Страница 14 из 67
для танцев, пока ее муж вел заумные политические беседы с подобными себе у столов с
выпивкой. Выдержав положенный срок траура, леди Шейк вновь появилась при дворе, но Мадей не
ожидал, что ее постель перестанет пустовать так быстро.
– Слугам уже известно об исчезновении леди Милрон? – получив кивок кухарки, Мадей вытащил
из ее пальцев влажную салфетку и вытер губы. – Может, тогда вы знаете, где ее искать?
– В последний раз миледи видели недалеко от площадки, откуда взлетают драконы. Она была
расстроена.
Шеки кухарки пошли красными пятнами. Нехорошо врать, но Даниэлла специально завела
разговор, чтобы прекратить поиски «пропавшей невесты». Время близилось к полуночи, а слуги,
и так умаявшиеся за день, бестолково рыскали по всему дворцу. Сейчас, когда Дани сама
оказалась в кухарках, она на собственной шкуре почувствовала, как тяжко быть в подчинении.
Мадей поднялся и, швырнув на стол салфетку, быстро привел себя в порядок – застегнулся на
все пуговицы. Перед Даниэллой вновь находился неприступный бастард и генерал королевской
армии.
– Спасибо за помощь, – произнес он и, перешагнув скамью, быстро покинул кухню.
Даниэлла же, наоборот, села. Ее била дрожь. Только что она нажаловалась брату Эрика на его
неподобающее поведение. Она не знала, чем обернется ее поступок. Выгонят ее из кухни, чтобы
спрятать неприличный секрет, на который она открыла глаза бастарду, или сделают вид, что
ничего не произошло?
Мадей, на ее взгляд, был единственным человеком, кто мог пристыдить Эрика. Легко обниматься
с любовницей за закрытыми дверями, пусть изменщик сполна прочувствует, каково это, когда
твое неблаговидное поведение становится достоянием общества.
Незаконнорожденный принц летел по коридорам дворца, имея четкую цель – как можно быстрей
оказаться на взлетной площадке. Попадающиеся ему навстречу слуги или их загулявшие хозяева,
завидев бастарда, жались к стене. Настолько злым и суровым он выглядел. Казалось, только
задень его взглядом, и принц превратится в столб яростного пламени.
Черные волосы бились за его спиной, точно крылья птицы, собирающейся взлететь. По лицу шли
пятна драконьей чешуи – явный признак готовящегося обращения.
А в голове бастарда крутился всего лишь один вопрос: что невеста брата делала на взлетной
площадке? Там и в безветренную погоду опасно, а тут зима и лед, припорошенный снегом. Даже
если самый легкий порыв ветра подхватит эти дурацкие пышные юбки, в которые любят облачаться
женщины, то легко можно оказаться на дне пропасти.
В одной из комнат, где двери были распахнуты настежь, Мадей заметил своего помощника.
– Генри, за мной! – крикнул он, не останавливаясь ни на мгновение.
– Куда бежим, милорд? – поинтересовался тот, присоединяясь к своему патрону. Длинноногий и
тренированный, он легко пустился в бег.
– На взлетную площадку. Говорят, там видели леди Милрон перед тем, как она пропала.
– Что делать девушке в таком опасном месте? – саркастическая улыбка слетела с лица Генри.
– Предаваться отчаянию, судя по всему, – отрывисто бросил Мадей.
– С чего бы счастливой невесте отчаиваться? – не унимался виконт, уже понимая, чем им с
генералом предстоит заниматься – искать на дне ущелья труп.
Много повидавший в своей жизни шпион рассуждал логически. Если девица была в отчаянии, то
вполне могла отправиться в последний полет.
Всем жителям Даргона сызмальства известно, что крыльями обладают только избранные – те, в
ком течет древняя кровь драконов. Капля ее была и в Генри. Все благодаря прабабке,
забеременевшей от одного из принцев и тем заслужившей титул виконтессы. А женщины, даже если
они из знатных родов, подобной привилегии, как крылья, были лишены. Поэтому, если и взлетят
с того утеса, то только вниз головой.
– Значит, невеста была не настолько счастлива, – Мадей зыркнул на помощника.
Тот понимающе кивнул и перестал задавать вопросы. Разговор был не для посторонних ушей.
Распахнув двери, ведущие на площадку, оба содрогнулись от сильного порыва ветра, ударившего
в грудь. К ночи непогода разыгралась. Валил снег, и скала, далеко выпирающая над пропастью,
опасно блестела льдом.
– Я вперед, ты за мной! Посвети! – перекрикивая вой метели, распорядился бастард. Генри
только выдохнул и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, вдруг ставшей тесной.
Обращение человека в дракона всегда выглядело впечатляюще. Бегущий к краю скалы Мадей вдруг
широко раскинул руки. Нырнул в пропасть красиво, словно прыгнул в воду, но тут же взмыл
вверх красивым зверем. Алый дракон развернулся и в нетерпении хлопнул огромными крылами.
Поднявшийся в воздух снег едва не опрокинул Генри.
– Потише, шеф, – произнес он, аккуратно снимая с себя праздничный сюртук и дорогие туфли. –
Я не настолько силен, как ты. Еще зашибешь ненароком.
Погремел пряжкой ремня и подрыгал худосочными бедрами, чтобы стащить тесные по моде бриджи.
У этих принцев золота не меряно. Не жаль одежду. Заказывают у портных сразу не меньше дюжины
штанов и рубашек. А ему, Генри, лень ходить по мастерам, чтобы всякий раз шить новые портки.
Да и деньги не даром даются, а верной службой. Опасной к тому же.
Когда голый мужчина побежал босиком по снежному насту, красный дракон, устав ждать, уже
метался по дну ущелья. Зрение даже ночью не подводило. Если бы не снег, и огня не
потребовалось бы.
Как только к нему присоединился серый, гораздо меньшего размера ящер, ущелье осветилось
пламенем, изрыгаемым из пасти. И сразу же в поле зрения Мадея попал кусок дорогой ткани –
такому здесь делать нечего. Зацепившись за острый уступ, тот трепетал на ветру, словно
знамя, выброшенное сдающимся врагом.
Ящеры обменялись громким ревом и нырнули вниз – к реке, что текла по дну ущелья. Эхо не
преминуло разнести тревожный рык, который ударил по стеклам дворца и заставил гостей
прильнуть к окнам. В числе тех, кому не понравился обмен «репликами» драконов, был король.
– Что там происходит? – спросил он у камердинера, ответившему Его Величеству испуганным
взглядом. – Подай одежду.
Король вышел на уступ, кутаясь в черный плащ, подбитый мехом. Он щурился от порывов ветра,