Страница 50 из 52
Ну все! Больше испытывать терпение похитителей нельзя. Илья и так получил всю нужную информацию. Теперь в случае моей гибели он сможет повторить расследование и получить нужный результат.
— Ну, пока! — попрощалась я. — Как вернусь, созвонимся.
— Пока! — уже более твердым тоном попрощался со мной Илья. Мне показалось, что он посылает мне призыв держаться.
Как только я положила трубку, телефон зазвонил снова.
— Что это вы себе позволяете?! — мой собеседник был в ярости. — Вам что, хочется увидеть вторую часть фильма?
— А что такого? — как можно невиннее спросила я. — Я сделала все, как вы сказали, — и пресс-конференцию отменила, и насчет бабушки выдумала..
— Ну ладно, — смягчился мой невидимый собеседник. — Теперь слушайте дальше. Сейчас вы собираете все документы, которые взяли в офисе, и выходите из дома. За вами заедут. Да, и не забудьте фото.
— Ну уж нет! Вот так не пойдет, — как можно тверже заявила я. — Деньги против стульев, как поется в песне. Я должна убедиться, что мои друзья на свободе. Без этого я и шагу из дома не сделаю.
— И станете свидетельницей их мучительной смерти.
— Вы все равно их убьете после того, как покончите со мной. Не надо принимать меня за круглую дуру. Пока мои друзья не позвонят мне из безопасного места — никуда не выйду.
На том конце провода наступило молчание. Видимо, мой собеседник понял, что я намерена стоять на своем до конца.
— Ладно, — нехотя согласился он. — Мы освободим всех, кроме Вязьмикина-младшего. А то у вас исчезнет всякое желание выходить из дома. Придется устранять весь квартал.. Шутка, шутка. Так, теперь вопрос: какое место вы считаете безопасным? Куда доставить ваших друзей?
Я на минуту задумалась. Ни одна квартира, ни один дом, как видно, не могут стать надежным убежищем для семьи Вязьмикиных и Марины Борисовны. Хотя нет — есть такое место. Я достала из бумажника маленькую карточку.
— Отвезите их в больницу! — скомандовала я.
— В больницу? — Мой собеседник, как видно, не ожидал такого.
— Да, в областную больницу, палата 36. Там лежит больной.. — я назвала фамилию любопытного лейтенанта. В конце концов, он ведь разрешил прибегнуть к его помощи! — Пусть они позвонят мне оттуда, и он тоже. После этого мы можем встретиться. Но только еще одно условие.
— Не слишком ли много условий?
— Не слишком. Ни в какую вашу машину я не сяду. Жить, знаете, еще немного хочется. Давайте назначим место, я приеду туда на машине одного моего приятеля. Предупреждаю: он парень крутой, чуть что — сразу стрелять. Так что если вы поведете себя неправильно, шум будет.
— Вот как вы заговорили! — укоризненно произнес мой собеседник. — Так, так.. Ладно, идет. Встретимся на набережной. Только не на той, где гуляют, — там нам могут помешать парочки. А в речном порту, у третьего грузового причала.
И учтите — никто вас убивать не собирается. Вам хотят предложить сделку, вот и все. Тем более теперь, когда вы сильно усложнили ваше возможное устранение. В общем, сидите у телефона и ждите звонка от ваших друзей. Потом обговорим детали.
Я положила трубку, потом снова сняла ее и набрала номер. Я молила об одном: чтобы Шурик не укатил куда-нибудь по своим яичным делам.
К счастью, он был дома. И даже не спал — видно, не с кем было. В сущности, он вовсе не бабник — просто жизнь не предоставила ему возможности встретиться с любимой женщиной.
Мое предложение прокатиться на грузовой причал ночью, чтобы там побеседовать «с одним человеком», при этом прихватить с собой пушку и «быть готовым ко всему» — вызвало у Шурика неподдельный энтузиазм. Все-таки в нем была авантюрная жилка!
— Скажи только, во сколько подъехать, и я готов, — твердо пообещал он.
Я сказала, что позвоню еще, и стала ждать. Вскоре раздался звонок. Я сразу узнала голос лейтенанта из «Поиска». Без лишних предисловий он сообщил:
— Тут со мной Лена с дочкой и матерью, еще одна женщина по имени Марина и два парня. Парням оказывают помощь — они серьезно ранены. Чем я еще могу помочь?
— Вы можете гарантировать их безопасность?
— Если число нападающих не превысит некоторый уровень — могу.
— Ну, на открытое нападение они вряд ли решатся..
— Я тоже так думаю. Вам лично чем помочь?
— Мне, к сожалению, помочь нельзя, — сказала я. — Я попытаюсь справиться сама. Спасибо вам!
Спустя несколько минут раздался еще один звонок.
— Ах, как трогательно! — с издевкой произнес плавающий, неуловимый голос. — Какое мужество! Ладно, к делу. Ровно в два часа ночи на третьем причале. Увидите черную «Волгу». Я буду в машине один. Вы сядете ко мне и передадите документы. Никто больше из вашей машины не выходит, из моей второй тоже.
— А будет вторая?
— Да, будет. В ней будет сидеть Вязьмикин. После передачи документов он пересядет в вашу машину, и вы все уедете. Еще какие-то условия и предложения есть?
— Вроде нет. Условия нормальные.
— Отлично. Тогда до встречи.
Я позвонила Шурику и сказала, что жду его. Спустя двенадцать минут под окнами раздался гудок. Я сложила в папку документы, захваченные в офисе, фотографию и спустилась вниз.
Шурик распахнул дверцу.
— Куда теперь? — спросил он, когда я села.
— В два ноль-ноль мы должны быть на третьем причале грузового порта.
Он присвистнул.
— Мрачное местечко! Там зимой двух ребят из группы Топора спустили под лед.
— В зале нашего местного Эрмитажа встретимся в другой раз, — предложила я.
Шурик не спешил — время еще было. Прежде чем заехать на территорию порта, он дважды объехал окрестности.
— Вроде нигде машин нет, — сообщил он.
Мы подъехали к третьему причалу. Возле опоры огромного крана стояла черная «Волга», чуть поодаль притулилась такая же, как у Шуры, вишневая «девятка» — ее бок ярко блестел в свете ртутного фонаря.
Я раскрыла дверцы, взяла папку с документами.
— Погоди, не гони, — остановил меня Шурик. — Дай мне тоже приготовиться.
Откуда-то из-под сиденья он извлек мешок, из него достал тяжелый пистолет с длинным стволом.
— Скорострельный, — с гордостью сообщил он. — Так что в случае чего я тебя прикрою.
Я заметила, что мотор он не выключил. Я вышла из машины и направилась к «Волге». Навстречу мне предупредительно распахнулась передняя дверца. Я села, дверца захлопнулась.
В салоне было темно, зеркальце предусмотрительно снято, так что я не видела даже силуэта своего собеседника. Однако, когда он заговорил, голос я узнала сразу. Я не раз слышала его по радио и с телеэкрана.