Страница 13 из 167
Глава 8
Глава 3
Алондра
ㅤㅤㅤㅤㅤㅤ
Последнее место, где я ожидала почувствовать хоть вспышку цвета в моем сером мире, — это компания Джека Шульца, но я уж точно не думала, что застану его у себя в квартире со своим пледом в руках.
Голова раскалывалась, но стоило мне подойти к нему, чтобы забрать плед, как я не смогла ни на чем сосредоточиться, кроме этого дурацкого, одурманивающего запаха корицы, исходившего от него. Вместо того чтобы вздремнуть, я в итоге ворочалась всё время, пока не убедилась, что он ушел.
Мне было неловко, когда Элли начала без конца извиняться за то, что впустила его, ведь это и её квартира тоже. Я была сама не своя, выбитая из колеи встречей с отцом и столкновением с Джеком в его кабинете. Обычно я умею быть более вежливой, чем: «Оставайся или уходи, мне плевать, я иду ложиться».
С тех пор я провела последние несколько дней, пытаясь свыкнуться с мыслью, что Джек из бара и Джек Шульц, будущее профессионального хоккея, — это один и тот же человек. Теперь многое в нашем совместном обучении прояснилось, но я чувствую себя идиоткой из-за того, что не сообразила всё еще в пятницу вечером.
Мне следовало понять, кто он такой, еще до того, как он подошел к нам с Мэйси в баре.
Я слежу за хоккейной командой «Дикие волки» дольше, чем готова признать, и мне стыдно осознавать, сколько статистических данных игроков знаю на память. Я всё-таки дочь своего отца, но в то же время я больше внимания уделяю цифрам, а не фотографиям игроков, что, к сожалению, и привело к моему провалу.
Ни в его одежде, ни в словах не было ни малейшего намека на то, что он один из папиных игроков, не говоря уже о его главном фаворите.
Я никогда не забуду, каким воодушевленным вернулся отец из поездки в Техас, где он подписал Джека. Он бредил этим центрфорвардом, предсказывая ему первый раунд драфта, и не ошибся. Отец не щедр на похвалу, но то, как он расписывал катание Джека и его владение шайбой, вызывало у меня тошноту от зависти.
Я точно знаю, что если отец узнает, как я на самом деле познакомилась с Джеком, виноватой в отвлечении игрока окажусь я, а не наоборот. Для всех будет лучше, если он продолжит верить, будто Джек знает меня только как своего репетитора.
Быстрый взгляд на аудиторию говорит мне, что Джека еще нет, или, если он здесь, я его не вижу. Я проскальзываю на свое обычное место рядом с подругой Кери в одном из верхних рядов.
— Привет, — здороваюсь я.
Ее короткие волосы взлетают, когда она резко отрывается от телефона и смотрит на меня.
— Ты ни за что не поверишь, что выкинула моя соседка… — Кери осекается, её темные глаза округляются, когда она смотрит мне за спину.
— Что сделала Тейлор? — спрашиваю я, ожидая продолжения, но то, что находится позади меня, полностью захватило её внимание. — На что ты… смотришь?
Я замираю при виде Джека на соседнем сиденье. Его полные губы изогнуты в понимающей улыбке, ямочка дразнит меня, пока он задевает мою ногу своим рюкзаком.
О боже, убейте меня кто-нибудь, пожалуйста.
— Привет, Алондра. Какая встреча, — мурлычет он, откидываясь на спинку и устраиваясь поудобнее.
Я плотно сжимаю челюсти и отворачиваюсь, садясь к нему спиной, пока Кери наблюдает за нашей сценой с неприкрытым любопытством.
— Э-эм, почему Джек Шульц сидит рядом с тобой?
— Потому что он не знает, куда себя деть, когда женщины не падают к его ногам, — так много о моей попытке быть вежливой. Упс.
— Ты же в курсе, что я тебя слышу?
То, что Джек пересел, —
событие значимое, хотел он того или нет
, и я кожей чувствую на себе взгляды всей аудитории. Внимания, которое мне совсем не нужно.
— Уходи, Джек. Твои фанатки скучают, а мы можем и дальше делать вид, что не подозреваем о существовании друг друга, — бросаю я, оставляя вопрос Кери без ответа.
— Мне нужно с тобой поговорить, и если ты собираешься и дальше играть в привидение, то придется поговорить прямо сейчас.
— Как я могу быть привидением, если ты знаешь, где я живу? — спрашиваю я, поворачиваясь к нему лицом.
Он выглядит так, будто у него вообще нет забот, и если в баре это могло показаться привлекательным, то сейчас это только бесит. Всё, что Джек демонстрирует сейчас — это привычку к тому, что мир вращается вокруг него, и плевать он хотел на чужое мнение.
Краем глаза я вижу, как кто-то указывает на нас пальцем и молюсь, чтобы профессор уже начала лекцию.
— Я пытался уважать твое пространство, но искал тебя повсюду, чтобы мы могли поговорить, — говорит он, в упор глядя на меня своими голубыми глазами.
Я вздыхаю и накручиваю темный локон на палец, заставляя себя отвести взгляд. Пусть я и не хочу иметь с ним ничего общего, но слухи о зарубках на его кровати явно ходят не просто так. Уверена, всему виной эти нежно-голубые глаза в сочетании с ямочками.
— Нам не о чем разговаривать.
— А о чем ты хочешь с ней поговорить? — вклинивается Кери.
Я бросаю на неё взгляд, молча качая головой.
— О паре вещей. Навскидку, ты так и не сказала, где взяла тот плед, и я бы хотел знать, почему ты назвалась Алекс? — спрашивает он, опуская столик, чтобы опереться на него рукой.
— Пожалуйста, уйди, — прошу я, игнорируя вопросы, хотя упоминание этого чертова пледа заставляет меня едва не улыбнуться.
Джек качает головой, его губы кривятся в усмешке.
— Прости, дорогая, теперь ты от меня не отделаешься, раз тренер думает, что ты мой репетитор.
— Ты занимаешься с ним? — перебивает Кери.
Моя надежда на то, что она поможет мне от него избавиться, тает на глазах.
— Да, — отвечает Джек, но я тут же его поправляю.
— Нет.
Я с ужасом наблюдаю, как Кери тает, словно шоколад на солнце в жаркий летний день, и я точно знаю, что он сейчас вовсю демонстрирует ей свои ямочки. Один взгляд в его сторону подтверждает мои догадки, и виной всему эти чертовы ямочки.
— Прости, не расслышал твое имя. Я Джек, а Ал — мой репетитор, но обещаю, я ценю её больше, чем она меня, — поддразнивает он.
И хотя Кери понятия не имеет, на что он намекает, я-то знаю.
— Я бы оценила тебя выше тройки, если бы ты того заслуживал, — ворчу я себе под нос, вызывая у него смешок.
— То, как ты занижаешь оценку, наводит меня на мысль, что тебе стоит дать мне второй шанс исправиться, — дразнит он, и я закатываю глаза.
Ну конечно, единственный день, когда профессор опаздывает, должен был случиться именно сегодня.