Страница 42 из 127
— Рада, что вы одобряете.
— Нихера я не одобряю, — огрызается он, но быстро берет себя в руки с глубоким вздохом и качает головой. — Это было лишнее, — запинается он. — Извини.
— Тяжелый день?
Мёрфи трет виски.
— Голова раскалывается.
— Я могу чем-то помочь?
Он опускает руки и пристально смотрит на меня.
— Можешь дать мне кусочек этого пирога.
— Я не могу принести пирог на день рождения, если в нем не хватает куска.
Он скрещивает руки на груди.
— Ты же сама только что спросила, чем можешь помочь. Неужели просто так ляпнула?
— Где Блэр? О, и я помою посуду, как только вернусь. Не хочу больше откладывать доставку пирога.
— Блэр на массаже. Здесь только мы вдвоем и этот пирог. И я хочу кусок.
После недолгой заминки я приподнимаю край фольги и отщипываю крошечный кусочек корочки. Затем подношу его ко рту Мёрфи. Он не смотрит на мою руку. Наши взгляды словно прикованы друг к другу. Он перехватывает мое запястье и обхватывает губами кончики двух моих пальцев.
Черт возьми.
Я не могу дышать.
Кожа покалывает, а соски под лифчиком твердеют. Я ненавижу его идеальную жизнь и женщину, которая станет его идеальной женой. Я не хочу, чтобы у него с ней был секс до отвала башки. Я искала его. Он — единственная причина, по которой я оказалась на озере Островов.
И вот он здесь, но уже слишком поздно.
Слишком поздно, чтобы исправлять прошлое.
Слишком поздно, чтобы строить будущее.
Слишком поздно, чтобы хотеть его так сильно.
Пока он крепко держит меня, прижимаясь губами к моим пальцам, я тяжело сглатываю.
— Хитрая задница, — говорит он, отпуская мое запястье, и протискивается мимо, задев меня плечом и даже не оглянувшись.
Я провожу рукой по платью, заставляя соски спрятаться обратно, прежде чем пойти дальше к дому Руперта Роулингса.
Дважды позвонив в дверь и не получив ответа, я уже разворачиваюсь, чтобы пойти домой, как вдруг дверь открывается.
— Чем могу помочь?
Я поворачиваюсь и улыбаюсь.
— Мистер Роулингс?
— Да.
Действительно, у него густая шевелюра с проседью. Симметричное лицо. Обаятельная улыбка. Руперт непринужденно крут, прямо как Джордж Клуни.
Я вхожу в образ, словно на сцене только что раздвинулся занавес, и на меня направлен свет софитов. Уверенность — это просто хорошая актерская игра.
— С днем рожденья тебя… — пропеваю я каждую строчку с широкой улыбкой. Я не включаю Мэрилин Монро на полную катушку с ее «С днем рождения, мистер президент», но делаю все возможное, чтобы Вера мной гордилась. И, судя по выражению лица Руперта, он вполне доволен моим выступлением.
— Это от Моррисонов. — Я протягиваю ему пирог. — Я Элис, горничная мистера Моррисона. Надеюсь, вам понравится.
Руперт меняет позу, расправляет плечи, и его взгляд скользит по мне с ног до головы.
— Да. Я слышал, что он завел себе горничную. — Его тон подразумевает куда большее, чем просто должность горничной.
Я продолжаю улыбаться, позволяя его грязной фантазии разгуляться.
Он кивает на мою грудь.
— Вера разрешает тебе расхаживать по дому в таком виде?
Я отвожу плечи назад, выпячивая грудь.
— Мне не разрешается сосать член мистера Моррисона. Это единственное правило в доме. — Я устраиваю ему полноценное шоу, невинно хлопая ресницами.
— Ну ни хера себе, юная леди. Секундочку… — Он поднимает палец вверх, затем ставит пирог на комод и взбегает по изогнутой парадной лестнице позади себя, стуча туфлями по мрамору. Через несколько секунд он возвращается и протягивает мне черную визитку с номером, но без имени. — Позвони мне. Сколько бы этот мудак тебе ни платил, я заплачу вдвое больше.
Я улыбаюсь, зажав визитку между двумя пальцами, и соблазнительно опускаю ее в свой лифчик.
— Я подумаю над этим. Надеюсь, вы задуете все свои свечи. — Я разворачиваюсь и легко сбегаю по ступенькам на тротуар.
— Я скажу Хантеру, что ты отшлепала меня в чем мать родила!
Я прикусываю нижнюю губу и хихикаю.