Страница 14 из 1328
— Как угодно. Этот полет продлится не более сорока минут. Когда приземлимся в Турции, сразу же отправимся на конспиративную квартиру, а завтра вечером у Фицроя будут инструкции для вас. До тех пор мы будем прикрывать вашу спину.
— Я ценю это, — сказал вконец измотанный мужчина в промежутке между двумя глубокими, хриплыми вдохами. Он положил локти на черную винтовку, висевшую у него на шее.
Четверо остальных пристегнулись к красной страховочной сетке за скамьей, протянутой вдоль фюзеляжа. Все они смотрели на новоприбывшего, безуспешно пытаясь примирить невыразительный вид сидевшего рядом полевого агента с его сверхчеловеческой репутацией.
Серый Человек и Дулин сидели возле ящика со снаряжением, привязанного страховочной сеткой к центру фюзеляжа.
— Я собираюсь позвонить Фицрою и сообщить ему, что мы взлетели, — сказал Дулин. — Возьму бутылку воды и скоро вернусь.
Он повернулся и побрел вверх по полу круто поднимавшегося самолета. На ходу он достал из кармана спутниковый телефон.
В Лондоне было немногим более трех часов утра, и на шестом этаже белого офисного здания на Бэйсуотер-роуд пожилой человек в мятом костюме в тонкую полоску барабанил пальцами по крышке стола. Его лицо было почти белым; пот стекал по мясистой шее и впитывался в рубашку из тонкого сукна. Дональд Фицрой старался успокоиться, убрать тревожные нотки в голосе, что было совсем непросто.
Снова зачирикал спутниковый телефон.
Он в двадцатый раз посмотрел на фотографию в рамке, стоявшую на столе. Его сын, теперь сорокалетний мужчина, сидит в гамаке на пляже, его красавица-жена рядом с ним. Девочки-близнецы на коленях у родителей. Все безмятежно улыбаются.
Фицрой оторвал взгляд от фотографии в рамке и посмотрел на пачку фотоснимков, которые держал в руках. На них он тоже смотрел уже раз двадцать. Та же семья, те же четверо людей, хотя близняшки стали немного старше.
Качество соответствовало типичной съемке службы внешнего наблюдения: семья в парке, близнецы в школе рядом с Гровнер-сквер, невестка толкает тележку с продуктами на рынке. Фицрой определял углы съемки и расстояние до объектов; фотограф незримо сообщал, что находился очень близко и при желании мог дотянуться до каждого.
Намек Ллойда был предельно ясным: семью Фицроя могли достать в любой момент.
Спутниковый телефон чирикнул в третий раз.
Фицрой с силой выдохнул, швырнул фотографии на пол и взял надоедливое устройство.
— Стэндстилл. Как слышно, Фулкорт?
— Пять из пяти, Стэндстилл, — ответил Дулин. Он плотно прижал к уху приемник сотового телефона, чтобы заглушить рев двигателей. — Как слышите меня?
— Ясно и четко. Доложите обстановку.
— Багаж у нас, эвакуирован с намеченной позиции.
— Ясно. Каково состояние багажа?
— Дерьмовое, сэр, но говорит, что на ходу.
— Ясно. Оставайтесь на связи, Фулкорт.
Дулин провел по лицу рукой в перчатке и посмотрел в заднюю часть грузового самолета на своих четырех спецагентов. Потом его взгляд сосредоточился на Сером Человеке, сидевшем в дальнем конце скамьи. Защитные очки, борода и маскировочная краска скрывали черты его лица, но Дулин все равно видел, как он устал. Он прислонился к стене и свесил руки над М4. Его глаза смотрели куда-то вдаль. Группа Дулина собралась по правую сторону от Серого, отделенная от него несколькими метрами скамьи.
Через полминуты Дональд Фицрой вернулся на линию.
— Фулкорт, это Стэндстилл. Оперативное задание изменилось. Разумеется, вы и ваши люди получите соответствующее вознаграждение.
Дулин выпрямился и нахмурил лоб.
— Принято, Стэндстилл. Ваши инструкции по дальнейшему проведению операции?
— Доставка багажа отменяется.
Дулин невольно вскинул голову.
— Отрицательно, Стэндстилл. Мы не можем вернуться на аэродром. Он кишит повстанцами, и…
— Я имею в виду другое. Мне нужно, чтобы вы… уничтожили багаж.
Наступила пауза.
— Фулкорт — Стэндстилл. Повторите, что вы сказали?
Тон голоса на другом конце спутниковой линии изменился. Он стал менее отстраненными и более… человечным?
— У меня… у меня проблемы, Фулкорт.
— Полагаю, что так, — голос Дулина тоже выбился из лаконичного протокола радиосвязи.
— Мне нужно, чтобы его ликвидировали.
Дулин обхватил подбородок рукой в перчатке. Его пальцы постукивали по щеке.
— Вы уверены в этом? Он один из ваших парней.
— Знаю.
— Я тоже один из ваших парней.
— Все очень сложно, друг мой. Обычно я так не поступаю.
— Это неправильно.
— Как я сказал, вы получите компенсацию за это отклонение от первоначальной цели операции.
Взгляд Дулина остановился на «багаже», когда он спросил:
— Сколько?
Пять минут спустя Дулин окидывал взглядом своих людей, одновременно протягивая руку к селектору радиостанции, прикрепленной к грудной оснастке. Он повернул диск на несколько щелчков.
— Ничего не говорите. Просто кивните, если слышите меня.
Барнс, Макви, Перини и Маркхэм подняли головы и огляделись по сторонам. Их взгляды нашли Дулина, стоявшего у носовой переборки, и они одновременно кивнули. Между тем Серый Человек тупо смотрел на ящики со снаряжением перед собой.
— Послушайте. Стэндстилл приказал нам ликвидировать багаж, — через тридцать метров хорошо освещенного пространства в салоне Дулин мог видеть их потрясенную реакцию. Он пожал плечами. — Не спрашивайте меня, парни. Я просто на работе.
Четверо мужчин на скамье посмотрели на «багаж», сидевший на дальнем конце скамьи возле рампы, пристегнутый к бортовой сетке, с винтовкой М4 на груди, лохматой бородой и взглядом, упиравшимся в заклепки металлического пола.
Потом они повернули головы к командиру группы и одновременно кивнули.