Страница 78 из 1328
Глава 26
Пятеро бойцов из «Аль-Мухабарат Аль-амма», Службы общей разведки Саудовской Аравии, летели на запад через Альпы на украденном «Еврокоптере EC145». Вертолет принадлежал местному перевозчику, который прилично зарабатывал тем, что доставлял сноубордистов и лыжников-экстремалов на недоступные иными способами вершины Монблана и соседних гор.
Теперь владелец глянцево-черного «Еврокоптера», бывший майор французской армии, лежал мертвым в своем ангаре, с пулей в сердце, выпущенной из пистолета с глушителем, а саудовцы направляли его вертолет на север над автострадой. Дорога внизу поднималась и шла под уклон, петляла и исчезала в альпийских тоннелях, мчалась мимо зеленых лесов и таких синих озер, что голубое небо вокруг казалось тусклым по сравнению с ними.
По-английски говорил только саудовский пилот. Время от времени он вступал в контакт с Техником по открытому каналу двухсторонней связи, которая то появлялась, то исчезала, прерываемая зубчатыми горными пиками, между которыми они пролетали. Техник одновременно вел другие ударные группы и передавал информацию от наблюдателей на автовокзалах и стоянках такси. После того, как Серый Человек покинул дом старого финансиста в Женеве и избавился от слежки на улице, о нем не было никаких известий.
Наиболее очевидным выбором для путешественника, направлявшегося из Женевы через юго-западную Францию в центральные регионы страны, было шоссе A40. Там, возле города Вириат, он мог остаться на шоссе A40 по пути к A6, либо повернуть на северо-восток в Дижон по шоссе A39. Так или иначе, поездка до Парижа занимала около пяти часов по сравнению с шестью-семью часами при выборе объездных маршрутов.
Саудовцы на вертолете знали, где искать свою цель. Если Джентри вообще отправился в путь по суше, он должен был проехать под ними по шоссе A40.
Они просто не знали, какую машину нужно искать.
Тридцать наблюдателей расположились на перевалах, остановках для отдыха или обочинах шоссе, включив аварийные сигналы и подняв капоты своих автомобилей. Другие двигались в транспортном потоке. Каждый агент, занимавшийся слежкой, наблюдал за дорогой и высматривал лица проезжавших водителей, насколько это было возможно. Это была слишком крупная операция, чтобы остаться скрытой от полиции, поэтому Ригель с самого начала возражал против нее. Когда стало ясно, что Джентри не садился на поезд или на автобус, Ригель хотел, чтобы все наблюдатели, команды убийц и все ресурсы были стянуты в Париж. Он был уверен, что Серый Человек не обойдет Париж стороной. Ригель предполагал (и Ллойд не оспаривал этого), что бывший финансист ЦРУ, с которым Корт встретился в Женеве, скорее всего, снабдил его необходимым снаряжением, оружием, медикаментами, автомобилем и деньгами. Ригель также полагал, что если у Серого Человека было время принять звонок от Дональда Фицроя, то у него имелось время и для встреч с другими помощниками, контакты с которыми он мог получить от престарелого банкира, с его богатыми связями. Если Корт договорился о поддержке людьми или материально-техническими ресурсами, он мог получить эту поддержку только по дороге к цели.
Париж был последним крупным городом на этом маршруте, где имелось множество наемных стрелков, изготовителей фальшивых документов, торговцев оружием на черном рынке, бывших пилотов ЦРУ и других темных личностей, которых Серый Человек мог нанять для помощи в освобождении Фицроев и возвращении личных досье, украденных Ллойдом у американской разведки.
Ригель хотел, чтобы все оперативные ресурсы были сосредоточены в Париже, но Ллойд потребовал устроить одну последнюю засаду у главной дороги на север, чтобы остановить Джентри, прежде чем он успеет приблизиться к замку.
Джентри не воспользовался магистралями A40, A6 и A39. Это были самые рациональные маршруты, но он рассудил, что они целесообразны только для тех путешественников, на которых не нацелены десятки убийц, расположившиеся вдоль этих дорог.
Корт решил, что масштаб операции, развернутой против него, оправдывает лишние два часа поездки, несмотря на боль и усталость. Семь часов за рулем, только чтобы добраться до Парижа, казались непозволительной тратой времени, но Корт не видел альтернативы. Автобусы и поезда отпадали из-за количества оружия и снаряжения, которое он вез с собой. Оставался только автомобиль.
По крайней мере, путешествовал он с шиком. «Мерседес S550» был элегантным и внушительным, а почти новый интерьер щекотал ноздри ароматом хорошо выделанной кожи. Двигатель мощностью 382 лошадиных силы тихо урчал на скорости сто тридцать километров в час, а спутниковая аудиосистема составляла компанию водителю. Время от времени Джентри включал местное радио и пытался разобрать французскую речь в поисках фрагментов информации о перестрелках в Будапеште, Гуарде и Лозанне, а также о взрыве дома в старинной части Женевы.
К пяти вечера физическое изнеможение заставило Джентри съехать с дороги. Он поставил машину на остановке для отдыха неподалеку от городка Сен-Дизье. Он заправил бензобак и приобрел вездесущий французский сэндвич с ветчиной и сыром в длинном багете. Выпил две банки содовой и купил большую бутылку минеральной воды после визита в уборную. Через пятнадцать минут он вернулся на дорогу. GPS-навигатор, лежавший на приборной панели, сообщал о том, что он доберется до Парижа не раньше девяти вечера. Рассчитав все необходимое, что понадобится сделать до выезда в Нормандию, Джентри пришел к выводу, что может подъехать к замку в половине третьего ночи.
Впрочем, он был вынужден признать, что это произойдет лишь в том случае, если у него не будет никаких проблем в Париже.
— Пора вернуть всех в столицу, — сказал Ригель. Он стоял за Ллойдом и Техником, только что вернувшись в командный центр после того, как два часа проработал с французскими инженерами по технике безопасности над созданием электронного кордона вокруг замка.
Ллойд кивнул и повторил слова немца Технику, сидевшему рядом. Потом он повернулся к вице-президенту отдела по управлению угрозами для безопасности.
— Куда он делся, черт бы его побрал?
— Мы знали, что он может выбрать другой маршрут. Есть сотня способов, которыми он может приехать в столицу. Поездка по второстепенным и сельским дорогам замедлит его передвижение, но он все равно попадет туда.
— Это если он едет в Париж.