.
Миранда пробовала выскользнуть из жестких объятий, барабанила кулачками по широким плечам,
но добилась лишь того, что виконт перехватил ее запястья и, подняв над взлохмаченной головой
женщины, прижал к стене. Не отпуская губ, он свободной рукой залез под корсет и поиграл с
тугим соском.
– Каркасы – зло, – прошептал он в ее губы, когда задирал юбки.
Такого напора Миранда еще никогда не испытывала. Муж даже ребенка не сумел ей сделать, Эрик
слишком эгоистичен, а здесь… Ураган!
Она находилась в растерянности и не понимала, продолжать сопротивляться или лучше
промолчать, отряхнуться и пойти дальше, словно ничего не случилось? Вряд ли генерал
соблазнится женщиной, которую поимел его друг. Если она не устроит скандал, есть возможность
скрыть интрижку. Виконту тоже не выгодно рассказывать о любовных подвигах. Знает, наверное,
кто у нее в покровителях.
Спина графини все еще упиралась в стену, но руки уже лежали на плечах виконта, когда его
ритмичные телодвижения подбрасывали ее вверх.
«Увидеть банан – это к случайной связи», – подумала графиня, обвив для удобства мужские
бедра ногами. Полному удовольствию мешал чертов каркас. Теперь Миранда понимала, почему его
забыла в шкафу любовница бастарда.
– О–о–о, – простонала вдова, чувствуя, что развязка близка.
Кто бы мог подумать, что удовольствие можно получить, спрятавшись за колонной в людном
месте? Незабываемое впечатление!
Послышавшиеся в конце коридора шаги только прибавили остроты чувствам, и графине пришлось
крепко сжать губы, чтобы ее финальный стон не услышали. Тяжело дыша, Миранда проводила
глазами рыжеволосую служанку. Постучавшись и услышав ответ, та перешагнула порог покоев
генерала.
– Господи, если вы пили вместе… – вырвалось у вдовы.
– Мы пили вместе, – подтвердил виконт и, вбив графиню в стену в последний раз, закрыл
глаза. На его лице блуждала довольная улыбка.
Все было кончено.
Поставив даму на ноги, виконт поправил свою одежду. Улыбнувшись растерзанной Миранде, он
вежливо поклонился.
– Вы остаетесь здесь, миледи, или проводить вас до ваших покоев?
– Идите к черту, – выдохнула графиня и опустила кольца каркаса вниз.
Генри не стал уговаривать. Развернувшись на каблуках, он пошел в сторону взлетной площадки.
Когда Миранда, собрав волосы и сунув грудь в корсет, направилась туда же, то увидела цепочку
следов на снежном насте. В небе кувыркался серый дракон.
***
Даниэлла ехала в экипаже и улыбалась. Как же приятно побывать в кругу любящей семьи. Ее
родители безоговорочно встали на ее сторону. Попытались, конечно, уговорить, чтобы она
осталась дома, но Дани была непреклонна.
– Я должна закончить то, что начала. Я так и останусь наивной девочкой, если не разберусь,
как устроена жизнь.
– Но работать служанкой? – отец покачал головой. – Может, как–то иначе изучить дворцовую
жизнь? Устроиться секретарем или помощницей библиотекаря? Я могу посодействовать. Конечно
же, я не скажу, что ты моя дочь. Правда, придется изменить внешность как–то иначе.
– Я содрогнулась, когда увидела Дани такой, – мама прижала платочек к глазам. – Еще так
свежа память о твоей бабушке, Ридли. На мгновение я решила, что она воскресла.
Даниэлла потупила глаза. Она знала, что на портрете нарисовано озеро, на берегу которого
стоит старинное поместье герцогов Милрон, но как–то упустила, что художник изобразил не
только знакомые места, но и родственников со стороны отца. Его прабабушка отличалась веселым
нравом и пышным телосложением.
– Мне пора, – Даниэлла поднялась и расправила цепочку с кулоном, собираясь ее надеть. –
Пожалуйста, если встретите меня во дворце, не подавайте виду, что мы знакомы.
– Когда обнаружится, что ты жива, король будет настаивать, чтобы ты вышла замуж за его
сына, – взгляд отца был наполнен печалью. – Ему нельзя говорить «нет».
– Я раздобуду такие доказательства, что король сам откажется от идеи нас поженить.
– Думаешь, он не знает, какой его сын? Вряд ли, – герцог вздохнул. – Но другого наследника
у него нет.
– У короля два сына. Если король будет настаивать, я лучше выйду замуж за Мадея.
– За бастарда?! – воскликнула мама, сделав большие глаза. – С Эриком ты однажды станешь
королевой.
– С Эриком я стану самой несчастной королевой на свете, а Мадей… он такой… такой…
Даниэлла почувствовала, как загорелось ее лицо, и закрыла его ладонями.
– Ридли, – в голосе мамы слышалось удивление, – тебе не кажется, что наша девочка
влюбилась?
– За два дня? – с сомнением произнес отец.
– За два с половиной, – прошептала Даниэлла, не отнимая рук от лица. – Я провела рядом с
ним целых два с половиной дня.
Родители молчали, что говорило об их состоянии. Их дочь влюбилась в бастарда! О таком ли
они мечтали, когда строили планы, что их дочь будет королевой?
Дани понимала, что своим признанием рушит все. Прежде всего доброе отношение короля к их
семье: ослушаться, все равно что подписать себе приговор. Сколько они знали семей, попавших
в опалу? И причина ссылки была не столь значительной, как отказ войти в королевскую семью.
Бастард тоже сын, но… У него совсем другой статус. А значит, карьере отца в Даргоне придет
конец.
– Но генерал все время на границе, ты будешь во дворце совершенно одна, – леди Эвелина с
ужасом смотрела на супруга. Они оба понимали, что их дочь с пути не собьешь, если она что–то
задумала.
– Тогда я поеду с ним на границу, – Дани опустила руки и вздернула носик.
– Ридли, скажи ей… – взмолилась леди Милрон.