Страница 14 из 57
— Если будет нужно, вас вызовут, – кивнула я, аккуратно подхватила ключи носовым платком и положила в пластиковый пакетик. В другой пакетик улеглась простенькая стеклянная «стопка», которую женщина исправно подержала в пальцах. Ключики, кстати, интересные. Три стандартных, от дверных замков. И два маленьких – как от.. ну, от сейфа или камеры хранения. Так! Значит, сейчас еду к Кире, напрягаю его экспертов. И будем искать владельца ключиков.
— Скажите, Олимпиада Константиновна, а кроме Иллариона, у Елизаветы были еще с кем-то неприязненные отношения? – спросила я. – Она еще с кем-то, кроме мужа, ругалась?
— Ну, приходил к ней пару раз ее двоюродный брат. Очень неприятный тип.. Кажется, он наркоман или алкоголик. Впрочем, это почти одно и то же. Я это к тому, что больной человек, конченый. И наркомания, и алкоголизм не лечатся, и конец один.
— А как он выглядел? Опишите мне его внешность, – попросила я.
— Ну, роста он среднего, худощавый, лицо какое-то изможденное, все в морщинах, как у старика, хотя лет ему не так уж и много. Но сказался образ жизни, естественно. Да, вот еще что, у этого родственника – рыжие волосы. И они торчат во все стороны. Очень неприятный, отталкивающий тип.
— А мог ли тот человек, в куртке с капюшоном, быть двоюродным братом Елизаветы? – спросила я.
Олимпиада Константиновна задумалась.
— Затрудняюсь сказать. С одной стороны, да. Да, может быть. Возможно, он это и был. Но не буду утверждать, ведь лица-то я не видела.
— Олимпиада Константиновна, еще раз опишите, пожалуйста, что вы видели.
— Спину.. в черной куртке.. с надписью.. в капюшоне.. походка – обычная, рост – не представляю даже..
— Давайте попробуем так, – предложила я. – У вас что-нибудь с капюшоном есть?
— Да.. конечно, ветровка. Вот, – растерянно протянула мне женщина лилово-розовую шуршащую куртку.
— Я выйду в подъезд и пойду от двери ваших соседей к лифту, а вы посмотрите в «глазок». И скажете, тот человек был выше меня, ниже.. ну хоть что-то.
— Ой, так это ж целый следственный эксперимент! – внезапно обрадовалась женщина. – Ну прямо как в детективах! Я готова.
Я раза три профланировала туда-сюда, шурша курткой. После чего вернулась к соседке Лизы.
— Тот человек двигался быстрее, чем вы.. нервничал, может быть. И был чуть пониже, буквально на ладошку, наверное, – отчеканила женщина. Ну уже что-то. Отлично.
— И такой вопрос. Во сколько вы вызвали полицию, помните?
— Нет, но могу в телефоне посмотреть, – с готовностью потянулась за стареньким мобильником женщина. Глянула: – Вот, позвонила в девять десять, минут пять объясняла, что случилось. И где-то через пятнадцать минут полицейские приехали.
— Спасибо, Олимпиада Константиновна, вы бесценный свидетель, – поблагодарила я, параллельно выстраивая свои дальнейшие действия. Уточнить, что там с камерами в подъезде – и быстренько к Кирьянову.
— А когда приходил двоюродный брат вашей соседки? – спросила я.
— Да не так давно. Но Лиза его выгнала. Сказала, что денег больше не даст и чтобы он больше не смел у них появляться. Тоже скандалили они довольно громко.. Да, Татьяна Александровна, вот еще что я вспомнила в связи с Лизой. Как-то раз я выходила из своей квартиры и увидела Лизу и какого-то мужчину.
— Что это был за мужчина? Вы его раньше видели?
— Нет, это был первый и последний раз. Ну, возможно, он еще приходил, но я лично его больше не видела.
— Когда это было?
— Недели две назад, в будний день, утром. Я гулять собиралась, как обычно, – быстро проговорила женщина. – Я про него и следователям рассказывала, меня долго расспрашивали.
— Опишите его, – попросила я. – Как он выглядел?
— Ну, такой.. атлетический, высокого роста. На лицо он довольно симпатичный, с легкой небритостью, как сейчас модно у молодых мужчин.
— Какие-то приметы у него вы заметили? – спросила я.
— Что именно? Что вы имеете в виду? – недоуменно посмотрела на меня пенсионерка.
— Ну, может быть, шрам на лице, или родинка, или еще что-то, – пояснила я.
— Шрам.. Кажется, да. Был такой небольшой рубец через правую щеку. Точно! Я вспомнила, даже такое выражение есть: «Шрамы украшают мужчину». И, к слову сказать, этот мужчина был довольно симпатичный. В смысле, именно своей мужественностью, именно этим шрамом.
— А он был молодой? – спросила я.
— Да, пожалуй. Чуть постарше Иллариона. Но знаете, что мне показалось, Татьяна Александровна? Странно, что Лиза водит знакомство с такими мужчинами. Он ведь совершенно не ее поля ягода, что называется.
— А в чем это проявлялось? – поинтересовалась я.
— Ну, я бы приняла его за сантехника или кого-то еще в этом роде. За простого рабочего, например. Нет, вы не подумайте, что я сноб. Ничего такого. Просто Лиза вся из себя такая рафинированная. Что у нее может быть общего с таким мужчиной? Одет он был.. ну, не сказать, что неопрятно, но как-то бедновато.
— А как они себя вели? Может быть, они ругались? – предположила я, помня о характере Елизаветы.
— Нет, нисколько. Все было тихо. Я выходила из своей квартиры, они входили. Вот и все.
— Ладно. Спасибо вам, Олимпиада Константиновна. Вот вам моя визитка, если что-то еще вспомните, позвоните мне, пожалуйста, – попросила я.
— Непременно позвоню, Татьяна Александровна, – пообещала соседка Александровских.
Я вышла из ее квартиры. Консьержа в этом доме нет, а жаль. Пенсионерки, обычно занимающие такие должности, представляют собой неплохой источник информации. Зато есть лифтер, он же – электрик, он же – диспетчер и человек, отвечающий за камеры. И в лифте обнаружился номер телефона этой многогранной личности. Но меня постигла временная неудача: камера расположена только на первом этаже, и все записи с нее изъяла полиция. У меня все больше вопросов к Кирьянову. Только позвоню сначала. А уж потом стоит посетить мать Елизаветы Александровской, побывать в контрольно-ревизионном управлении. Да и ресторан «Синий краб» явно ожидает моего визита – с кем же Лиза была там за несколько дней до убийства? Кстати, не забыть проверить алиби Иллариона, навестить его девушку. Но сначала – Кирьянов! У меня есть улики, которые могут оказаться важными. Позвоню-ка я, пожалуй, сейчас Кирьянову. Я набрала знакомый номер.
— Алло, – сказала я.
— Я вас слушаю, – отозвался мужской голос, и это опять был не Кирьянов.
— Скажите, Владимир Сергеевич еще на совещании? – спросила я.
— Нет, совещание уже закончилось, но Владимир Сергеевич поехал на вызов, – сообщил мужчина.