Страница 20 из 64
— Верю, но мне кажется, вы просто переутомились. Не стоит подозревать человека без причины.
— Допустим, с этим я согласна, но я должна осмотреть гримерку Валерио еще раз.
— Как скажете. Валерио сейчас на сцене, так что вам никто не помешает. Постарайтесь закончить побыстрее, он не любит, когда кто-то заходит в гримерку без спроса.
Михаил открыл дверь своим браслетом и пропустил меня вперед. Нужно было искать следы свежей штукатурки. Если Харитонов в сговоре с преступником, то сто процентов должен найти лазейку сюда, чтобы незаметно напасть на него. Это самый очевидный сценарий. Однако, сколько бы я ни искала, никаких следов не было. Это так странно, ведь все указывало на подобное развитие событий.
— Что вы ищете? – Видимо, Михаил устал смотреть на мои тщетные попытки отыскать люк.
— Он должен быть здесь, понимаете? Харитонов пробил стену и соединил между собой эти комнаты.. или воспользовался уже существовавшим ходом, – поняв, что предыдущее мое предположение звучит несколько бредово, поправилась я. – Только все равно ему по каким-то причинам не нужно, чтобы такой вот потайной ход раскрыли. Именно поэтому он испугался, когда я захотела вскрыть их. А еще штукатурку недавно положили и сделали это криво, из-за этого ее части отвалились, как только я к ним прикоснулась. Это так очевидно, что не увидеть здесь прямой связи просто нельзя, понимаете?
— В таком случае где этот проход? Или, может, вы предлагаете прямо во время концерта начать вскрытие замурованных комнат?
— Нет. – Я поняла, что нахожусь в проигрышном положении и спорить нет никакого смысла.
— Отлично. Концерт продлится еще два с половиной часа. Кажется, вы не завтракали? Через дорогу есть отличное кафе. Можете там посидеть, отдохнуть и подкрепиться.
— Хорошо, я отойду на полчаса, но не больше. Возможно, мне и вправду нужен небольшой перерыв.
Я не смирилась с ситуацией и не перестала подозревать Харитонова. Сейчас был момент, когда мне нужно было отступить, чтобы не проиграть в этой войне. Через полчаса я вернусь и попробую снова доказать свою правоту.
— Скоро вернусь.
— Приятного отдыха. За Валерио можете не волноваться.
А чего мне волноваться за него? Моя задача выяснить, кто ему угрожает, а защищать должны телохранители.
Я пошла в кафе и забыла о деле на время завтрака. Так приятно было снова окунуться в спокойствие и безмятежность.
— Что будете заказывать? – спросила девушка-официант.
— Холодный испанский латте и сырники.
Еду принесли быстро. Я ела и наблюдала через дорогу, как на парковке невозможно было проехать, но новые машины все приезжали и приезжали. Из них выбегали ярко раскрашенные люди и спешили ко входу. «Видимо, опоздавшие», – думала я. Полчаса показались мне секундами, однако работа не ждет.
Когда я вернулась, Харитонов о чем-то разговаривал с Лерой. Она чуть ли не убегала от него, а он шел за ней и что-то кричал.
— Все в порядке?
Увидев меня, Лера нырнула за мою спину.
— Нет, ему с самого утра что-то нужно от меня. Он ходит за мной и просит зайти к нему в кабинет. – Она чуть не плакала. – Мне страшно.
— Почему? – удивилась я.
— Да потому, что и так не пойми что творится! А тут.. он старый и страшный, и что ему от меня надо? – В голосе Леры прозвучали отчетливые истерические нотки.
— Решить деловые вопросы? – предположила я.
— Так с Михаилом все решили, договор подписали еще когда, и вообще.. Я тут при чем?
— Почему не сказала раньше мне или Михаилу?
— Вас не видела, а Миша всегда то с Валерой носится, то с организаторами. Ему не до меня.
— Разберемся, а ты пока постарайся не пересекаться с ним и держись рядом с Михаилом.
Этот человек уже переходил все границы. Ладно еще за спиной у остальных проворачивать свои темные дела (это мне еще предстоит доказать) – но у всех на виду приставать к девушке? Это, по-моему, уже перебор. Почему никто не помог Лере? Вокруг ведь так много людей.
Я твердо решила прижать Харитонова, чтобы тот рассказал всю правду. Надо было только подгадать время, когда он снова пойдет наверх. Как раз настал очередной перерыв для музыкантов, и на сцену пустили детский ансамбль. Поток людей хлынул в узкий коридор, снося всех стоящих в нем. Последним шел Валерио. Он снял перчатки и вытер пот со лба.
— Ну и дикари! Кто пустил в приличное общество это стадо? Покажите мне его, я лично дам ему в руки кнут, – он говорил спокойно, но с присущей ему ноткой надменного снисхождения, – пусть сам управляет своим скотом.
— Как выступление? – Михаил подал ему полотенце и бутылку холодной воды.
— Ничего, бывало и лучше, но я доволен.
— Это уже десятое выступление в этом году. Не пора ли сделать перерыв?
— Ты беспокоишься обо мне?
— Ни в коем случае, только о себе. Если ты потеряешь голос, я останусь без работы.
— Не переживай, – он хмыкнул, как будто был очень доволен ответом Михаила, – я буду платить тебе, даже если не буду выступать.
— А вот и наша главная звезда. – Их разговор прервал Харитонов.
— Я так понимаю, это вы составляли список приглашенных звезд?
— Все верно, давайте пройдем в вашу гримерную комнату и обсудим детали одного договора. Я вам гарантирую: вы точно не сможете устоять! – Он попытался пройти к Валерио поближе, но его остановили охранники. – Молодой человек, уберите ваших амбалов от меня.
Надо было видеть лицо Валерио в этот момент. Его лицо перекосило так сильно, что я даже не могла разобрать, какая эмоция более ярко выражена. На его физиономии смешались брезгливость, отвращение, недоумение и злость. Он скрестил руки на груди.
— Нет, лучше вы послушайте мои предложения. Как насчет обеспечить нормальные условия для артистов? Что это за коридор, в котором два человека не разойдутся? Как насчет нормально закрывающихся гримерок? Почему я должен ставить нормальные двери за свой счет? Как насчет нанять охрану, а не пожилую женщину-вахтершу? Когда решите хотя бы это, мы с вами, может быть, поговорим, но я сомневаюсь, а сейчас я не то что разговаривать с вами не хочу – я вас даже видеть не желаю, да и с чего вы решили, что я пойду с вами в свою гримерку? Вы что, с ума сошли? Где ваши манеры? Ну точно, пастух. Идите разбираться со своим стадом!
Валерио допил воду и пошел на сцену. Сейчас должен был начаться заключительный этап концерта, где все участники поют с залом свои лучшие песни и прощаются. Харитонов наверняка не просто так хотел остаться с Валерио в гримерке один на один. Какой же скользкий тип.