Бег по кругу

Глава 19 Неравная битва

«Бытует мнение, что подчинив одну стихию, человек может попытаться обуздать и вторую. Дескать, дорожка уже проторена. Однако в подобную чушь верят лишь дураки. Даже два разных начала с вероятностью 99,99 % убьют вас. А если вы все-таки выживете, то ни за что не захотите испытать судьбу ещё раз! Никогда не доверяйте околонаучным теориям. Они есть ничто иное, как сказки и ловушка для глупьцов.»

Отрывок из лекции Уля Кваршева, профессора Университета Спектральной Энергии, Внешнего Кольца, Алого Кластера;

Алый туман был воистину моей стихией. Противники не придумали ничего лучше, кроме как насытить атмосферу энергией красного спектра. При помощи моих мутировавших клеток, я жадно поглощал дармовщину и готовился к битве.

Немного обеспокоили действия Черного Доктора. В них отсутствовала логика. Мы ведь недавно убили его соглядатая. Так зачем ему помогать? Здесь явно имелся скрытый смысл. Карнел не походил на альтруиста, чтобы творить добро на право и налево.

Минут через десять ходьбы, почувствовал два мощных присутствия рядом. Этому поспособствовала родственная среда. Удвоил осторожность, потянул туман на себя и приблизился.

— Хищный Джек, 25 уровень, способности???

— Кривой Сыт, 26 уровень, способности???

Раскрыл инфракрасный взор часть данных о противниках. Их было двое. Долговязый мужик в широкополой шляпе и сдернутой на шею маске. Вместо нормальных щек у него белели кости. Негодяй направлялся к Лизе, завернутой в одеяло из мясных волокон. Судя по всему, он намеревался отобедать.

Вторым являлся скособоченный карлик, который радостно потирал короткие и толстые ручонки. Вывернутые суставы терлись сразу в нескольких местах, порождая противный скрежет.

От волнения, поглотил слишком много энергии, насытившись до предела. Из-за этого, алая дымка поредела и меня обнаружили. Не стушевался и потребовал оставить Фару в покое. А вдруг прокатит?

Драться не хотелось. Преимущество в уровнях настораживало. Главари прошли несколько пробуждений, прокачали трансформацию и обрели мыслеформы и способности.

Поначалу план сработал. Карлик оказался труслив. Он засуетился и заюлил. Все испортил его напарник. Он обернулся и просканировал меня лучом-рентгеном. После чего, нагло сообщил уровень. Мафиозные боссы расслабились. Длинный пошел к Лизе, а толстопузый урод вознамерился покончить со мной. Его рыхлая плоть треснула, и в мою сторону полетела алая сеть, с крупными ячейками.

— Вжух! — взметнулись навстречу спектральные нити.

Не раздумывая, я применил технику мясника плоти и разрубил невод надвое. Пришло время атаковать. Прыгнул сквозь прореху и вонзил в карлика всепроникающий ятаган. Победа? Как бы не так!

— Аххха! Ну, ты и дурак! Я хотел поймать тебя, а ты сам поймался! — громко рассмеялся Кривой Сыт.

Чье перекрученное тело резко выросло ввысь и вширь. Теперь доставал ему только до подмышек. Хуже всего было то, что плоть жирдяя извернулась настолько, что не смог выдернуть клинок. Оружие застряло.

Попробовал отменить навык и отскочить. Не сработало. Соперник применил очередную способность, поэтому всепроникающий ятаган не отключился. Вместо этого, клинок потащило внутрь необъятного брюха, и меня вслед за ним. И так хреновое, положение усугубили несколько новых сетей, которые бандит набросил на меня сзади. Эти снасти были гораздо крепче и тяжелей предыдущих. Мои нити лишь повредили их, но не разрезали.

— Ахахаха, никчемный! Узри мощь боевой формы пожирателя колбас, пробужденную дважды! — продолжил насмехаться вражина.

Название было очень смешным. Вместе с тем, нужно признать, что боевая форма была очень эффективна. Кривой Сыт пошел по пути специализации. При каждом пробуждении он усиливал своего «пожирателя колбас», что принесло свои плюсы и минусы. С одной стороны, сила облика возросла неимоверно. С другой, наверное, поэтому беднягу так и перекорежило.

К черту философию! Руки погрузились в брюхо почти по локоть. Ничего. Сконцентрировался и выпустил очередь спектральных копий. Согласно задумки, они должны были разорвать толстопуза пополам, подробно кумулятивным снарядам. Вместо этого, энергия рассеялась в никуда, а увалень ещё больше прибавил в массе.

— Ха-ха! Не только ты можешь работать с алым спектром. Внутри себя — я господин и повелитель! Приготовься к смерти, несчастный! — пуще прежнего раздухарился урод.

Меня уже притянуло так, что уперся лбом в вонючий пуп недоделанного великана. Со спины придавливали сети, спереди прижимало неудержимое притяжение. Неужели, это конец? И меня сожрут, словно хренову «колбаску»?

Пришла злость. Ее сменила ярость. Мне очень не понравилось чувство беспомощности. По центру груди потеплело. Ядро света содрогнулось и лопнуло, исторгнув наружу потоки солнечного света.

— Бабах! — отшвырнуло вонючку прочь, а перед взором заплясали надписи. Проигнорировал их и присмотрелся к вражине.

Жирного верзилу окутал ярко-желтый огонь. Сученок дико верещал и худел, прямо на глазах. И все бы хорошо, но вскоре пламя утихло. Кривой Сыт выжил, хотя и уменьшился вдвое. Его кожу щедро покрыли ожоги. В воздухе отчетливо запахло жареным мясом.

— А блюдо- то, пригорело, — поддернул неприятеля.

— Дуал… Какая удача… — отпрянул от Лизы долговязый и зачавкал набитым ртом. От чего реплика получилась смазанной.

Невольно взглянул на девушку и ужаснулся. Лицо, торчавшее из алого одеяла, представляло собой кровавую маску. Хищных Джек сорвал с бедняжки скальп и неспешно пережевывал.

— Гммм! — проглотил людоед остатки волос и кожи. После чего, сказал уже нормальным голосом:

— Сыт, нам повезло. Мы обогатимся. Приготовься, я начинаю.

— Ииии, — вытер слезы и сопли толстяк, и его глазища налились кровью, — Ты труп! Я съем тебя и буду переваривать неделю!

К несчастью, эти двое привыкли работать в паре. Джек сорвал с головы шляпу и бросил в меня. Взору предстал отвратительный череп, в ошметках багровой кожи. Тоже урод!

Впрочем, созерцал подобное «великолепие» я недолго. Брыль исчез, а затем появился на мне.

Затылок пронзило болью. Меня парализовало. В макушке что-то судорожно задёргалось. Похоже, Буба и Первый тоже пострадали. Оцепенение быстро распространилось по всему организму, превратив в окаменелого истукана.