Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 5 из 64

Глава 2

С утра я позволила себе немного подольше полежать в кровати, все равно спешить было некуда. Далее я умылась и даже выделила время для косметики и подбора наряда. Чтобы дело не заняло много времени и Валерио рассказал мне все, что знает, нужно было произвести хорошее первое впечатление. Такое, чтобы он понял, что перед ним настоящий детектив и профессионал в своем деле.

В гостинице меня встретили и проводили до нашего столика. Это было как нельзя кстати, потому что я ни разу не была здесь. На всякий случай я подождала минут десять, а затем заказала кофе и десерт. Я приехала немного раньше, так что с учетом запланированного опоздания Валерио на завтрак у меня было чуть больше часа. Каково же было мое удивление, когда ровно в двенадцать часов в зал вошли Валерио и Михаил. Валерио, в футболке с каким-то абстрактным принтом, черном худи с капюшоном и бейсболке, показался мне самым обыкновенным. Парень как парень, двадцати с небольшим лет, русоволосый. Взгляд светло-серых с голубизной глаз мрачный и недоверчивый. Губы капризно кривятся, на щеках легкая щетина. Симпатичный, но, повторюсь, обыкновенный. Его продюсер произвел на меня куда более приятное впечатление. Около тридцати или чуть за тридцать на вид, темные волосы с тонкими ниточками седины на висках забраны в хвост, черная футболка и черные же джинсы подчеркивают довольно-таки спортивную фигуру. На тонком, с горбинкой, носу – очки в тонкой оправе, по-моему, без диоптрий. А значит, носит их для статусности. Смотрит спокойно, внимательно и слегка насмешливо.

Не успели мы поздороваться, как официант принес заказ.

— Какой у вас замечательный сервис, – похвалил его Валерио, забирая себе мой завтрак.

— Добрый день, Татьяна Александровна. – Михаил неловко улыбнулся, прекрасно понимая, что только что произошло.

— Ну хоть кто-то воспитанный здесь есть. – Я не хотела этого говорить, но слова непроизвольно сорвались с губ.

— Чего вы говорите? – Валерио залпом проглотил пирожное и сейчас с набитым ртом попивал эспрессо. – Повторите, я не расслышал.

— Говорю, приятно познакомиться. Мы можем перейти к делу?

— А Татьяна Александровна – это помощница того детектива, о котором ты мне говорил, да? – Он повернулся к Михаилу, который начинал краснеть.

— Нет, она и есть та, кого я попросил заняться твоим делом.

Валерио привстал и секунд пять внимательно осматривал меня. С недовольным видом он вернулся на место и сказал:

— Как по мне, это абсолютная бессмыслица. У нее наверняка совершенно нет опыта. Я ведь сказал, что готов выложить любые деньги, чтобы избавиться от этой назойливой мухи, а ты подсовываешь мне какую-то самоучку. Вам вообще есть восемнадцать?

Его не зря называли одной из самых, если не самой скандальной звездой в шоу-бизнесе. Абсолютно все, начиная от речи и заканчивая мимикой и жестами, меня раздражало. Отсутствие манер было бы половиной беды, если бы он не считал, что ему дозволено все. Я бы не стала терпеть подобное отношение, но на кону были большие деньги, поэтому решила сразу не горячиться.

— Послушайте, Валерио, у меня за плечами годы опыта и несколько крупных раскрытых дел. У нас есть все шансы найти человека, который вам угрожает, если вы поделитесь информацией. Мы могли бы побеседовать. У вас наверняка есть какие-то враги, которые питают к вам, так скажем, особые чувства, ведь так?

— Нормальный детектив уже бы сто раз узнал все про меня и моих врагов. Мне не нужно разговаривать с вами, чтобы понять, что вы дилетантка. Я не собираюсь тратить свое драгоценное время на новичков, что хотят прославиться и построить карьеру за счет моего имени. Вам лучше начать с поиска пропавших котят, или с чего там начинают ищейки. Это какой-то абсурд!

— Валерио, она лучшая, кого я смог найти. – Михаил видел, как все злее и злее становится выражение моего лица, поэтому решил вмешаться.

— Значит, нужно было искать лучше. Это твои проблемы, что ты не справился.

— Знаете что? – Я хотела шарахнуть по столу, но решила не привлекать лишнего внимания. – Признаюсь, мне не хотелось браться за ваше дело, потому что я не видела в нем ни интереса, ни выгоды. После того, как Михаил назвал сумму, которую я могу получить, я согласилась. Однако никакие деньги не смогут удержать меня с подобным отношением. Если я откажусь, то вряд ли вам удастся найти того, кто вам действительно поможет. Вы и дальше продолжите получать письма и сообщения, пока он лично не заявится к вам в гости, и тогда уже я не гарантирую вашу безопасность. Подумайте, пожалуйста, стоит ли так разговаривать со мной при нашей следующей встрече. Всего хорошего! И кстати, я старше вас.

Лицо Валерио приобрело некое удивление и задумчивость. Думаю, я одна из немногих, кто позволял себе так разговаривать с ним. Я встала и быстрым шагом вышла из кафе. Уже на улице меня догнал Михаил.

— Татьяна Александровна, ради бога простите, пожалуйста. Сами понимаете, характер у него такой. Сколько неприятных ситуаций из-за него произошло, а сколько еще произойдет..

— И что с того? У меня, может, тоже характер не сахар, но я умею держать себя на людях подобающе.

— Он не хотел вас обидеть. Я его хорошо знаю.

— А по-моему, он именно это и хотел сделать. По крайней мере, у него это отлично получилось.

— Валерио проверял вас.

— А теперь я проверю его. Проснется он ночью, а над ним стоит его обожатель с ножом. Вот тогда мы с вами вместе проверим его. Я не желаю ему зла, просто проверяю.

Михаил стал бледнеть.

— Давайте успокоимся и вернемся в кафе.

— Ни за что на свете. Это верх наглости. Если я и вернусь, то только после его извинений.

— Татьяна Александровна, ну подождите, куда вы убегаете?

— Я не убегаю, а иду к своей машине. Если не поспеваете за мной, возьмите такси.

— Может быть, хоть письма возьмете?

— Зачем? – удивилась я. – Говорю же, с хамом я дел иметь не буду. Аванс верну.

— Хорошо, если Валерио извинится, вы вернетесь?

— Не обещаю, но подумаю над этим. Что-нибудь еще?

— Вроде все.

Я открыла дверь машины и уже хотела садиться, но Михаил вдруг остановился:

— Хотя нет, вчера я занимался нашими счетами и вспомнил одного человека, который мог бы быть подозреваемым.

— И кто же это?