Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 99 из 1328

Глава 33

— Выключайте, — сказал Ригель.

Двое французов, которые двенадцать часов глядели на ряд мониторов в библиотеке, выполнили его приказ. Они стали щелкать переключателями слева направо, отключая изображения, поступавшие от инфракрасных камер во дворе.

— Что вы делаете? — спросил Ллойд, вошедший в комнату.

— Инфракрасные камеры предназначены для ночного наблюдения, Ллойд, — ответил Ригель. — Сейчас уже утро.

— Вы говорили, что он придет ночью.

— Да, говорил.

— Но он все-таки придет, верно?

— Не похоже на то, — произнес Ригель с унынием и растерянностью охотника, чья добыча в последний момент ускользнула от него.

— У нас есть еще пятнадцать минут, чтобы предъявить тело Феликсу. Что будем делать?

Ригель повернулся к молодому американцу.

— У нас есть вертолет и более ста мужчин и женщин, которые ищут его. Здесь, в замке еще тридцать бойцов, которые поджидают его. Мы подстрелили его. Мы воткнули в него нож. Мы сбросили его с горы, заставили спрыгнуть с моста. Мы убили его друзей, истощили его ресурсы. Что еще мы можем сделать?

Из портативных раций рядом с их мобильными телефонами послышался голос Техника.

— У нас появились проблемы.

— Какие? — спросил Ригель.

— Боливийцы вышли из игры. Они только что позвонили в Париж и сообщили об этом.

— Туда им и дорога, — отрезал Ллойд.

— А казахи не отвечают.

— Они никогда не отвечают, — буркнул Ригель.

— Саудовцы сообщают с вертолета, что не могут найти их на дороге.

Теперь заговорил Ллойд:

— Если бы они столкнулись с Серым Человеком, то мы бы услышали стрельбу. Так что не стоит беспокоиться. Наверняка, эти ублюдки сбежали, как и боливийцы.

Ллойд и Ригель поднялись по лестнице на третий этаж. Оба смертельно устали, но никому не хотелось показывать свою слабость другому. Вместо этого они обсуждали, что можно было сделать иначе, и какие действия еще можно предпринять.

Они вошли в центр управления и первым делом увидели Феликса, который стоял у окна с мобильным телефоном, поднесенным к уху. Через несколько секунд худой чернокожий мужчина в костюме завершил звонок и повернулся к ним. Он заговорил впервые за несколько часов:

— Мне жаль, джентльмены, но я должен сообщить, что ваше время вышло.

Ллойд с безумным взглядом подбежал к нему.

— Нет! У нас есть еще десять минут. Вы должны дать нам немного больше времени. Вы видели, как он упал в реку. Фактически, мы убили его. Нам всего лишь остается найти ту дыру, в которую он забился перед тем, как умереть. Скажите, Абубакиру, что вы видели…

— Вы получили инструкции предоставить тело, но не выполнили их. Я сообщил об этом моему президенту. Прошу прощения, но это моя обязанность. Вы должны понимать.

Широкие плечи Ригеля опустились, и он отвернулся. Он не мог поверить, что Серый Человек, если он жив, не придет спасать детей.

— Он может появиться в любую секунду, — сказал Ллойд. — Абубакир покидает должность только через час и может не подписывать другой…

— Теперь это уже бессмысленно. Я доложил президенту о вашем прогрессе… вернее, об отсутствии прогресса. Он подписал контракт с вашим конкурентом, пока мы говорили по телефону. Мне велели вернуться в Париж и ожидать дальнейших инструкций.

Ригель медленно кивнул и обратился к Феликсу:

— Вы можете улететь вместе с французскими инженерами. Они отправятся в Париж через час.

Феликс вежливо кивнул в ответ.

— Сожалею, что вас постигла неудача. Я высоко ценю ваш профессионализм и надеюсь, что наши интересы могут совпасть в будущем.

Немец и нигериец раскланялись друг с другом. Не обращая внимания на американца, Феликс вышел из комнаты, чтобы подготовиться к отъезду.

Ригель посмотрел на Техника.

— Оповестите ударные группы. Скажите им, что все кончено и они провалились. Дайте им знать, что во второй половине дня я свяжусь с главами их ведомств, чтобы обсудить некоторое… утешение.

Техник сделал так, как было велено. Потом он выключил мониторы, стоявшие перед ним, снял наушники, медленно положил их на стол и провел рукой по длинным волосам.

Трое человек, оставшихся в центре управления, несколько минут сидели наедине со своими мыслями. Утренний свет, сиявший за окном, как будто издевался над их поражением. К утру они должны были получить труп, а теперь утро смеялось над ними.

Ллойд посмотрел на часы.

— Без пяти восемь. Нет смысла откладывать.

Курт Ригель заглянул на дно кофейной чашки. Он ощущал крайнюю усталость.

— Что откладывать? — рассеянно спросил он.

— У нас еще остались обязанности на втором этаже.

— Вы имеете в виду сэра Дональда? — Ригель выпрямился. — Я сам займусь этим, а то у вас уйдет целый день.

Ллойд покачал головой.

— Не только Дональда. Всех четверых.

Ригель встал со стула.

— О чем вы говорите? Вы хотите убить женщину и детей?

— Я обещал Джентри, что они умрут, если он не придет. Он не пришел. Не надо изображать удивление.

— Он не пришел, и это значит, что он мертв. Зачем наказывать мертвеца, идиот?

— Он должен был лучше стараться, — Ллойд вытащил серебристый пистолет из кобуры на бедре и опустил руку с оружием. — С дороги, Ригель. Это все еще моя операция.

— Больше нет, — в голосе массивного немца прозвучала угроза.

— Как бы то ни было, у меня еще осталась работа, и я не вижу, как бы вы могли остановить меня, — сказал Ллойд. — Вы можете проявлять ханжескую снисходительность к членам этой семьи, но вы понимаете, что они могут сдать нас. Они должны умереть.

Он обошел Ригеля и направился к выходу в коридор.

Телефон Дональда Фицроя, лежавший на столе у Техника, внезапно зазвонил. Ллойд моментально обернулся. Молодой технический специалист быстро надел наушники. Феликс вернулся в комнату с чемоданчиком и бурым плащом, перекинутым через руку, и с любопытством прислушался.

Техник перевел звонок на громкую связь через навесные колонки.

— Алло? — сказал Ллойд.

— Доброе утро, Ллойд. Как дела?

— Ты опоздал, Корт. Мы потеряли контракт, и это значит, что ты проиграл. Мне больше не нужна семья Фицроев. Я как раз собирался пойти всадить в них несколько пуль. Хочешь послушать?

— Сейчас они нужны тебе живыми больше, чем когда-либо раньше.

Ллойд улыбнулся.

— В самом деле? Почему бы это?

— Страхование жизни.